К началу абхазо-грузинской войны криминальный мир Грузии разделился на тех, кто поддерживает абхазского лидера Ардзинбу, его идею отделения от Грузии, и тех, кто был на стороне Тбилиси. Национальность тут особой роли не играла — все решали криминально-экономические интересы.
10 мин, 3 сек 578
Нужно сказать, что Ш. не был новичком в криминально-коммерческом мире Москвы и, как всякий уважающий себя предприниматель, имел «крышу». Да не одну, а две. Первую олицетворял известный московский бандит и рэкетир Мансур Шелковников (он позже, при задержании, был застрелен в своей квартире сотрудниками РУОПа). Вторую «крышу» обеспечивали воры в законе Мераб Джангвеладзе и Бесик Джонуа, также выходцы из Сухуми. Кстати, кроме московской прописки, оба имели и зарубежную. Сейчас Мераб является нежелательной персоной для нахождения на территории России. Второй был убит в 2007 году. Кстати во Франции эти воры обладали солидной недвижимостью, а их братья Леван Джангвеладзе и Леван Джонуа продолжают коммерческие операции на территории СНГ.
В результате обширного и длительного переговорного процесса между «крышами» господина Ш. освободили, однако Пачкория, не желающий, чтобы проделанная работа осталась неоплаченной, твердо заявил:«Мне эти» крыши«по фигу, 100 тысяч принесешь мне лично». Ш. подчинился. В правоохранительные органы он, конечно, не обращался.
Вскоре после этих событий в квартире на Нахимовском проспекте, которую снимал Пачкория, был застрелен его двоюродный брат Манчо Чачуа. Киллер стрелял из пистолета Макарова с глушителем в упор, в голову. Пули предназначались самому Пачкория, однако убийца несколько поторопился, ошибившись в выборе жертвы. Тем не менее спустя 30 минут после выстрелов по мобильному телефону Пачкория раздался звонок и неизвестный голос произнес: «Это тебе за Тимура».
Звонок заставил Пачкория призадуматься. Дело в том, что, кроме господина Ш, его люди в это же время удерживали еще одного заложника-сухумца, которого также звали Тимур. Этому Тимуру тоже было объявлено, что похитители его не какие-нибудь бандиты, а полномочные представители карательных органов Грузии. Только после этого Пачкория немедленно сменил свой шикарный синий «БМВ-750» на скромную серую«таврию». В подъезд своего дома стал заходить исключительно в бронежилете.
В конце февраля 1996 года Ахалая организует, а Пачкория вместе с танцором Чергадзе и действующими сотрудниками полиции Грузии совершают похищение гражданина Л, бывшего сухумца, а ныне москвича, имеющего три квартиры в центре Москвы и собственное прибыльное дело. Его знакомый по Сухуми, ранее судимый наркоман Роберт Гапбедава, назначает Л. Встречу возле ресторана «Макдоналдс» для решения некоей финансовой проблемы. Прямо у ресторана, посреди толпы Пачкория хватает его и запихивает в машину. За освобождение требуют уже 1 миллион долларов. Есть основания предполагать, что в данном случае сведения об Л. Ахалая почерпнул из сообщений правоохранительных органов Грузии.
Дело в том, что, по заявлению работников грузинского МВД, гражданин Л. разыскивался за торговлю человеческими внутренними органами, предназначенными для трансплантации. Сообщалось, что внутренние органы якобы изымались у плененных во время военных действий, на чем Л. и составил первоначальный капитал, пущенный затем в оборот в российской столице. Так это или нет — сейчас проверить сложно. В грузинской прокуратуре будто бы имеется уголовное дело по этому поводу, однако официального запроса о розыске Л. российская прокуратура не получала.
Похищенного Л. довольно долго держали на особой квартире в ожидании выкупа. Видимо, запрошенная бандой сумма на этот раз показалась родственникам жертвы запредельной. Жена Л. через своего брата обращается напрямую к лидеру Абхазии Ардзинбе за советом: следует ли идти в милицию или нужно прибегнуть к какому-либо иному способу освобождения? Полмиллиона тем не менее были на всякий случай собраны. Но когда жене похищенного сообщают, что лучше всего обратиться в милицию, события начинают разворачиваться в ином направлении. Милиция провела операцию по освобождению Л. безукоризненно. Сотрудники РУОПа за несколько часов вычислили квартиру, где держали Л, ворвались и взяли стороживших его бандитов. К сожалению, в руки руоповцев попали только пешки, которым было поручено сторожить заключенного. Ни Ахалая, ни Пачкория, ни Чергадзе задержать тогда не удалось.
Война между бандитскими кланами отнюдь не ограничивалась похищениями и рэкетом. Все это время в Москве звучат выстрелы и льется кровь. Но теперь Московский уголовный розыск, давно уже копивший информацию о деятельности банды, имел по крайней мере одно официальное заявление от потерпевших и мог приступить к ее ликвидации. То, что Ахалая скрывается в Киеве, было уже известно. Он считал, что отношения между Украиной и Россией такие же напряженные, как между Абхазией и Грузией, и надеялся: возможная выдача за преступления, совершенные в Москве, ему не грозит. Он сильно ошибся, вопрос такой выдачи был решен ровно за сорок минут.
В результате обширного и длительного переговорного процесса между «крышами» господина Ш. освободили, однако Пачкория, не желающий, чтобы проделанная работа осталась неоплаченной, твердо заявил:«Мне эти» крыши«по фигу, 100 тысяч принесешь мне лично». Ш. подчинился. В правоохранительные органы он, конечно, не обращался.
Вскоре после этих событий в квартире на Нахимовском проспекте, которую снимал Пачкория, был застрелен его двоюродный брат Манчо Чачуа. Киллер стрелял из пистолета Макарова с глушителем в упор, в голову. Пули предназначались самому Пачкория, однако убийца несколько поторопился, ошибившись в выборе жертвы. Тем не менее спустя 30 минут после выстрелов по мобильному телефону Пачкория раздался звонок и неизвестный голос произнес: «Это тебе за Тимура».
Звонок заставил Пачкория призадуматься. Дело в том, что, кроме господина Ш, его люди в это же время удерживали еще одного заложника-сухумца, которого также звали Тимур. Этому Тимуру тоже было объявлено, что похитители его не какие-нибудь бандиты, а полномочные представители карательных органов Грузии. Только после этого Пачкория немедленно сменил свой шикарный синий «БМВ-750» на скромную серую«таврию». В подъезд своего дома стал заходить исключительно в бронежилете.
В конце февраля 1996 года Ахалая организует, а Пачкория вместе с танцором Чергадзе и действующими сотрудниками полиции Грузии совершают похищение гражданина Л, бывшего сухумца, а ныне москвича, имеющего три квартиры в центре Москвы и собственное прибыльное дело. Его знакомый по Сухуми, ранее судимый наркоман Роберт Гапбедава, назначает Л. Встречу возле ресторана «Макдоналдс» для решения некоей финансовой проблемы. Прямо у ресторана, посреди толпы Пачкория хватает его и запихивает в машину. За освобождение требуют уже 1 миллион долларов. Есть основания предполагать, что в данном случае сведения об Л. Ахалая почерпнул из сообщений правоохранительных органов Грузии.
Дело в том, что, по заявлению работников грузинского МВД, гражданин Л. разыскивался за торговлю человеческими внутренними органами, предназначенными для трансплантации. Сообщалось, что внутренние органы якобы изымались у плененных во время военных действий, на чем Л. и составил первоначальный капитал, пущенный затем в оборот в российской столице. Так это или нет — сейчас проверить сложно. В грузинской прокуратуре будто бы имеется уголовное дело по этому поводу, однако официального запроса о розыске Л. российская прокуратура не получала.
Похищенного Л. довольно долго держали на особой квартире в ожидании выкупа. Видимо, запрошенная бандой сумма на этот раз показалась родственникам жертвы запредельной. Жена Л. через своего брата обращается напрямую к лидеру Абхазии Ардзинбе за советом: следует ли идти в милицию или нужно прибегнуть к какому-либо иному способу освобождения? Полмиллиона тем не менее были на всякий случай собраны. Но когда жене похищенного сообщают, что лучше всего обратиться в милицию, события начинают разворачиваться в ином направлении. Милиция провела операцию по освобождению Л. безукоризненно. Сотрудники РУОПа за несколько часов вычислили квартиру, где держали Л, ворвались и взяли стороживших его бандитов. К сожалению, в руки руоповцев попали только пешки, которым было поручено сторожить заключенного. Ни Ахалая, ни Пачкория, ни Чергадзе задержать тогда не удалось.
Война между бандитскими кланами отнюдь не ограничивалась похищениями и рэкетом. Все это время в Москве звучат выстрелы и льется кровь. Но теперь Московский уголовный розыск, давно уже копивший информацию о деятельности банды, имел по крайней мере одно официальное заявление от потерпевших и мог приступить к ее ликвидации. То, что Ахалая скрывается в Киеве, было уже известно. Он считал, что отношения между Украиной и Россией такие же напряженные, как между Абхазией и Грузией, и надеялся: возможная выдача за преступления, совершенные в Москве, ему не грозит. Он сильно ошибся, вопрос такой выдачи был решен ровно за сорок минут.
История ждёт вашей реакции
Дочитайте историю до конца, чтобы оставить реакцию
Страница 3 из 4
