Фандом: Гарри Поттер. У Гарри была мечта — стать птицей. Это история его погони за мечтой.
22 мин, 48 сек 8366
Прямо в воздухе Гарри перекинулся в огромного альбатроса, и Рауль сдался. Гарри даже немного огорчился, он еще хотел продемонстрировать навыки подманивания птиц, знания их повадок, ухода за пернатыми и умения им понравиться.
— Ради вашей дочери я готов на все! — с пылом заявил Гарри родителям Флёр.
— На все? — усомнился ее отец, пожилой уже маг, не вынимающий трубки из рта, сколько его видел Гарри.
— На все! — подтвердил Поттер.
— Может, не надо? — сказала мама Флёр, Аполлин, которая одобрительно смотрела на Гарри с самого первого момента его появления.
— Нет уж, мужчина должен отвечать за свои слова, — Жан-Поль даже трубку вынул изо рта и кивнул Гарри, как бы давая разрешение высказать, на что же такое все он готов.
— Я был на финале чемпионата мира по квиддичу, — горячо заговорил Гарри, — когда вейлы обратились в птиц! Повсюду слышались неодобрительные возгласы, многим это не понравилось. При том, что за минуту до этого они готовы были выпрыгнуть со своих мест, когда смотрели на женщин-вейл.
— Да, это наше проклятие, — грустно подтвердила Аполлин Делакур.
— Это не проклятие! — возразил Гарри. — Это дискриминация и притеснение, ущемление в правах! Сторонники чистокровности и Темный Лорд разбиты, а их взгляды, что только маги полноценны, живут и процветают! Вашей дочери приходилось скрывать, что она — вейла, скрывать свой второй облик, это ужасно и недопустимо! Скажу, без ложной скромности, что меня знают в магическом мире, и я собираюсь положить всю свою славу, весь авторитет на то, чтобы исчезла дискриминация волшебных существ! Равные права всем! Чтобы вейла могла появиться в любом облике и все воспринимали это спокойно!
— Это серьезное заявление, молодой человек, — одобрительно заметил Жан-Поль. — Неужели вам так нравятся птицы?
— Они прекрасны, но дело не только в них! Я сам всегда хотел быть птицей, хотел свободы, а то, что происходит вокруг — какая же это свобода? Это натуральные птицы в клетке!
— Некоторые говорят, что брак — это тоже клетка, — за эту реплику Жан-Поль получил тычок в бок от своей жены.
— Только для тех, кто женился без любви, — серьезно ответил Гарри. — Истинная любовь окрыляет, освобождает, возносит к небесам!
— Также юные ухажеры любят подобные возвышенные речи, дабы понравиться девушкам, но когда доходит до дела, то дела у них и не выходит, — теперь посерьезнел и Жан-Поль. — Мистер Поттер, вы сдержали слово, данное моей дочери, так что и я поверю вам. Дам согласие на брак, веря в то, что после этого вы совершите все, о чем говорили с таким жаром!
Свадьба получилась неожиданно громкой и пышной, Гарри даже немного растерялся, сколько людей съехалось на нее, чтобы поздравить его и пожелать счастья. Это было странно и необычно, он никогда не стремился заводить друзей, сосредоточившись на мечте. Своими сомнениями он поделился с Флёр, когда они уже удалились в «Любовное гнёздышко».
— Тем лучше, — деловито заметила Делакур, поворачиваясь к нему спиной. — Лифчик расстегни.
Гарри покраснел и ощутил, что у него трясутся руки.
— Что лучше? — спросил он, чтобы скрыть смущение.
— Тебе же еще выполнять свое обещание, данное моему отцу, и все эти люди помогут тебе, — ответила Флёр, разворачиваясь.
Ее груди были небольшими, правильной овальной формы, с коричневыми ареолами и оттопыренными сосками. Гарри ощутил головокружение, во рту пересохло.
— Ну, иди же ко мне, — распахнула руки, словно крылья, Флёр и добавила с лукавой усмешкой: — Мой альбатрос!
Гарри отбросил колебания и шагнул к ней. Он взлетел на небеса, и еще раз взлетел, а потом долго уговаривал Флёр перекинуться в птицу, уверяя ее, что невыщипанные перья его ничуть не смущают. От вида птицы-Флёр Гарри и сам взлетел, вначале метафорически, а потом буквально, и они гонялись друг за другом в ночном небе, терлись клювами, наслаждаясь полетом и обществом друг друга.
2011 год, особняк Поттеров во Франции
Флёр, деловито что-то напевая под нос, крутилась возле зеркала. Гарри, распалившийся от такого зрелища, попробовал тихо и незаметно подкрасться сзади и «ухватить птичку».
— Бля, не трогай мой хохолок! — шлепнула его по руке Флёр. — Я его весь день лаком покрывала!
— Ну, птичка моя, ты так прекрасна, — зашептал ей в ухо Гарри.
Его пальцы пробежали по животу жены, взъерошили перья.
— Приподними хвост, будто ты канарейка, — тон Гарри стал искушающим, — это меня та-а-а-ак заводит…
— А мне потом опять сидеть в гнезде, высиживать яйцо! — возмутилась Флёр. — Скоро уже насестов на всех хватать не будет!
— Не волнуйся, в нашем доме всегда хватит насестов на всех, — руки Гарри поползли ниже, поглаживая перья.
— Эй! Через полчаса у тебя выступление на втором мировом съезде магов-орнитологов!
— И я рад, что ты будешь там, рядом со мной, моя орлица, в своем естественном виде! Но я все равно не могу смотреть на твои перышки без трепета, мне так и хочется гладить их, вычищать, полировать…
— Ради вашей дочери я готов на все! — с пылом заявил Гарри родителям Флёр.
— На все? — усомнился ее отец, пожилой уже маг, не вынимающий трубки из рта, сколько его видел Гарри.
— На все! — подтвердил Поттер.
— Может, не надо? — сказала мама Флёр, Аполлин, которая одобрительно смотрела на Гарри с самого первого момента его появления.
— Нет уж, мужчина должен отвечать за свои слова, — Жан-Поль даже трубку вынул изо рта и кивнул Гарри, как бы давая разрешение высказать, на что же такое все он готов.
— Я был на финале чемпионата мира по квиддичу, — горячо заговорил Гарри, — когда вейлы обратились в птиц! Повсюду слышались неодобрительные возгласы, многим это не понравилось. При том, что за минуту до этого они готовы были выпрыгнуть со своих мест, когда смотрели на женщин-вейл.
— Да, это наше проклятие, — грустно подтвердила Аполлин Делакур.
— Это не проклятие! — возразил Гарри. — Это дискриминация и притеснение, ущемление в правах! Сторонники чистокровности и Темный Лорд разбиты, а их взгляды, что только маги полноценны, живут и процветают! Вашей дочери приходилось скрывать, что она — вейла, скрывать свой второй облик, это ужасно и недопустимо! Скажу, без ложной скромности, что меня знают в магическом мире, и я собираюсь положить всю свою славу, весь авторитет на то, чтобы исчезла дискриминация волшебных существ! Равные права всем! Чтобы вейла могла появиться в любом облике и все воспринимали это спокойно!
— Это серьезное заявление, молодой человек, — одобрительно заметил Жан-Поль. — Неужели вам так нравятся птицы?
— Они прекрасны, но дело не только в них! Я сам всегда хотел быть птицей, хотел свободы, а то, что происходит вокруг — какая же это свобода? Это натуральные птицы в клетке!
— Некоторые говорят, что брак — это тоже клетка, — за эту реплику Жан-Поль получил тычок в бок от своей жены.
— Только для тех, кто женился без любви, — серьезно ответил Гарри. — Истинная любовь окрыляет, освобождает, возносит к небесам!
— Также юные ухажеры любят подобные возвышенные речи, дабы понравиться девушкам, но когда доходит до дела, то дела у них и не выходит, — теперь посерьезнел и Жан-Поль. — Мистер Поттер, вы сдержали слово, данное моей дочери, так что и я поверю вам. Дам согласие на брак, веря в то, что после этого вы совершите все, о чем говорили с таким жаром!
Свадьба получилась неожиданно громкой и пышной, Гарри даже немного растерялся, сколько людей съехалось на нее, чтобы поздравить его и пожелать счастья. Это было странно и необычно, он никогда не стремился заводить друзей, сосредоточившись на мечте. Своими сомнениями он поделился с Флёр, когда они уже удалились в «Любовное гнёздышко».
— Тем лучше, — деловито заметила Делакур, поворачиваясь к нему спиной. — Лифчик расстегни.
Гарри покраснел и ощутил, что у него трясутся руки.
— Что лучше? — спросил он, чтобы скрыть смущение.
— Тебе же еще выполнять свое обещание, данное моему отцу, и все эти люди помогут тебе, — ответила Флёр, разворачиваясь.
Ее груди были небольшими, правильной овальной формы, с коричневыми ареолами и оттопыренными сосками. Гарри ощутил головокружение, во рту пересохло.
— Ну, иди же ко мне, — распахнула руки, словно крылья, Флёр и добавила с лукавой усмешкой: — Мой альбатрос!
Гарри отбросил колебания и шагнул к ней. Он взлетел на небеса, и еще раз взлетел, а потом долго уговаривал Флёр перекинуться в птицу, уверяя ее, что невыщипанные перья его ничуть не смущают. От вида птицы-Флёр Гарри и сам взлетел, вначале метафорически, а потом буквально, и они гонялись друг за другом в ночном небе, терлись клювами, наслаждаясь полетом и обществом друг друга.
2011 год, особняк Поттеров во Франции
Флёр, деловито что-то напевая под нос, крутилась возле зеркала. Гарри, распалившийся от такого зрелища, попробовал тихо и незаметно подкрасться сзади и «ухватить птичку».
— Бля, не трогай мой хохолок! — шлепнула его по руке Флёр. — Я его весь день лаком покрывала!
— Ну, птичка моя, ты так прекрасна, — зашептал ей в ухо Гарри.
Его пальцы пробежали по животу жены, взъерошили перья.
— Приподними хвост, будто ты канарейка, — тон Гарри стал искушающим, — это меня та-а-а-ак заводит…
— А мне потом опять сидеть в гнезде, высиживать яйцо! — возмутилась Флёр. — Скоро уже насестов на всех хватать не будет!
— Не волнуйся, в нашем доме всегда хватит насестов на всех, — руки Гарри поползли ниже, поглаживая перья.
— Эй! Через полчаса у тебя выступление на втором мировом съезде магов-орнитологов!
— И я рад, что ты будешь там, рядом со мной, моя орлица, в своем естественном виде! Но я все равно не могу смотреть на твои перышки без трепета, мне так и хочется гладить их, вычищать, полировать…
Страница 6 из 7
