Стена

— Я не знаю, — повторил он, разжимая неизвестно когда сжатые кулаки и открывая глаза. — Я только знаю, что не хочу, чтобы было… как сейчас.

— Ну так сделай что-нибудь, — пожала Эмори плечами. — Только не то, что со вчерашнего вечера делаешь.

Беллами с тоской огляделся. Джона не было видно, и он начинал волноваться, хотя головой понимал, что из них троих в этом лесу волноваться больше всего надо о нем, а не об этой парочке выживенцев. И вдруг его стукнуло вопросом, который давно его беспокоил, но только сейчас сформулировался:

— Ты что, хочешь его бросить?

Он уставился на Эмори, испытывая крайне смешанные чувства. А иначе зачем ей так настойчиво хотеть, чтобы он что-то сделал, чтобы отношения наладил? Ему не хотелось, чтобы она сказала «да» в ответ на его вопрос. Потому что этого точно не хотел Мерфи, да и он сам уже успел привязаться, и чувствовал, что без нее будет плохо — и Мерфи, и, почему-то, ему самому. И одновременно не понимал, если«нет» — тогда зачем ей он, Беллами? Все его существо, привыкшее к определенности, к простоте отношений — или все развлекаются, или все всерьез, и тогда никаких развлечений уже, — все в нем металось и не находило ни выхода, ни покоя. Все было непонятно, сложно, и больше всего, обреченно понимал он, все усложнял он сам, но ничего не мог поделать. Сказать открыто — «я хочу быть с вами, и мне плевать, что подумает кто-то еще, некогда уже заботиться о такой ерунде» — Беллами не мог, потому что был уверен, что так нельзя. Ни вообще, ни ему особенно. Потому что не может быть так, чтобы они его вот так приняли. А если они решат с ним поиграть — это будет слишком больно. Боли он больше отчаянно не хотел. И тем не менее то, что он делал сейчас с собой и с ними, причиняло боль ничуть не меньшую, чем та, которой он хотел избежать. Стена, которую он строил, мешала ему дышать.

— Вот еще, — качнула головой Эмори, перебивая все более путаный поток его мыслей. — И не подумаю.

— Но…

— Ты мне не мешаешь. А ему тебя не хватает. И тебе — его. Думаешь, там, в пещере, я не слышала ничего? Я не глухая.

— В пещере? — Беллами чувствовал себя все глупее, потому что понимал, о чем она — то утро врезалось в его память слишком хорошо, чтобы не понимать.

— Ну… очень редкий извращенец кончает с именем ненавистного врага, — усмехнулась она. — Обычно это имя того, кого любишь. И вы оба звали не меня.

— Он тебя любит, — с неожиданным для самого себя жаром вскинулся Беллами. Ну как это! Он же видел, чувствовал, еще там, в Полисе, и потом по дороге в Аркадию, и там, в пещере, тоже…

— Ну потому я и не собираюсь никуда уходить, — не удивившись его пылу, кивнула Эмори и резонно добавила: — Тем более, сейчас глупо раскидываться шансами на спасение.

— Я Джону дал слово, — нахмурился Беллами, на секунду забыв о сложностях их отношений. Слово — это было просто и конкретно. И это было его слово. — Ты будешь в безопасности, даже если я запихну тебя туда вместо себя, поняла? Неважно, уйдешь ты или нет.

Эмори замерла, глядя на него с таким лицом, будто впервые увидела, а потом улыбнулась — не насмешливо, как обычно, а по-настоящему, хорошей, светлой и чуть смущенной улыбкой:

— Ты мне нравишься.

Беллами опешил. В каком смысле?

— Я нашел воду, и там есть более удобное место для ночлега. — На поляну из кустарника выскользнул Мерфи, взъерошенный и со свежей царапиной на щеке. — А еще там по дороге кусты с колючками, идите осторожнее.

Он подхватил свой рюкзак и нырнул обратно в кусты, не оборачиваясь. Ни тени сомнения, что они встанут и пойдут за ним… Беллами не успел даже руку за своим рюкзаком протянуть, а Эмори уже поднялась, перекидывая через плечо ремень сумки.

— Идешь?

— Остаюсь тут, — вздохнул он и тоже встал на ноги, отчасти довольный, что Джон прервал их не самый простой разговор, отчасти досадуя, что уже не спросит, что она имела в виду последними словами.

Джон шел уверенно, хотя шаг все-таки немного замедлил — уж конечно, не ради Беллами. Эмори и так бы не отстала, но теперь они шли рядом, негромко переговаривались, не оглядываясь. Беллами шел молча, поглядывая по сторонам, придерживая автомат на боку, и в какой-то момент ему показалось, что слева впереди что-то шевельнулось в листве.

— Мерфи! — вырвалось у него раньше, чем он подумал, что лучше бы молчать.

— Идем дальше, — негромко отозвался тот, еще больше замедлившись, но не остановился. — Тут нет никого, а если это зверь, лучше обойти его побыстрее, пока он нас не заметил. Только не бегите.

Беллами видел краем глаза, как Джон подталкивает Эмори дальше, сам полуобернувшись, словно прикрывая ее. Но у него же из оружия только нож. А если это хищник?

— Уходите, — так же тихо скомандовал Беллами и, стараясь двигаться бесшумно, плавно переместился так, чтобы оказаться между ребятами и шевелившимися ветками. — Я справлюсь.