Смерть герцога Люденгорфа

Однажды в субботний вечер, когда мы после плотного ужина не спеша приступили к десерту, состоящему из вишневого пирога с взбитыми сливками, нежными, тающими во рту эклерами и свежеиспеченными марципанами, раздался звонок дверного колокольчика. Погода за окном была отвратительной. Резкий дождь, словно коготки мышей, стучал по крыше, солнце уже час, как скрылось за горизонтом. Трель звонка нетерпеливо раздалась снова, и я услышал шаги нашего дворецкого.

— Кто там, Джеймс? — спросил я, выйдя из столовой.

— Господин Нуарье, — громко произнёс дворецкий, сверившись с визитной карточкой гостя, — желает аудиенции его сиятельства.

Джентльмен был одет в черный фрак, в цилиндре и с тростью. Несмотря на дождь, без плаща и зонтика. Я выглянул в окно, но машину или экипаж, доставивший позднего визитера, не обнаружил. Как не увидел и капель на костюме незнакомца, который должен был промокнуть до нитки в такую непогоду.

Увидев меня, джентльмен коснулся верха цилиндра рукой в белой перчатке.

— Валентин Нуарье, с частным визитом, — представился он.

— Джеймс, — обратился я к дворецкому, — проводите гостя в библиотеку.

Вечер выдался свободным, и я не ошибся, пригласив мужчину в дом. Вильгельм охотно согласился принять его.

— Прошу прощения за позднее вторжение, — начал Валентин Нуарье, — но у меня дело чрезвычайной важности, и я позволил себе эту бестактность.

Герцог неторопливо раскурил одну из своих сигар, кивнул, одновременно указывая рукой на удобное кресло напротив. Гость остался стоять на месте.

— Дело в том, что к вам попала вещь, которая принадлежит мне.

Люденгорф чуть приподнял правую бровь в недоумении.

— Что вы имеете в виду, сударь?

— Мне стало известно, что вы приобрели доску и фигуры шахматного Турка. Не так ли? Я долгое время охотился за этими вещами, неделю назад я получил письмо из Балтимора от моего знакомого, который нашел шахматный набор. Но вы опередили меня.

— Что ж, наша жизнь похожа на скачки, — пошутил Люденгорф, — в этом забеге, я пришел первым.

— Моя жизнь долгое время была связана с этим автоматом, — продолжил поздний гость, — и этот шахматный набор — все, что осталось от моей прошлой жизни. Прошу вас, уступите мне его. Я вам предложу сумму в три раза больше потраченной на приобретение этого набора.

Герцог не торопился отвечать, поигрывая дымящейся сигарой в губах.

— Я коллекционер, — ответил Вильгельм, — кроме того, я игрок, очень азартный, позволю себе заметить. Деньги сами по себе мало для меня значат, всего лишь средство для получения некоторых жизненных благ. Я отказываюсь продавать вам набор Турка.

Гость напрягся, черты его лица обострились, руки в перчатках сжались в кулаки.

— Но… — Люденгорф замолчал в раздумье, — вы можете получить его даром!

Настала очередь Валентина изобразить удивление.

— Вы, должно быть, неплохой игрок? Долгие годы, странствуя вместе с аппаратом, вы, вероятно, неплохо усвоили технику игры Турка? В чем его секрет? Внутри ящика прятался человек? Если вы раскроете мне секрет шахматного аппарата, я готов заплатить вам такую же сумму.

Гость покачал головой.

— Так я и думал, — кивнул Вильгельм, — следуйте за мной.

Валентин Нуарье вышел из комнаты следом за герцогом, я за ними.

Пройдя слабо освещенными коридорами, озаряемыми вспышками молний, мы вошли в шахматную комнату. В центре на низком столике стоял приобретённый набор Турка. Фигуры тускло поблескивали, отражая пламя витых восковых свечей.

Гость застыл на пороге, словно увидел своих брошенных в темницу детей, которых он не видел долгие годы. Непроизвольный вопль, похожий на рев загнанного зверя вырвался у него из груди.

— Продайте… прошу вас… они должны быть моими!

Вильгельм со скрещёнными на груди руками неподвижно стоял справа от доски с шахматными фигурами.

— Нет! — герцог был непреклонен.

— Предлагаю вам пари. Три партии в шахматы, две победы, — рука указала на доску.

— Если вы выиграете, шахматы ваши, если выиграю я, вы мне раскроете секрет Турка.

— Нет, нет, я не могу, только не это… только не снова. Я не имею права, это выше моих сил.

Я видел, как на лице Валентина выступили крупные капли пота. Мимолетный приступ слабости внезапно прекратился, выражение лица изменилось, и Нуарье бесцветным, лишенных сомнений голосом ответил:

— Я согласен.

— Прекрасно. Через неделю жду вас у себя на обед и обещанную партию.

Краем глаза я заметил тень слуги, проскользнувшую мимо шахматной комнаты. Порок любопытства был неискореним.

Слух мгновенно разнесся по городу: Черный Герцог вызвал на шахматную дуэль владельца непобедимого Турка. Шахматный клуб бурлил, обсуждая новость, и следующие три дня посетители с визитами осадили наш дом. Несмотря на настойчивое желание многих влиятельных людей города присутствовать на матче, герцог вежливо, но твёрдо отклонил просьбы. Были приглашены лишь несколько немногочисленных друзей герцога и постоянных членов шахматного клуба.