Судьба

Гарри усмехнулся, узнав удивленный голос Рона.

— И когда, позвольте сообщить, вы сделали это маленькое открытие?

В его голове прозвучал спокойный голос Гермионы:

— Около часа назад. Когда Грифон проснулся. Я подумывала о том, чтобы пробраться в его комнату, когда услышала его комментарий о том, что он, по его мнению, начинает сходить с ума. Это было немного смешно.

Рон громко застонал:

— Это было совсем не смешно. Кстати, ты удивилась не меньше меня.

Отвечая, Гермиона улыбалась:

— Правда, но в отличие от тебя, я не кричала, что схожу с ума!

Звон разбитого стекла перебил ответ Грифона. Гарри резко сел, и как раз в этот момент Сириус свалился со стула. Несколько мгновений оба безмолвно смотрели друг на друга, после чего Блэк встал и крепко обнял крестника.

— Гарри, ты в порядке? Я так волновался!

Дракон поморгал, пытаясь собраться с мыслями, а после этого крепко обнял крестного. Он слышал, как его вновь и вновь звали друзья, но, игнорируя их голоса, он ответил крестному:

— Я в порядке.

Сириус немного отстранил Гарри, и с недоверием посмотрел на него:

— Ты в порядке?! Мне, почему-то, так не кажется, Гарри. У тебя, с тех пор, как вы вернулись, все еще не падает температура, да и во сне ты все время стонешь. Я хочу спросить тебя еще раз — как ты себя чувствуешь?

Гарри вздохнул и положил голову крестному на плечо.

— У меня болит голова, у меня крутит мышцы, и я очень устал. А все остальное — в порядке. Честно!

Сириус аккуратно уложил парня на кровать и заботливо укутал одеялом, которое он поднял с пола. Туда оно упало после того, как Гарри резко сел в кровати. Мягко положив руку на лоб парня, Сириус нахмурился, почувствовав жар.

— У тебя все еще температура. Я не хочу, что бы ты вставал. Понятно? Я сейчас спущусь вниз, чтобы взять зелье и посмотреть, что натворила эта троица. Я скоро вернусь, попробуй пока отдохнуть.

Сириус встал и направился к двери, но у самого выхода его остановил голос Гарри:

— Сириус?

Мужчина повернулся и посмотрел на парня:

— Что случилось?

— Я хотел спросить — что здесь делают мои родители?

На лице Сириуса отобразилась смесь счастья и злости:

— Пока это не важно, Гарри. Попробуй отдохнуть.

Гарри хотел возразить, но Сириус уже вышел из комнаты, закрыв дверь. Вздохнув, парень расслабился и закрыл глаза, пытаясь хотя бы немного унять головную боль, затем вспомнил о своих друзьях:

— Феникс, Грифон?

Первой ответила Гермиона:

— Не сейчас, Дракон, я спорю с Ремусом.

Гарри удивился: о чем она могла спорить с Лунатиком? Но, затем он услышал голос Рона:

— Эй, Дракон! Я пытался с тобой поговорить, но ты молчал.

— Извини за это, братишка. Но здесь был Сириус, и мне пришлось все свое внимание уделить ему. Я не хотел, что бы он что-то заподозрил.

Рон захихикал:

— Он что, еще ничего не понял? С учетом того, как странно мы себя ведем и что мы делаем, глупо ни о чем не догадываться.

— И то, правда, но давай сведем всю информацию к минимуму.

Гарри ненадолго помолчал, а потом добавил:

— Ты не знаешь, из-за чего Феникс ссорится с Ремусом?

— М-м, мне кажется, что это связано с тем, что она вышла из своей комнаты, когда услышала, что что-то разбилось. Мне кажется, Ремус очень этим недоволен.

Гарри не смог удержаться от смеха, когда к их разговору присоединился голос Гермионы:

— Грифон, ты сказал это слишком слабо. Он очень сильно разозлился. На сколько все же он упертый! Я ведь всего лишь хотела узнать, что разбилось.

Рон засмеялся:

— Но, Феникс, Ремус же сказал тебе оставаться в постели, не смотря ни на что. И ты даже с ним согласилась.

Гермиона нахмурилась:

— Я забыла. Почему ты мне не напомнил?

Рон еще сильнее засмеялся:

— Я пытался, но ты оказалась слишком быстрой.

Гермиона вздохнула, и Гарри решил вмешаться в их спор:

— Ты хотя бы узнала, что они разбили?

Гермиона передернула плечами:

— Да, это оказалась всего лишь чашка. Не волнуйтесь, они ее восстановили сразу же после того, как разбили.

Рон тихо спросил:

— Надеюсь, это хотя бы не была чашка Делайлы?

Грустный голос Гермионы раздался в их сознании:

— Нет, не ее.

Они замолчали, не зная, что еще сказать. Им даже не надо было что-то говорить вслух, ребята без слов понимали чувства друг друга. С того времени, как они встретили феникса в первый раз, они стали намного ближе. А сейчас, похоже, окончательно сблизились. Теперь их сознания были объединены так тесно, как они даже и представить не могли раньше. Они не только слышали непроизнесенные вслух слова, но и чувствовали их. Чувствовали каждую эмоцию, таившуюся в голосе. Они, как бы между строк, читали друг друга. Теперь они никогда не смогут спрятать что-нибудь друг от друга и соврать. Три тела теперь получили одну душу.

Размышления Гарри были прерваны теплой рукой, прикоснувшейся к его щеке. Медленно открыв глаза, он увидел озабоченное лицо своей матери.