Так как я позволил тебе изменять гравитацию

— Уверен, ты слышал, Шерлок, что размер не имеет значения?

Конечно, попытка Джона быть легкомысленным оставлена без внимания. Серебристый нос дергается (презрительно, как любит думать Джон), ласка прыгает с насиженного Грея и устраивается на шее Джона: теплая, мягкая, плотная, хоть и очевидно полупрозрачная.

— Ты ее контролируешь? — Шерлок смотрит на небрежно сжатую палочку в левой руке Джона.

— Не сознательно, — Джон поднимает свободную руку и поглаживает мордочку ласки, мех под его пальцами мягкий, шелковистый, голова на удивление твердая.

— Интересно. Ты чувствуешь ее? Сможешь контролировать, если захочешь?

Джон пожимает плечами и сосредотачивается на легком потягивании магии между палочкой и обвившим шею живым шарфом патронусом. Ласка вскидывает голову, вновь встревоженная. Усмехнувшись, Джон мысленно приказывает ей пересечь комнату, и она слушается, проносится легко и быстро по воздуху, сворачивается клубочком у Шерлока на коленях. Но вместо радостного голодного трепета, который Джон привык видеть во время демонстрации магии, лицо Шерлока выражает беспокойство. Он подносит руку к ласке, та вновь чистит себя, но длинные пальцы не гладят, а легко проходят сквозь полупрозрачное тело.

— Я не чувствую, — Шерлок звучит грустно и огорченно. — Я совсем ничего не чувствую. Просто теплый воздух.

— Ха! — вновь усмехается Джон в ответ на мятежный взгляд Шерлока и одним последним взмахом приказывает ласке вернуться, а потом шепчет «Фините Инкантатем», и ласка исчезает в дымке. Шерлок все еще дуется, разумеется, недовольный тем, что не смог собрать почти осязаемые данные. Джон закатывает глаза.

— Ты вообще не должен был ее видеть, Шерлок. Большинство магглов не способны на это.

— Ненавижу это слово, — бормочет Шерлок и скрещивает руки на груди, словно малыш-переросток в шелковом халате. Невольно Джон чувствует прилив привязанности к этому раздраженному человеку. Он поднимается из кресла, пересекает комнату и нависает над Шерлоком, свернувшимся в углу дивана.

— Идем, великий маггл. У меня есть еще что погладить, и я точно знаю — это ты сможешь почувствовать.

Шерлок морщит нос и вновь скатывается к ненавистным односложным выражениям пещерных людей.

— Уф, Джон, правда? Звучит жалко даже по твоим невысоким стандартам, когда дело касается непристойных инсинуаций.

(Односложные слова не имеют шансов, конечно, и жаль, что Джон согласился с этим много месяцев назад).

— Заткнись, болван, пошли перепихнемся.

Шерлок издает слабый недовольный звук, но встает с дивана и легко следует за Джоном в спальню, чем бы не было вызвано его беспокойство, поступки всегда правдивей слов.

— Знаешь, нет необходимости всегда так грубить людям. Неужели нельзя время от времени быть вежливым?

— Вежливость, Джон, лишь маска, за которой люди скрывают свои настоящие чувства. В моей работе от нее больше вреда, чем пользы. Лучше шокировать, чтобы взглянуть на истинные лица.

— Некоторые люди просто… любезны.

— Чрезвычайно малое количество, уверяю тебя. В чем смысл притворной вежливости?

— Друзья, Шерлок. Союзники. Те, кто заступятся, прикроют спину.

— Мне не нужны друзья, у меня есть ты.

— Это лестно, Шерлок, но я всего лишь один человек. У тебя может быть несколько друзей.

— Если мне когда-либо понадобятся еще друзья, я заведу их. А тебе часто нужны другие люди? Вот честно?

— Ну, Шерлок, все мы живем в обществе.

— Несмотря на то, что опасности, тайны и даже, учитывая недавно изменившийся характер наших отношений, секс, которые тебе необходимы для полного удовлетворения, связаны со мной? Тебе все еще нужны другие люди?

— Шерлок… Вопрос не в полном удовлетворении. Вопрос в людях, с которыми можно разделить свою жизнь. Мне нравится, когда рядом кто-то есть. Думал, тебе тоже, просто не хочешь признавать это. Что бы ты делал без миссис Хадсон, или Лестрейда, или даже Донован и Андерсона? Все эти люди нужны тебе.

— Джон Ватсон, если ты еще раз используешь «друзья» в одном предложении с Донован или Андерсоном, я никогда больше не заговорю с тобой.

— Ладно, слегка перегнул, но ты ведь понял, о чем я?

— Нет, не думаю. Ты не только обаятельный — ты завариваешь мне чай, заставляешь есть, подсовываешь снотворное, если, по твоему мнению, я давно не отдыхал. Да, я знаю об этом, и предпочтительнее, чтобы ты не поступал так, но кажется, иногда я тебя понимаю. У тебя есть оружие, и ты умеешь с ним обращаться, у тебя также есть палочка, и с ней ты тоже ловко управляешься. Чего еще мне желать? Нет, мне не нужны другие люди, но если это необходимо тебе — пожалуйста, так тому и быть.

— О, ради бога, я не предлагаю какие-то полигамные отношения, Шерлок. Просто, если кто-то время от времени приветлив со мной, не значит, что ты обязан третировать этого человека. Она замужем, ты видел ее кольцо. Она просто выполняла свою работу, ведь это ее долг как медсестры — помогать людям, если те в крови.