Через пару секунд Вудс стоял рядом и беспощадно раскраивал кожу щеки, наблюдая, как течёт горячая кровь вперемешку со жгучими слезами. Парень запечатлел свой особый почерк на её лике, теперь все будут знать, кем она была убита.
42 мин, 1 сек 7108
Я плюнула на то, что это могло быть чьей-то глупой игрой или неудачной шуткой друзей, и сейчас они сидят где-то на хате у кого-то да ржут надо мной. Но детское любопытство, любимая привычка искать на своё дорогое место приключений, не давало мне покоя, заставило мои руки писать ответное сообщение.
Помню, наша переписка шла непринужденно. Мы общались так, будто старые друзья… знала бы я, чем это обернётся.
Его спокойное, без смайликов и знаков «Привет, заяц!» сводило меня сума. Я не могла думать ни о чем, ни о ком, кроме него, этого таинственного собеседника. Он, конечно, в течение месяца, что мы общались, ни разу не заикнулся об обучении убийству. Когда я решилась перечитать нашу переписку, то поняла: мы ушли оттуда, куда шли. Без сомнений и вопросов я написала ему«А когда мы будем учиться убивать?» Знала бы я, как это глупо звучит. Так наивно, тупо. Неужели ещё неделю назад я надеялась зарезать кого-нибудь и получить экстаз? Сейчас я«вспоминаю чью-то тещу» и не устаю себя бранить.
В тот вечер он написал, что хочет встретиться, выслал адрес, и я, как дура, естественно, пришла туда к сроку.
То место, в котором должна была происходить наша встреча, слегка напрягло меня. Высокий бетонный дом элитного происхождения, здесь с 90-х годов живут пилоты, танкисты, военные, одним словом те, кто хорошо послужил США. Сначала, ничего примечательного не было. Самый обычный жилой квартал, где доживают последние годы герои — старики 90-х.
Вздохнув, я перечитала адрес до конца и, тогда, это ввело меня в заблуждение: а идти ли вообще?
Местом встречи оказался подвал, страшный, пыльный, влажный подвал. Меня испугала перспектива быть съеденной крысами, и я почти прогуляла встречу. но. какой-то чёрт дернул меня все же пойти.
И вот теперь я задыхаюсь от пыли и высокой влажности. К тому же, неприятный запах гнили и металла мне не нравится, это вызывает рвотные позывы. Несколько раз меня чуть не вырвало, хорошо, сумела сдержать.
Этим милым тихим парнем, что писал мне серьёзное «Привет, заяц!», оказался популярный и известный Джефф Киллер.
Тогда не могла поверить, думала — сказка, ведь Крипипаста всего лишь выдумка, да и какой дурак станет общаться с девушкой, которую хочет убить, целый месяц!
В эти скудные, аналогичные всем прошедшим, минуты мне было все тяжелее сдерживать плачь, застрявший комом в горле, пока сам «интернет-друг» истерично хохотал, точа нож.
Боже, может, он просто так это делает? Или его наняли ребята, дабы удачно сыграть со мной в эти шутки?! Я не могу представить! А пока у меня дрожат колени, зубы клацают, отбивая прерывистые щелчки, руки от нервов покрылись красно-белой крапинкой. страх, он такой липкий, тягучий. ты пытаешься выпутаться из него, но вязнешь все глубже…
— Ну что, заяц — Алиса, поиграем? — прохрипел парень, щелкая по лезвию ножа пальцами. Ему было весело, хоть куда. бледные жестокие глаза буквально светились в темноте, будто специально пугая меня.
POV Автор
Он не делал ничего слишком резко, все медленно надменно. Ему хотелось увидеть настоящую сладкую боль в мимике этой жертвы. Сегодня у него праздник и он имеет право насладиться мучениями глупой девчонки.
Джефф подходил не спеша, однако, стоило ему оказаться за спиной жертвы, как он резко потянул на себя её, дернув за влажные спутанные волосы. Она оказалась в положении, где боль доминировала. Сморщив носик, нахмурив брови, она попыталась вырваться, но Вудс был во много раз сильнее её. Он не позволил ей сопротивляться. Резким движением руки он вкалывает остро наточенный кухонный нож в область лопатки на спине, задевая хрупкую нежную кость. Крик, хруст, скуление раздались по подвалу, в этой тишине было слышно, как слёзы Алисы падают на пол и разбиваются. Кровь хлынула, пачкая рубаху, из неаккуратно изуродованной раны. Её [раны] края были разорваны, будто лоскуты одежды. Нож так и не был изъят из тела, он продолжил своё путешествие диагональю по спине. Перед этим Джефф специально пересадил Лису в другую позу и положение. Лезвие продолжало рвать «ткань» кожи, уродуя рану. Приятное зрелище для маньяка, ужасная боль для жертвы.
Когда инородный железный объект был изъят, Алиса почувствовала лёгкость, но она рано обрадовалась. Вудс задумчиво разорвал на её спине рубаху, стягивая с троса окончательно. Он, ещё шире улыбаясь, схватился пальцами за порванный край раны, оттягивая кожный покров с мышц! Раздалось лёгкое шипение, бульканье крови, и высокий по нотам крик, больше схожий с визгом боли. Смех Джеффа смешался с агонией страдания, кожа в виде плотного с кусками мяса полотна отлетела в сторону. Девушка лишь приглушенно захрипела, сузившиеся зрачки не двигались, смотрели в одну точку, возбуждение боли играло в жилах Алисы.
Помню, наша переписка шла непринужденно. Мы общались так, будто старые друзья… знала бы я, чем это обернётся.
Его спокойное, без смайликов и знаков «Привет, заяц!» сводило меня сума. Я не могла думать ни о чем, ни о ком, кроме него, этого таинственного собеседника. Он, конечно, в течение месяца, что мы общались, ни разу не заикнулся об обучении убийству. Когда я решилась перечитать нашу переписку, то поняла: мы ушли оттуда, куда шли. Без сомнений и вопросов я написала ему«А когда мы будем учиться убивать?» Знала бы я, как это глупо звучит. Так наивно, тупо. Неужели ещё неделю назад я надеялась зарезать кого-нибудь и получить экстаз? Сейчас я«вспоминаю чью-то тещу» и не устаю себя бранить.
В тот вечер он написал, что хочет встретиться, выслал адрес, и я, как дура, естественно, пришла туда к сроку.
То место, в котором должна была происходить наша встреча, слегка напрягло меня. Высокий бетонный дом элитного происхождения, здесь с 90-х годов живут пилоты, танкисты, военные, одним словом те, кто хорошо послужил США. Сначала, ничего примечательного не было. Самый обычный жилой квартал, где доживают последние годы герои — старики 90-х.
Вздохнув, я перечитала адрес до конца и, тогда, это ввело меня в заблуждение: а идти ли вообще?
Местом встречи оказался подвал, страшный, пыльный, влажный подвал. Меня испугала перспектива быть съеденной крысами, и я почти прогуляла встречу. но. какой-то чёрт дернул меня все же пойти.
И вот теперь я задыхаюсь от пыли и высокой влажности. К тому же, неприятный запах гнили и металла мне не нравится, это вызывает рвотные позывы. Несколько раз меня чуть не вырвало, хорошо, сумела сдержать.
Этим милым тихим парнем, что писал мне серьёзное «Привет, заяц!», оказался популярный и известный Джефф Киллер.
Тогда не могла поверить, думала — сказка, ведь Крипипаста всего лишь выдумка, да и какой дурак станет общаться с девушкой, которую хочет убить, целый месяц!
В эти скудные, аналогичные всем прошедшим, минуты мне было все тяжелее сдерживать плачь, застрявший комом в горле, пока сам «интернет-друг» истерично хохотал, точа нож.
Боже, может, он просто так это делает? Или его наняли ребята, дабы удачно сыграть со мной в эти шутки?! Я не могу представить! А пока у меня дрожат колени, зубы клацают, отбивая прерывистые щелчки, руки от нервов покрылись красно-белой крапинкой. страх, он такой липкий, тягучий. ты пытаешься выпутаться из него, но вязнешь все глубже…
— Ну что, заяц — Алиса, поиграем? — прохрипел парень, щелкая по лезвию ножа пальцами. Ему было весело, хоть куда. бледные жестокие глаза буквально светились в темноте, будто специально пугая меня.
POV Автор
Он не делал ничего слишком резко, все медленно надменно. Ему хотелось увидеть настоящую сладкую боль в мимике этой жертвы. Сегодня у него праздник и он имеет право насладиться мучениями глупой девчонки.
Джефф подходил не спеша, однако, стоило ему оказаться за спиной жертвы, как он резко потянул на себя её, дернув за влажные спутанные волосы. Она оказалась в положении, где боль доминировала. Сморщив носик, нахмурив брови, она попыталась вырваться, но Вудс был во много раз сильнее её. Он не позволил ей сопротивляться. Резким движением руки он вкалывает остро наточенный кухонный нож в область лопатки на спине, задевая хрупкую нежную кость. Крик, хруст, скуление раздались по подвалу, в этой тишине было слышно, как слёзы Алисы падают на пол и разбиваются. Кровь хлынула, пачкая рубаху, из неаккуратно изуродованной раны. Её [раны] края были разорваны, будто лоскуты одежды. Нож так и не был изъят из тела, он продолжил своё путешествие диагональю по спине. Перед этим Джефф специально пересадил Лису в другую позу и положение. Лезвие продолжало рвать «ткань» кожи, уродуя рану. Приятное зрелище для маньяка, ужасная боль для жертвы.
Когда инородный железный объект был изъят, Алиса почувствовала лёгкость, но она рано обрадовалась. Вудс задумчиво разорвал на её спине рубаху, стягивая с троса окончательно. Он, ещё шире улыбаясь, схватился пальцами за порванный край раны, оттягивая кожный покров с мышц! Раздалось лёгкое шипение, бульканье крови, и высокий по нотам крик, больше схожий с визгом боли. Смех Джеффа смешался с агонией страдания, кожа в виде плотного с кусками мяса полотна отлетела в сторону. Девушка лишь приглушенно захрипела, сузившиеся зрачки не двигались, смотрели в одну точку, возбуждение боли играло в жилах Алисы.
Страница 8 из 11
