Фандом: Ориджиналы. Шестеро мужчин. Три пары. Разные характеры. Разные судьбы. Разные стадии развития отношений. Разные страхи, переживания, чувства. Общее одно. Желание. Желание быть счастливыми.
169 мин, 50 сек 2120
— Нет, не надо. Твой же праздник. Проводи до такси, — Шура, как-то сник, блеск в глазах потух.
— Как хочешь.
Когда Коля вернулся с улицы, друзья попытались поднять ему настроение. Рассказывали смешные случаи, вспоминали совместные поездки и истории. Визэр успокоился и, чуть вытянув шею, слушал, как ему на ухо с жаром переводил Михаил разговор, много улыбался, смеялся со всеми и кивал, соглашаясь с чем-нибудь.
Разошлись далеко за полночь.
Скандинав долго и нудно в очередной раз объяснял Михаилу, что ему нужно успеть сделать до окончания учебы и взглядом сканировал Степана на предмет возможных осложнений. Коваленко же равнодушно поглядывал на них и, перекатываясь с носков на пятки, ждал такси, тихонько переговариваясь с друзьями. Ирина, чмокнув именинника в щеку, шмыгнула вслед за Петром в подъехавшую машину.
Николай хоть и пил мало, но не рискнул садиться за руль. Попрощался с остальными и решил пройтись пешком до квартиры Шуры. Благо было не далеко.
В их отношениях его все устраивало. Слишком долго они были знакомы, знали наизусть свои слабости. Слишком много времени было потрачено впустую, прежде чем признались сами себе, что друг без друга у них жизни нет и не будет. И теперь старались, как могли, и берегли, как получалось, отношения от посягательств посторонних.
Шура был слишком известной фигурой в их небольшом городке. По молодости покуролесил на всю катушку, сейчас сохранял имидж делового и грамотного предпринимателя. Умудрялся оградить свою личную жизнь от огласки, хоть на публике и не кричал о своей ориентации, но и не выпячивал ее по поводу и без.
Перед родителями им отчитываться не надо. Они умерли несколько лет назад. Только близкие друзья и несколько бизнес-партнеров, знали, кто с кем живет.
Зная неугомонную натуру своего парня, Коля с ужасом думал, что тот выкинет в следующий раз. Сначала освоение нового бизнеса, потом его расширение, затем, не без помощи Степана, выход на телевидение каким-то консультантом-стилистом, а теперь — спонсор конкурсов. Что дальше? Хватит ли выдержки и энергии на следующие задумки?
Это отнимало у Александра Андреевича много сил и времени, но пока рядом Коля, он мог преодолеть все невзгоды и проблемы. Это они знали точно. Оба. И никогда не сомневались друг в друге.
Вероятность, что Шура ждал Николая среди ночи была очень мала. И когда Коля тихонько открыл дверь, опасения подтвердились.
Шурочка, раскинувшись на кровати, спал. Лежа на спине в позе звезды, похрапывая и причмокивая.
Коля удовлетворенно хмыкнул, глядя на него, сходил в душ, переоделся в домашние джинсы и футболку. Стараясь не разбудить, осторожно присел рядом и открыл прикроватную тумбочку. Вынув необходимый предмет, склонился над спящим.
Шура почувствовал сквозь сон, как что-то позвякивает. С трудом приоткрыл глаза и уставился на руки, которые оказались не очень удобно подняты вверх. Он промаргиваясь попытался сфокусировать взгляд.
— И кто сегодня себя вел, как последняя сволочь? — неожиданный вопрос застал его врасплох.
— Кто? — сиплым ото сна голосом спросил, разглядывая наручники на запястьях.
— Тот, кто сейчас визжать будет.
Коля резко наклонился и провел языком по уху Шуры. Сначала аккуратно и нежно, но потом острые зубы вцепились в мочку. Шурочка стиснул челюсти, чтобы не произнести ни звука, но надолго его не хватило.
— Й-й-а-а-у-у! — взвыл он.
— Значит признаешься?
— Нет! — сон как рукой сняло.
— А если так? — его схватили за бедро и повернули на бок. Коля плюнул на ладонь и мужчина на кровати почувствовал обжигающий шлепок по правой ягодице.
— Ауч! Я хорошо себя вел! — на коже остался красный яркий отпечаток ладони.
— Врешь. Ты меня сегодня весь день провоцировал.
— Нет! — Шура пытался рассмотреть лицо своего приятеля и повернуть бедра обратно.
— Буду наказывать, пока не признаешься, — звонкий удар опять прозвучал в тишине. Но рука не убралась, а с силой ущипнула за бедро. В ответ послышался вздох удовольствия. — Повторить? — Коля оттянул резинку плавок приятеля, заглядывая под них. — Что тут у нас?
Стилист заелозил, стараясь прикрыться ногой.
— Похоже, все же кому-то здесь хорошо, — резинка со щелчком отправилась на место, а спереди у лежащего явственно проступила эрекция.
Николай обратно перекинул ноги приятеля и, устраиваясь между ними, с силой втолкнулся в пах и провел языком по груди. Шура, не отрывая взгляда, наблюдал, как играются с его маленькими сосками. Вдруг зубы сильно сжали затвердевшую горошину и он опять не удержался, вскрикнул с утробным вздохом.
— Может все-таки признаешься, что тебе нравится?
Но Шуре говорить не хотелось. Хотелось вцепиться руками в этот шикарный торс, провести языком по немного солоноватой бархатной коже и вгрызться в тазобедренную мышцу. Почувствовать, как в чужом паху начинает отзываться и обдавать жаром желание. Но руки скованы и единственное что осталось, это захлебываться слюной от вида такого ладного, накачанного тела любовника.
— Как хочешь.
Когда Коля вернулся с улицы, друзья попытались поднять ему настроение. Рассказывали смешные случаи, вспоминали совместные поездки и истории. Визэр успокоился и, чуть вытянув шею, слушал, как ему на ухо с жаром переводил Михаил разговор, много улыбался, смеялся со всеми и кивал, соглашаясь с чем-нибудь.
Разошлись далеко за полночь.
Скандинав долго и нудно в очередной раз объяснял Михаилу, что ему нужно успеть сделать до окончания учебы и взглядом сканировал Степана на предмет возможных осложнений. Коваленко же равнодушно поглядывал на них и, перекатываясь с носков на пятки, ждал такси, тихонько переговариваясь с друзьями. Ирина, чмокнув именинника в щеку, шмыгнула вслед за Петром в подъехавшую машину.
Николай хоть и пил мало, но не рискнул садиться за руль. Попрощался с остальными и решил пройтись пешком до квартиры Шуры. Благо было не далеко.
В их отношениях его все устраивало. Слишком долго они были знакомы, знали наизусть свои слабости. Слишком много времени было потрачено впустую, прежде чем признались сами себе, что друг без друга у них жизни нет и не будет. И теперь старались, как могли, и берегли, как получалось, отношения от посягательств посторонних.
Шура был слишком известной фигурой в их небольшом городке. По молодости покуролесил на всю катушку, сейчас сохранял имидж делового и грамотного предпринимателя. Умудрялся оградить свою личную жизнь от огласки, хоть на публике и не кричал о своей ориентации, но и не выпячивал ее по поводу и без.
Перед родителями им отчитываться не надо. Они умерли несколько лет назад. Только близкие друзья и несколько бизнес-партнеров, знали, кто с кем живет.
Зная неугомонную натуру своего парня, Коля с ужасом думал, что тот выкинет в следующий раз. Сначала освоение нового бизнеса, потом его расширение, затем, не без помощи Степана, выход на телевидение каким-то консультантом-стилистом, а теперь — спонсор конкурсов. Что дальше? Хватит ли выдержки и энергии на следующие задумки?
Это отнимало у Александра Андреевича много сил и времени, но пока рядом Коля, он мог преодолеть все невзгоды и проблемы. Это они знали точно. Оба. И никогда не сомневались друг в друге.
Вероятность, что Шура ждал Николая среди ночи была очень мала. И когда Коля тихонько открыл дверь, опасения подтвердились.
Шурочка, раскинувшись на кровати, спал. Лежа на спине в позе звезды, похрапывая и причмокивая.
Коля удовлетворенно хмыкнул, глядя на него, сходил в душ, переоделся в домашние джинсы и футболку. Стараясь не разбудить, осторожно присел рядом и открыл прикроватную тумбочку. Вынув необходимый предмет, склонился над спящим.
Шура почувствовал сквозь сон, как что-то позвякивает. С трудом приоткрыл глаза и уставился на руки, которые оказались не очень удобно подняты вверх. Он промаргиваясь попытался сфокусировать взгляд.
— И кто сегодня себя вел, как последняя сволочь? — неожиданный вопрос застал его врасплох.
— Кто? — сиплым ото сна голосом спросил, разглядывая наручники на запястьях.
— Тот, кто сейчас визжать будет.
Коля резко наклонился и провел языком по уху Шуры. Сначала аккуратно и нежно, но потом острые зубы вцепились в мочку. Шурочка стиснул челюсти, чтобы не произнести ни звука, но надолго его не хватило.
— Й-й-а-а-у-у! — взвыл он.
— Значит признаешься?
— Нет! — сон как рукой сняло.
— А если так? — его схватили за бедро и повернули на бок. Коля плюнул на ладонь и мужчина на кровати почувствовал обжигающий шлепок по правой ягодице.
— Ауч! Я хорошо себя вел! — на коже остался красный яркий отпечаток ладони.
— Врешь. Ты меня сегодня весь день провоцировал.
— Нет! — Шура пытался рассмотреть лицо своего приятеля и повернуть бедра обратно.
— Буду наказывать, пока не признаешься, — звонкий удар опять прозвучал в тишине. Но рука не убралась, а с силой ущипнула за бедро. В ответ послышался вздох удовольствия. — Повторить? — Коля оттянул резинку плавок приятеля, заглядывая под них. — Что тут у нас?
Стилист заелозил, стараясь прикрыться ногой.
— Похоже, все же кому-то здесь хорошо, — резинка со щелчком отправилась на место, а спереди у лежащего явственно проступила эрекция.
Николай обратно перекинул ноги приятеля и, устраиваясь между ними, с силой втолкнулся в пах и провел языком по груди. Шура, не отрывая взгляда, наблюдал, как играются с его маленькими сосками. Вдруг зубы сильно сжали затвердевшую горошину и он опять не удержался, вскрикнул с утробным вздохом.
— Может все-таки признаешься, что тебе нравится?
Но Шуре говорить не хотелось. Хотелось вцепиться руками в этот шикарный торс, провести языком по немного солоноватой бархатной коже и вгрызться в тазобедренную мышцу. Почувствовать, как в чужом паху начинает отзываться и обдавать жаром желание. Но руки скованы и единственное что осталось, это захлебываться слюной от вида такого ладного, накачанного тела любовника.
Страница 14 из 47
