Мне хотелось бы выразить свою признательность моему редактору Митчел Иверс, моей жене Энн Стрибер — музе на всю жизнь и моему агенту Сандре Мартин.
427 мин, 1 сек 6146
— Да она… Господи, я даже не знаю, как ее назвать. Они из нее сделали неизвестно кого. Но она уже не человеческое создание. Теперь — нет.
— Я же сказала, она защищена законом.
— Мы сделаем с ней то же самое, что сделали с другими «гражданами» Ради Бога, Сара Робертс была доктором.
Зазвонил телефон. Оба рванулись к нему с одной и то же мыслью: Ян! Бекки сняла трубку.
— Это Джордж фоке, — представился голос. — Миссис Уорд? — Привет, Джордж.
— Мне надо поговорить с Полом.
Это еще что, черт побери? Инспектор Фокс оказал им большую поддержку во время очистки города, не зная или не спрашивая, что это команда офицеров ЦРУ делает в заброшенных тоннелях под улицами города.
— Джордж Фокс, — представился он Полу.
Пол нажал кнопку на телефонном аппарате — чтобы и Бекки могла слышать их разговор.
— Привет, Джордж, — поздоровался он.
— Он задержан.
Сердце Бекки сжалось.
— Ясно.
— Он был задержан во время облавы на одной из вечеринок в Челси. Он у нас в управлении. Тебе бы надо туда приехать, а то его отправят в Риккерс. После того как на него оформят документы, я уже ничего не смогу сделать.
Что там, так бы их, произошло? — Я понимаю, — ответил Пол.
— Постой минуточку, — повернулась к нему Бекки. — Дай мне. — Пол отвел руку в сторону, но она вцепилась в трубку, и Уорд был вынужден уступить. — Хорошо, Джордж, какова ситуация? — Обвинение в хранении экстази. У него нашли таблетку.
— Это преступление? — Класс С, но, если вы его не вытащите, то он проведет ночь в Риккерсе. А уж если он туда попадет… в общем, вам не стоит это допускать.
— Мы будем у вас через час, — Бекки повесила трубку.
Машину поведет она. Пол водит хорошо, но она — чертовски хорошо. — Его обвиняют в хранении наркотиков и собираются отправить в Риккерс.
— Мы должны внести залог. Я позвоню…
— Ты позвонишь Моррису Виллеру из машины. Полагаю, что кто-то должен поговорить с дежурившим ночью прокурором, чтобы дело не возбуждали. А адвокат тут не поможет. Это дело родителей.
— И ты хочешь оказаться там через час? Даже если я сяду за руль, нам потребуется не менее двух часов.
— Но ты за руль не сядешь.
Она поставила на крышу машины синий фонарь и убедилась, что все документы у нее в сумочке. Строго говоря, это нельзя было назвать служе6ным делом, но перед Бекки-матерью Бекки — офицер ЦРУ была бессильна. Ради всех святых нельзя допустить, чтобы ее мальчика ночью изнасиловали в тюрьме.
После первого поворота Пол ухватился за ручку над пассажирским сиденьем и проворчал: — Нам надо попасть туда живыми.
— Не беспокойся.
Когда они выехали на магистраль, она развила скорость в сто двадцать миль в час, но потом снизила до ста пятнадцати. Чуть больше — и ее рефлексы уже не сработают. К счастью, ни один из полицейских не рискнет останавливать машину с «мигалкой» да еще с такими номерами.
Но не прошло и пяти минут, как Бекки услышала за спиной сирену. Какое-то время она не обращала на это внимания, надеясь, что полицейские увидят номера и отстанут. Но в зеркале заднего вида она увидела суровые лица. Парни завелись не на шутку.
— Черт бы их побрал!
Пол промолчал.
Она повернула к бордюру так быстро, что их преследователи чуть было не проскочили мимо. Полицейский подошел к окну машины.
— По служебным делам! — рявкнула Бекки.
— Водительские права и регистрационную карточку.
Она предъявила свое удостоверение.
— Водительские права и регистрационную карточку.
— Ты что, тупой? Это служебная машина, а я — офицер ЦРУ. Убирайся с моих глаз и НЕМЕДЛЕННО!
— Леди, вы ехали со скоростью сто двадцать миль в час.
— Если ты сейчас же не уберешься, то мне придется ехать со скоростью сто сорок, и я это сделаю, а на тебя накатаю рапорт, причем очень серьезный.
— На «ауди» сто сорок не развить.
О-о, настоящий придурок! Теперь она все поняла.
— Эта может, — сказала Бекки, закрывая окно.
Машина рванула вперед. Полицейские за ними не последовали… неужели она была настолько убедительна, что они приняли их за каких-то шишек? — Ну ты их и напугала. Произвела впечатление.
— Ну-ну, — кивнула Бекки, прекрасно сознавая, что, будь на ее месте мужчина, они бы и близко не подъехали.
Через пятьдесят две минуты они остановились перед муниципальным зданием в нижнем Манхэттене. Внутри оказался настоящий лабиринт, но в конце концов они отыскали кабинет номер сто семьдесят шесть в табличкой: «Дежурный прокурор С. Гатфринд» Как только она толкнула дверь, то сразу же увидела затылок Морриса Виллера и сидящего на возвышении собственного сына. Она прошла мимо отдыхающих полицейских к мрачного вида задержанным и положила руку на плечо Яна.
Он повернулся. Каким маленьким он выглядел — совсем еще ребенок. На его щеках были видны следы от слез.
Моррис пожал им руки.
— Боюсь, вы должны будете проделать это без меня, — сказал он. — Вы представляете, что надо говорить: хороший мальчик, совершил ошибку, не надо оформлять привод… и прочее… Ну же, мамочка!
— Прокурор слышит это по пятьдесят раз за ночь.
— Я же сказала, она защищена законом.
— Мы сделаем с ней то же самое, что сделали с другими «гражданами» Ради Бога, Сара Робертс была доктором.
Зазвонил телефон. Оба рванулись к нему с одной и то же мыслью: Ян! Бекки сняла трубку.
— Это Джордж фоке, — представился голос. — Миссис Уорд? — Привет, Джордж.
— Мне надо поговорить с Полом.
Это еще что, черт побери? Инспектор Фокс оказал им большую поддержку во время очистки города, не зная или не спрашивая, что это команда офицеров ЦРУ делает в заброшенных тоннелях под улицами города.
— Джордж Фокс, — представился он Полу.
Пол нажал кнопку на телефонном аппарате — чтобы и Бекки могла слышать их разговор.
— Привет, Джордж, — поздоровался он.
— Он задержан.
Сердце Бекки сжалось.
— Ясно.
— Он был задержан во время облавы на одной из вечеринок в Челси. Он у нас в управлении. Тебе бы надо туда приехать, а то его отправят в Риккерс. После того как на него оформят документы, я уже ничего не смогу сделать.
Что там, так бы их, произошло? — Я понимаю, — ответил Пол.
— Постой минуточку, — повернулась к нему Бекки. — Дай мне. — Пол отвел руку в сторону, но она вцепилась в трубку, и Уорд был вынужден уступить. — Хорошо, Джордж, какова ситуация? — Обвинение в хранении экстази. У него нашли таблетку.
— Это преступление? — Класс С, но, если вы его не вытащите, то он проведет ночь в Риккерсе. А уж если он туда попадет… в общем, вам не стоит это допускать.
— Мы будем у вас через час, — Бекки повесила трубку.
Машину поведет она. Пол водит хорошо, но она — чертовски хорошо. — Его обвиняют в хранении наркотиков и собираются отправить в Риккерс.
— Мы должны внести залог. Я позвоню…
— Ты позвонишь Моррису Виллеру из машины. Полагаю, что кто-то должен поговорить с дежурившим ночью прокурором, чтобы дело не возбуждали. А адвокат тут не поможет. Это дело родителей.
— И ты хочешь оказаться там через час? Даже если я сяду за руль, нам потребуется не менее двух часов.
— Но ты за руль не сядешь.
Она поставила на крышу машины синий фонарь и убедилась, что все документы у нее в сумочке. Строго говоря, это нельзя было назвать служе6ным делом, но перед Бекки-матерью Бекки — офицер ЦРУ была бессильна. Ради всех святых нельзя допустить, чтобы ее мальчика ночью изнасиловали в тюрьме.
После первого поворота Пол ухватился за ручку над пассажирским сиденьем и проворчал: — Нам надо попасть туда живыми.
— Не беспокойся.
Когда они выехали на магистраль, она развила скорость в сто двадцать миль в час, но потом снизила до ста пятнадцати. Чуть больше — и ее рефлексы уже не сработают. К счастью, ни один из полицейских не рискнет останавливать машину с «мигалкой» да еще с такими номерами.
Но не прошло и пяти минут, как Бекки услышала за спиной сирену. Какое-то время она не обращала на это внимания, надеясь, что полицейские увидят номера и отстанут. Но в зеркале заднего вида она увидела суровые лица. Парни завелись не на шутку.
— Черт бы их побрал!
Пол промолчал.
Она повернула к бордюру так быстро, что их преследователи чуть было не проскочили мимо. Полицейский подошел к окну машины.
— По служебным делам! — рявкнула Бекки.
— Водительские права и регистрационную карточку.
Она предъявила свое удостоверение.
— Водительские права и регистрационную карточку.
— Ты что, тупой? Это служебная машина, а я — офицер ЦРУ. Убирайся с моих глаз и НЕМЕДЛЕННО!
— Леди, вы ехали со скоростью сто двадцать миль в час.
— Если ты сейчас же не уберешься, то мне придется ехать со скоростью сто сорок, и я это сделаю, а на тебя накатаю рапорт, причем очень серьезный.
— На «ауди» сто сорок не развить.
О-о, настоящий придурок! Теперь она все поняла.
— Эта может, — сказала Бекки, закрывая окно.
Машина рванула вперед. Полицейские за ними не последовали… неужели она была настолько убедительна, что они приняли их за каких-то шишек? — Ну ты их и напугала. Произвела впечатление.
— Ну-ну, — кивнула Бекки, прекрасно сознавая, что, будь на ее месте мужчина, они бы и близко не подъехали.
Через пятьдесят две минуты они остановились перед муниципальным зданием в нижнем Манхэттене. Внутри оказался настоящий лабиринт, но в конце концов они отыскали кабинет номер сто семьдесят шесть в табличкой: «Дежурный прокурор С. Гатфринд» Как только она толкнула дверь, то сразу же увидела затылок Морриса Виллера и сидящего на возвышении собственного сына. Она прошла мимо отдыхающих полицейских к мрачного вида задержанным и положила руку на плечо Яна.
Он повернулся. Каким маленьким он выглядел — совсем еще ребенок. На его щеках были видны следы от слез.
Моррис пожал им руки.
— Боюсь, вы должны будете проделать это без меня, — сказал он. — Вы представляете, что надо говорить: хороший мальчик, совершил ошибку, не надо оформлять привод… и прочее… Ну же, мамочка!
— Прокурор слышит это по пятьдесят раз за ночь.
Страница 58 из 117
