Страшила

Как назло, поезд! Тянется, будто специально! К счастью оказались «хопры» с площадками для перехода. Павлик перемахнул состав прямо на ходу. Кубарем скатился с насыпи и нырнул в ненавистную трубу! Дальше — свет и Хранитель. Рядом застыла тварь. Вроде как пятится. Потом просто осела, а вверх устремилось что-то тёмное, похожее на тень! Затем Хранитель исчез, а Павлик выволок бесчувственного Тошку наружу…

Остаток битвы прошёл в ином месте… которое было снова закрыто.

Навсегда ли? Как знать…

Павлик замолчал и уставился на порозовевшее небо. Потом спохватился — надо бы выбираться на платформу. Наверное, уже скоро пойдут первые электрички…

Тошка машинально кивнул. Но как же тогда Страшила? Получается всё это зря? Битва демонов так и не состоялась?!

Павлик повёл плечом и поспешил отвернуться — не зря! Страшила был нужен для другого. Тошка должен это понять…

Тошка поднялся. Он не верил другу — и делал это осознанно.

Павлик и впрямь соврал — всё обстояло очень плохо. Очень!

Родители так и не вернулись…

Павлик естественно сказал, что нужно ждать… Вернее в очередной раз соврал!

Дальше — хуже.

Света не брала трубку… Сначала просто так, потом стала сбрасывать… А потом пришёл ужас, запечатанный в конверт… Светы больше не было. Её сердечко остановилось этой ночью…

Тошка снова провалился в пустоту…

Последняя осознанная мысль — они проиграли.

На сей раз это была не пустота…

В ней светило солнце, было тепло, витали сладкие ароматы, а встречные люди приветливо улыбались…

Тошка огляделся. Тенистый парк. Гомон детворы. Мамы с колясками. Школьники в однотипной форме. На шеях красные галстуки… Девочки с бантами! Кругом веселье, будто ничего и не случилось!

Кто-то нетерпеливо тянет его за руку!

Тошка обернулся… С трудом устоял на ногах. Света из убежища! На лице — знакомая до боли улыбка… Розовые щёки. Сладкое дыхание… Девочка постоянно оглядывается и тянет Тошку за собой. Появляются какие-то слова, но он их попросту не воспринимает!

Сделалось ещё больше не по себе. Где он? Что это за мир?! Ведь ничего не осталось… Они проиграли битву за жизнь!

А тут по-прежнему светит солнце…

Стоп.

Здесь не было солнца! В последний раз, когда Тошка соприкоснулся с этим миром, тот медленно умирал, сохранив жалкие остатки жизни глубоко под землёй! Выходит… Выходит, что они не проиграли! Павлик не врал, раз всё именно так! Но он и не говорил всей правды… Он по любому чем-то пожертвовал! Но чем?!

Света замерла. Вопросительно посмотрела на Тошку. Спросила, что с ним происходит. Он какой-то не такой… Шипучки что ли обпился?! Вон какой живот раздулся! Сейчас танцы начнутся — о чём он только думал?! Эх, Тошка-моркошка!

Блеснул язычок!

Девочка оставила его руку и побежала напрямки через парк.

Догоняй!

Тошка вздрогнул. Поднёс ладонь к лицу. Посмотрел на трясущиеся пальцы… Нет, всё равно не верится. Живая Света, живой мир…

Это же здорово! Хотя и не понятно как… А где же Павлик?

Кто-то потянул за штанину; Тошка машинально оглянулся…

Мальчишка! Замер рядом, озорно щурится… Затем указал на фигурку девочки, мелькающую среди деревьев, и сказал, что она сейчас убежит… Тошке нельзя стоять просто так. Страшилы больше нет! Нужно её догнать, а то потеряется! Миров ведь много — пойди, сыщи потом!

Тошка потёр нос. Посмотрел на бегущую Свету — далеко. Он и не знал, что она так быстро бегает!

Ударили фанфары! На весь парк. Люди ненадолго замерли. Потом жужжащей толпой принялись стекаться к центральной части парка…

Тошка понял, что уже с трудом различает Свету — и впрямь сейчас убежит!

Мальчишка толкнул в бок — ну же, поторопись!

Тошка сорвался с места!

… И понял, что это сон… Он заставлял тело двигаться быстрее… но воздух превратился в кисель, сквозь который было не так-то легко прорваться! Тои дело встречались чьи-то спины, острые локотки, колючие заросли… Тошка взвыл от отчаяния! Светы нигде не было! Убежала!

Надо искать! Один раз он её уже потерял! Пусть и ненадолго… Вновь обрёл… и снова теряет! А нужно догнать… и уже вместе искать Павлика! Он тоже где-то тут! И тоже ускользает! Причём намного стремительнее!

Грянула музыка. Пионеры разбились на пары. Начались танцы.

А Тошка всё бежал… и не мог сдвинуться с места!

Музыка звучала всё громче… вернее выше, пока звук не перешёл в противный писк, будто кого душили! Затем этот писк разбился на размеренные циклы… Сделался прерывистым…

ТАК-ТАК, ТАК-ТАК, ТАК-ТАК… ТАК-ТАК… ПИК-ПИК, ПИК-ПИК, ПИК-ПИК… ПИК… ПИК… ПИК…

Тошка открыл глаза…

Больничная палата. Возможно, та самая, в которой лежала Света… Лежала… Всё белое. На окне — одинокая шторка. Уличный свет приглушен — приятно смотреть… Ноги и руки затекли, будто Тошка тут уже вечность… Из звуков — противный писк, — та самая пищалка, что выдавала эмоции Светы… И впрямь, так похожа на метроном!

Тошка пошевелился. Повернул голову… Пищалка захлебнулась!

Рядом сидела мама и плакала.

Была снова зима.

Тошка застыл у забора и держался побелевшими пальчиками за металлические прутки. Он смотрел на «Гимназию №8»… в которой никогда не учился…