Таинственный сад

— Это был мальчик-раджа. Он был весь в изумрудах, рубинах и бриллиантах. А со слугами он разговаривал точно так же, как ты сейчас с Мартой. И все слуги тут же исполняли любое его приказание. Как будто если они не послушаются, их сейчас всех казнят, я… — Ну, про раджей я хотел бы послушать попозже, — вдруг перебил Колин.

— А сейчас лучше скажи, о чем ты думала во-вторых?

— Во-вторых, я думала, как ты не похож на Дикена, — ответила Мэри.

— Это еще кто такой? — недоуменно склонил голову набок Колин.

— Никогда не слышал о нем.

— Это брат Марты, — принялась с удовольствием рассказывать девочка.

— Ему двенадцать лет. Это самый необыкновенный мальчик на свете. Ты только видел бы, Колин, как он умеет лис, белок и птиц зачаровывать. Ну прямо как заклинатель змей в Индии! Дикен играет на дудочке, а звери идут и слушают.

Колин вынул из стопки книг, лежавших подле него на кровати, какой-то томик и перевернул несколько страниц.

— Гляди, вот картинка с заклинателем змей, — сказал он, протягивая книгу девочке.

Картинка оказалась цветной, и заклинатель был изображен на ней очень похоже.

— Спорю с тобой на что хочешь, у твоего Дикена такого не выйдет, — с некоторым пренебрежением проговорил мальчик.

— Такого, может, и нет, — спокойно отозвалась девочка.

— Дикен вообще это магией не называет. Он говорит, звери и птицы к нему идут просто из-за того, что он хорошо научился их понимать. Знаешь, сколько проводит времени в пустоши Дикен! — все увлеченнее говорила она.

— И звери ему там все как родные стали. И еще, он их любит очень. Он с Робином первый раз при мне в саду познакомился. И сразу начал что-то ему щебетать, а Робин — в ответ. И они друг друга хорошо понимали.

Колин откинулся на подушку. Глаза у него заблестели, щеки пошли красными пятнами.

— Расскажи мне еще о Дикене, — попросил он, и на этот раз в голосе его уже не слышалось пренебрежения.

— Он знает все про птиц и их гнезда, — с удовольствием продолжала Мэри, — и еще — где живут лисы, барсуки и бобры. Только он все, что знает, держит в секрете. Иначе другие мальчишки могут разорить гнезда или чьи-нибудь норы в пустоши.

— Неужели твоему Дикену пустошь нравится? — недоверчиво покосился на девочку Колин.

— По-моему, нет места тоскливее и мрачнее!

— Да ты что! — немедленно возразила Мэри.

— В пустоши растет и живет столько всего прекрасного! Там везде какие-нибудь крохотные существа. И все они поют, чирикают и друг с другом переговариваются. Одни прячутся под землей, другие — на деревьях или в вереске, но им всем отлично живется. Потому что в пустоши у каждого существа есть свое место.

— И откуда ты столько всего узнала о пустоши? — с восхищением спросил Колин.

— Да в общем-то я пока видела пустошь всего один раз, — немного смутилась Мэри.

— Когда меня везли с вокзала сюда. Мы ехали в темноте, и пустошь показалась мне просто ужасной. Но потом Марта мне объяснила, что пустошь на самом деле совсем не такая. А потом Дикен стал мне про нее рассказывать. Он так про нее говорит, что как будто сам туда попадаешь. И теперь, Колин, я знаю, как чудесно там пахнут цветы. И еще там есть много бабочек, пчел и другого, и… — Только все это не для меня, — раздраженно прервал ее Колин.

— Тот, кто не может вставать с постели, никакой пустоши уже никогда не увидит.

— Правильно, — кивнула Мэри Леннокс.

— В особенности если бояться выйти из комнаты.

— Буду я бояться выйти из комнаты или не буду, все равно до пустоши не дойду, — еще резче проговорил Колин.

— А вдруг когда-нибудь сможешь? — спросила Мэри.

— Я уже ничего не смогу увидеть. Скоро меня вообще не будет на свете, — ответил мальчик.

— Что ты все время заладил о смерти? — вдруг рассердилась Мэри.

— Прямо как хвалишься. Откуда вообще тебе знать, когда тебя на свете не будет?

Колин несколько оторопел. Никто до сих пор не осмеливался говорить в таком тоне о его болезни.

— Откуда мне знать? — отозвался он.

— Но почему же тогда я только и слышу, что скоро умру? По-моему, все ждут не дождутся, когда я наконец их освобожу от себя.

— И ты, значит, смирился? — возмущенно воскликнула девочка.

— Пусть бы попробовал кто-нибудь захотеть, чтобы я умерла! Да если бы я об этом узнала, я бы назло никогда не согласилась бы умереть! Вот кому, например, хочется, чтобы ты умер? — спросила она.

— Слугам, — без тени сомнения отвечал Колин.

— А больше всех — доктору Крейвену. Ему ведь тогда достанется после отца Мисселтуэйт, и он станет богатым. Конечно, он никогда не скажет, что мечтает об этом, но я-то вижу. Как только мне становится хуже, он делается таким веселым… А когда я болел брюшным тифом, доктор Крейвен прямо светился от радости. И папа тоже хотел бы, чтобы я умер скорее.

— Не может быть, чтобы твой папа хотел, — возразила Мэри.

— Ты думаешь, он не хочет? — пристально поглядел ей в глаза Колин.

— Не хочет, — уверенно кивнула девочка.

Колин, похоже, задумался. Мэри чувствовала, что необходимо сказать что-то еще в подтверждение своих слов.