Страшила

Тошка плюнул на всё и схватил буханку, пока в голове не народились очередные домыслы и сомнения! Затем побросал всё в рюкзачок, попробовал на вес и вроде как остался доволен… Нет, конечно же, можно слямзить чего-нибудь ещё… Он, во всяком случае, не жадный и всегда рад поделиться — особенно в такой вот ситуации. Но брать больше просто нельзя — иначе его вычислят и заставят во всём сознаться!

Тошка задумался. Нужно захватить кое-что ещё… Кроме продуктов питания. Он неуверенно приблизился к выходу, привстал на цыпочки и принялся наощупь шарить влажными пальчиками по верхней полке шкафа. Где-то тут валялся папин фонарик, с которым тот обычно лазил под крыльцо, чтобы проверить состояние фундамента… Лазил ли сегодня? Вопрос. Если нет, тогда Тошку обязательно спросят, не видел ли он фонарик? Причём, одновременно, будут упорно смотреть в глаза, стараясь подловить на лжи…

Делать нечего. Тут можно сознаться, что потерял — убить не убьют, а к продолжительным нотациям он уже и без того привык! К тому же, мальчишка в нём больше нуждается — поди, посиди с неделю без света в полном одиночестве… Особенно, когда поблизости шляется жуткая тварь!

Тошка нащупал пластмассу и чуть было не вскрикнул от возбуждения. Тут же прикрыл свободной рукой рот и постарался поскорее проглотить столь возвышенное чувство, возникшее совершенно не к месту!

Совсем как тогда, в убежище, под землёй, когда Павлик открыл сейф… А затем прочёл предупреждение, повергшее Тошку в состояние НЕСОСТОЯНИЯ… Было ощущение, что Тошка выскочил на один ринг с самим Майком Тайсоном, и тот отвесил приставучей мелочи сокрушительный щелбан, чем окончательно разметал снующие мысли по тёмным углам!

Тошка отмахнулся от воспоминаний, попутно сдёрнул с крючка изъеденный молью свитер, — папа всё равно его практически не надевал, только когда болел или просто сопливился… Затем вернулся к столу, запихал всё в рюкзак и поскорее застегнул молнию.

Огляделся. Всё в норме — никто не заметил.

Для убедительности, схватил последнее яблоко и засеменил к выходу. У двери остановился и зачем-то проверил замок… Вроде работает. Родители как-то халатно относились к обязанностям закрываться на ночь, в особенности здесь, будто были уверены, что к ним никто не сунется…

Сегодня Тошка всё проконтролирует. Иначе — жди беды!

Тошка подпрыгнул от страха и скатился вниз по ступенькам…

Папа кряхтел под крыльцом — про фонарь вроде как забыл… Или может новый купил? А, не важно!

Мама оторвалась от своего грязного занятия, окинула замершего Тошку подозрительным взглядом и поманила к себе пальцем… Даже не пальцем, а одним ноготком: мол, ну-ка ползи сюда моя малявочка, ты никак удумала чего нехорошего?

Тошка побледнел, но виду не подал. Осторожно приблизился, бочком, делая вид, что боится запачкать подошвы. Замер на некотором отдалении и честно-честно соврал на счёт школьного друга, живущего на соседнем участке…

Мама подозрительно прищурилась и поинтересовалась, зачем Тошке рюкзак.

Тошка бахнул, не задумываясь: будут вместе заниматься! Тут же оценил смехотворность озвученной фразы и осторожно заявил, что мама друга — учитель, и что она согласна поднатаскать их обоих… А вдвоем, как известно, веселее! Даже учить…

Мама явно не поверила. Сказала, что всё равно вечером всё проверит и если что… Она уже сказала, что тогда будет с Тошкой… Он, думается, помнит?

Тошка естественно помнил — забудешь тут.

Мама отвернулась, присела на корточки и, уже с грядки, приказала явиться к обеду… А ещё лучше, значительно раньше, и помочь папе доломать крыльцо, а то у него одного не получается даже ЭТО!

Тошка кивнул, вздохнул и поскорее поскакал прочь, пока не напоролся ещё на какую мамину любезность.

На сей раз, он выбрал путь по верху — тут заметно суше, да и не так заметны страшные следы… Однако напротив места своей первой вылазки из канавы Тошка всё же замер. Нерешительно подошёл к краю и глянул вниз — ничего.

Тошка обомлел — вот те-на! Неужто его от страха так приглючило?!

Нет. Не может быть! Он отчётливо видел следы! Внизу. Прямо на рыжей глине, вперемешку с отпечатками от подошв собственных ботинок! Однако сейчас, кроме его следов, ничего нет…

Тошка поперхнулся и спрыгнул вниз. Мистика! А может и мальчишки больше нет? Вернее его и не было, а Тошка и впрямь всё нафантазировал: дом, фургончик, грабли, разбитое окно… Бред! А как же запахи, чувства, эмоции? Наконец, то самое чувство оледенения, за которым прятался страх! Или как враз умолкли птицы… А запах костра, который он ощутил из окна, когда погнался за шпионящей тенью?

Всё это было реальным — в этом не было сомнений!

Существо просто решило замести следы, чтобы Тошке никто не поверил!

Тогда мальчишки, возможно, и впрямь уже нет… Ведь он свидетель, пусть и молчаливый… А с другой стороны — несомненное доказательство царившего здесь ужаса!

Тошка сам не понял, как побрёл вдоль канавы в сторону водоотводной трубы, увязая в рыхлой глине и стараясь не замечать всё усиливающийся запах гнили.