Страшила

Тошка поднялся на зудящие ноги и, будто зомбированный, двинулся дальше. Совершил два шага и снова замер… Местность была знакомой. Ну да. Где-то тут должен стоять тот самый домик, а за ним и фургончик «форд», в котором прятался мальчишка!

А теперь вот допрятался… И всё из-за него!

Тошка огляделся. Происходящее совершенно не нравилось…

На месте домика — покосившийся барак, вместо аккуратных яблонек — разросшаяся малина, вокруг — годами непаханое поле… В центре — шест с пугалом!

Тошка застучал зубами. Попятился…

Что это? Шутка? Или и впрямь бред!

Что происходит?!

Это другой участок… Просто очень похож на прежний!

А может это уже другой мир?! Или этот свой, а другим был тот, с мальчишкой?

Тошка вспомнил, что говорила ему Света… Тогда. Давным-давно, когда зашла проведать его после школы.

Это была правда!

Тошка поёжился и заспешил прочь, стараясь поскорее исчезнуть с открытого пространства.

Существо на шесте не двигалось.

Тошка скользнул к бараку. Прижался к деревянной стене. Ещё раз посмотрел на пугало… Далеко. Даже не различить, что именно нарисовано на лице… Скорее всего, зловещий оскал! Тошка отвернулся и заглянул в щель. Внутри светло… Потому что нет крыши. Крыша — на полу, в месиве из гнилых досок, драного рубероида и коричневого мха… Чуть в стороне виднеется что-то металлическое, точнее, эмалированное… Обогреватель!

Успокоившееся было сердце, снова застучало, отчего хлипкая конструкция угрожающе затряслась.

Тошка испугался и стремительно отстранился. Затем всё же переборол страх и снова заглянул внутрь… На стенах притаились крючки с истлевшей одеждой, в углу — похожий на каракатицу стол, опрокинутый ножками вверх… Чуть поодаль — вздувшаяся корзинка… Вернее, корзинка самая обыкновенная, а вот её содержимое порядком поизносилось, отчего больше походит на распоротое брюхо животного…

Тошка прижал ладошку к губам, силясь унять рвотный позыв, однако ничего не вышло… Пальчики пропахли болотной жижей, что только усилило рефлекс. Тошку вырвало. Прямо на стену…

От последовавшей догадки продолжило рвать и дальше.

Это было то самое место! Только оно сильно изменилось, будто в вечность канули десятилетия!

Тошка начал медленно сползать вниз по стене… Зацепился рюкзачком за какой-то выступ и безвольно повис.

Так они и висели друг напротив друга: существо, явившееся НЕВЕСТЬ ОТКУДА и маленький мальчик, вляпавшийся НЕВЕСТЬ ВО ЧТО…

Затем Тошка всё же заставил собственное сознание вернуться к реальности — если происходящее вокруг по-прежнему можно было охарактеризовать столь желанным словом, — перенёс вес тела на ватные ноги и дёрнулся прочь от стены… Затрещала разрываемая ткань, однако это мало волновало! Тошка скользнул в сторону и спрятался за угол барака. Здесь перевёл дух и принялся, что есть мочи, соскребать с курточки и штанишек приставучую грязь и следы рвоты.

То, что достанется от мамы — это без сомнений! Лишь бы, действительно, не придушила! В свете всего происходящего — не такое уж нереальное действо!

А что если и там точно так же? Прошли десятилетия… А маму с папой — просто разорвали, как тонюсенькую бумажку… Как мальчишку!

Тошка замер и ощутил новое чувство… К страху, уже продолжительное время контролировавшему сознание, добавилась назревающая, подобно воспалённому чирью, тревога!

А что если мир и впрямь треснул под натиском чего-то ИЗВНЕ, что так усердно пытается пробраться в мир живых?!

Что если сегодня всё закончится? Жизнь, свет, чувства, эмоции — вообще всё! Не будет больше ни родителей, ни дома, ни гимназии, ни Павлика… ни Светы… Ничего не останется! Только вот такие следы… Точнее руины и останки.

И в этом всём — виноват лишь он один! Потому что так и не научился держать язык за зубами!

Но кто же знал… что всё обернётся именно так?

Знали многие! Оттого и не решились ничего предпринимать в своё время! Потому и оставили послание! А вместе с ним и ПРЕДУПРЕЖДЕНИЕ.

Тошка понял, что больше не может оставаться в этом месте. Он бросился прочь! Сквозь заросли разросшейся малины, по пузырящемуся мху, превозмогая боль и усталость, одновременно, силясь унять рябь в глазах от раскачивающихся на ветру стеблей!

Хоть ветер остался — какое-никакое действо, не зависящее от Тошки… Что-то ещё всё же существует прямо сейчас, не смотря ни на что!

Тошка на всём ходу врезался во что-то металлическое и полетел носом вперёд, обдирая лоб и щёки об засохший кустарник! Кое-как сгруппировался, перевалился на бок, прокатился ещё пару метров, сметая всё и вся на своём пути, после чего, всё же замер и перевёл дух. Затем с трудом поднялся и оглянулся назад.

Раньше — вернее в другом мире — на этом самом месте стоял фургончик… Теперь же его и след простыл. Тошка осторожно поднялся и раздвинул заросли малины… Детская коляска! Увязла в грязи, так что не вытянешь! Колёс даже не видно. Облицовка покрылась ржавчиной, которая в некоторых местах объединилась с плесенью и набухла, образовав уродливые фурункулы… Брезентовая накидка сгнила и растрепалась от ветра.

Тошка поморщился и принялся тереть отбитую коленку.