Сумрачный лес

— Послушай меня, тебе страшно и возможно я это понимаю. Но сейчас совсем неподходящее время для истерик, пойми же ты. Мы должны помочь Рее, и потом ты можешь уйти от нас, я обещаю, что больше мы не потревожим тебя.

— Ты слышишь, что говоришь? Как я могу тебе верить, как я могу верить кому-то из вас? Вы само зло, вы живете ради убийства. Я не верю в то, что до сих пор цела. Теперь я все больше подозреваю себя в сумасшествии, потому что правдой все это быть просто не может. Какое-то порождение больного мозга.

— Приди в себя, — он схватил ее за локти и встряхнул так, что она чуть не ударилась головой о стену. — Осталось немного. Совсем немного. Наберись терпения, пересиль себя. Это ради Реи.

— С чего такая забота о ней? Почему ты хочешь и в этот раз ей помочь? Что тобою движет? Только не говори, что мечтаешь о светлом мирном будущем с братьями, — она с укоризной посмотрела на него и ее полные слез покрасневшие глаза так и выпрашивали правдивый ответ.

— Так все и есть.

— Не лги.

— Не лгу.

— Оффендер!

— Тебя это не касается, как не касается никого кроме меня. Я не обязан ни в чем перед тобой отчитываться. И если ты хочешь помочь ей, то контролируй свои истерики и делай то, что необходимо, а если нет, то ты знаешь, где кабинет. Выбор за тобой, — он встал и вышел, больше не сказав ни слова.

Женщина осталась наедине со своими мыслями, которые кишели в ее голове как черви на трупе кошки. Выбор за ней. Как бы ни так. Чего бы она ни хотела, все давно уже решено и ее никто не спросит.

— Кто тебя обидел? — взъерошенный Сплендор положил конец ее мыслям, перепрыгивая через все ступеньки.

— Все нормально. Никто. Тебе показалось, — Айсис вытерла щеки рукавом кофты.

— Не обманывай. Это Слендер? Или Оффендер? Или оба?

— Нет, они не причем. Просто я вспомнила о Рее и что-то загрустила. Скучаю по ней.

— Да, я тоже. Интересно как она там. Я ведь знаю все только со слов Трендера, а сказал он не много.

— Я стараюсь надеяться, что ей еще можно будет помочь, когда мы увидим ее.

— Он сказал, что ее состояние может ухудшиться. А я все еще не могу понять, что за потасовка произошла в тот день. Как Рея могла его уложить?

— Не знаю. У меня даже предположений нет.

— У меня была пара мыслей по этому поводу, но, по-моему, они слишком фантастичны.

— Неужто он успокоился и больше не хочет узнать свое прошлое, раз ему пришло в голову с ней расправиться?

— Может быть и так и так. Далеко не всегда его действия удается предугадать. Для нас на данный момент важно максимально долго держать его подальше от Трендера и Реи. Понадеемся на удачный для нас исход этой истории. Ведь надежда…

— Умирает.

Сотканная из тысяч серебряных нитей

Даже вновь обретенный оптимизм постепенно угасает. От Трендера уже неделю никаких новостей. Сплендор бегает за расстроенной Айсис, Оффендер взял моду прогуливаться вокруг дома, а Слендер теперь регулярно каждую ночь ходит в лес. С одной стороны можно подумать, что это хоть какое-то успокоение для каждого из них, а вот с другой…

Каждый вечер местный Казанова сидел на скамейке подле дома, думал обо всем и сам не замечал, как вступала в свои права темная мрачная ночь. И каждую ночь, каждый раз, сидя на этой лавочке, он смотрел в одну точку. Именно из-за тех нескольких деревьев, на которые всегда падал взор, появлялся Безликий. Он выходил неспешно, потирая руки, которые всегда были по локоть в крови, приближался к дому и присаживался рядом с братом. Они сидели молча, смотря то на небо, то на лес. Тишина вокруг иногда дарила какую-то свободу, а иногда давила со страшной силой.

Так было и сейчас. Вечер теплый, но ветерок дует немного с холодком, отчего духота вовсе не чувствуется. Братья сидели вместе. Старший смотрел как стекает кровь с его белых рук, а Оффендер все думал о чем-то… И своими мыслями ему делиться явно не хотелось. Также было и у Слендера. Смотря на багровые струйки, торопливо летящие на землю алым дождем, он изо всех сил пытался подавить то, что было внутри. Он догадывался, где Рея и подозревал, что они замыслили. Ему даже показалось, что он видел ее в тот день, когда Трендер случайно встретился со Сплендором, но это видение снова оказалось каким-то туманным и будто прозрачным. Потом оно исчезло. И бесконечно адское нутро постоянно боролось с какими-то положительными чувствами. Он сам понимал, что все эти видения сопрягаются с прошлым и будят где-то в уголках его проклятой души что-то светлое. Но он это переборет. Узнает все что нужно и покончит со всем этим раз и навсегда. Только эта девчонка… Возможно от нее многое зависит, а если он сейчас расправится с ней, то может потом об этом очень пожалеть.

— О чем ты думаешь?

— Ты мне? — Слендер отвлекся от крови на своих руках.

Тот осмотрелся:

— Ты еще кого-то видишь?

— Хм… Только излишне любопытного притворяющегося идиотом брата, который старается идти против меня.

— Против тебя? О чем ты говоришь?