Сосед по квартире

Но потом произошло нечто совсем веселое: когда я вечером выходила из ванной, то в большом зеркале, висящем на открытой двери спальни (сам проход в спальню не был мне виден оттуда, только дверь с зеркалом), увидела, как что-то темное выскочило из спальни. Куда оно подевалось дальше, мне уже не было видно. В голове пронеслось: «Зрительные галлюцинации, как правило, не отражаются с зеркалах»(в смысле, больные, видя некий зрительный образ, не видят его отражения в зеркале, если оно находится рядом). И я стояла и думала: радоваться мне тому, что это не галлюцинация, или расстраиваться, потому что эта«не галлюцинация» таки способна заходить в спальню. Я уселась в спальне так, чтобы мне одновременно были видны обе двери (входная дверь и дверь в кладовку) и стала думать, что же делать дальше. С одной стороны, ничего ведь не изменилось: если оно выскочило отсюда сейчас, то могло заходить сюда и раньше, но ничего со мной не случилось. С другой стороны, однако же, сам факт этого был мне неприятен, и я понимала, что едва ли смогу сегодня уснуть. Оставалось только это как-то выселить. Но я понятия не имела, как — никогда до этого мне не доводилось прогонять безобидных полтергейстов, они мне никогда не мешали. Я посоветовалась в ICQ с другом, и он предложил мне начертить руны (уже не помню, какие) над всеми дверными проходами. Я начертила. Ночью я не погасила ночника и долго прислушивалась к звукам из зала, но шагов так и не услышала и в конце концов уснула.

Больше происшествий не было. Ничего ниоткуда больше не выскакивало и ничего нигде не топало. Когда вернулся дядя, я рассказала ему о гадком топотуне, который (стыдоба какая) напугал меня до такой степени, что я решила его прогнать. На что он ответил: «Что, опять?». Я спросила, что значит это «опять», и он поведал мне нижеследующую историю.

Когда умерла его собака Ника (тоже ротвейлер), он ее похоронил, но через некоторое время начал слышать, как что-то бродит по залу (причем он тоже мог быть в зале, а не как у меня — я слышала звуки только из спальни), дышит, бурчит и возится под столом (там было место Ники). В общем, занимается всем тем, чем занималась собака. Сначала дяде это тоже не мешало, но потом с появлением «топотуна» по комнате начал распространяться трупный запах. С каждым днем все хуже. Когда вонь стала невыносимой, он сходил на могилку и попросил собаку не приходить больше. И она, как он уверяет, больше не появлялась.

Но, видать, когда он уехал, она решила снова наведаться с гости — причем изо всех сил, по-видимому, стремилась сохранить инкогнито: ходила только после того, как я ложилась спать или уходила из дома. Это, по крайней мере, объясняет, почему шаги были такими частыми, как у ребенка. Тогда мне стало еще более стыдно оттого, что я испугалась собаки. Но, так или иначе, это нечто больше не появлялось. Вот такая вот нелепая история. Я бы, наверное, с удовольствием спустя пару лет списала бы все это на то, что мне показалось… но всплывающие в памяти колыхающаяся скатерть и навострившая уши собака все еще не дают мне этого сделать.