В мировой истории мореплавания трагические события, связанные с пожаром на американском круизном лайнере «Морро Кастл» в сентябре 1934 г., стоят особняком. Среди катастроф пассажирских судов это происшествие, вроде бы, не попадает в число выдающихся — на«Титанике», «Лузитании» или«Вильгельме Густлове» ужасную смерть в пучине находили тысячи людей (причём, тремя упомянутыми кораблями мрачный список«рекордсменов» далеко не исчерпывается). Тем не менее, в отличие от подавляющего большинства трагедий на море, история случившегося на«Морро Кастл» за истекшие с той поры семь с лишком десятилетий не только не получила исчерпывающего объяснения, но напротив, запуталась до крайности.
160 мин, 24 сек 20533
Слова о «новой Гражданской войне в США» были не просто журналистской метафорой. В каком направлении будет развиваться гражданское противостояние оставалось неясным и в этой ситуации педалировать версию, будто пожар на«Морро кастл» явился следствием теракта, было опасно. Резонанс мог оказаться совсем не тот, в котором нуждались власти. Кого обвинить в умышленном поджоге корабля? Коммунистов? Но они являлись одними из лидеров забастовки текстильщиков и обвинения в их адрес лишь добавило бы противостоянию остроты. Кроме того, только недавно — 16 ноября 1933 г. — были установлены дипломатические отношения с СССР, столь нужные Америке в непростые времена Великой Депрессии. Советский Союз, проводивший индустриализацию«по-сталински», являлся одним из крупнейших импортёров продукции американского машиностроения, ссориться с ним из-за недоказанных с абсолютной точностью подозрений было бы верхом глупости. Может быть, имело смысл обвинить в теракте кубинских леваков? В принципе, косвенные указания на это имелись — достаточно вспомнить заявление руководителя полиции Гаваны, утверждавшего, что он располагает информацией о возможном теракте в отношении «Морро кастл». Но реальной пользы от подобного обвинения кубинской стороны не было. Во-первых, кубинские власти сами принялись активно бороться со своими леваками и коммунистами. Во-вторых, кубинский лидер Рамон Грау, поддерживавший хорошие отношения с коммунистами, под давлением Фульхенсио Батисты, проводившего проамериканскую политику, уже ушёл в отставку и угрозы американским интересам не представлял. Если же расследованию пожара на «Морро кастл» придать антикубинскую направленность, то это осложнило бы отношения с очень лояльным к США Батистой и определённым образом задело бы бизнес-интересы американского капитала на Кубе.
В общем, с политической точки зрения всем было выгодно, чтобы злого умысла в произошедшей на борту «Морро кастл» трагедии, расследование не обнаружило. Так и случилось — ни официальные результаты работы Комиссии Департамента торговли, ни расследование прокурора Южного округа Нью-Йорка Мартина Конбоя не выявили фактов умышленного создания очага горения на борту лайнера и констатировали, что имело место«самовозгорание» письменных принадлежностей в результате сильной теплоотдачи от кожуха дымовой трубы. Предположения о возможном поджоге официально характеризовались как«полностью несостоятельные».
Камлания про самозагоревшийся шкаф звучали не очень-то убедительно. Чтобы максимально подсластить эту совершенно несъедобную пилюлю, Комиссия обрушилась с сокрушительной критикой на компанию-судовладельца, обвиняя «Уорд лайн» в пренебрежении безопасностью пассажиров, недостаточно продуманной организации труда и недобросовестном искажении статистики. Компании«рекомендовали» выплатить компенсации пострадавшим, не дожидаясь судебных исков. Для того, чтобы высший менеджмент внимательнее отнёсся к неофициальным рекомендациям и не особенно сквалыжничал, Департамент торговли возбудил расследование в отношении одного из вице-президентов компании — Генри Кабоди. Последний отвечал в Правлении«Уорд лайн» за карибское направление и покрывал все проделки покойного капитана Уилмотта.
Руководство «Уорд лайн» правильно поняло намёки американского правительства и менее чем за год выплатило потерпевшим и членам их семей 890 тыс.$ — это была колоссальная по тем временам сумма («форд» с конвейра стоил тогда менее 500 $, а дорожный рабочий, например, получал 1 $ в день). За это Генри Кабоди отделался, что называется, малой кровью — годом условного заключения и штрафом в 5 тыс.$. Тем не менее, приговор в отношении него можно считать прецедентом — впервые в истории судоходства ответчиком за аварию на судне стал не только капитан и члены команды, но и представитель высшего административного руководства компании-судовладельца.
Перезимовавший у пляжа в Эшбари-парке остов сгоревшего лайнера, 14 марта 1935 г. сняли с мели и отбуксировали в залив Грейвсенд, в Нью-Йорке. Затем, проданный на металлолом неуправляемый корабль, буксиры потащили дальше — в Балтимор, штат Мэриленд. Там 28 июня 1935 г., во время разделки на металл, на корабле вспыхнул новый пожар. На этот раз от паяльной лампы загорелись остатки нефти в трюме.
Спустя много лет — в начале сентября 2007 г. — неподалёку от пляжа в Эшбари-парке открыли небольшой мемориал, посвящённый трагедии сгоревшего лайнера и погибшим в пожаре людям.
В общем, с политической точки зрения всем было выгодно, чтобы злого умысла в произошедшей на борту «Морро кастл» трагедии, расследование не обнаружило. Так и случилось — ни официальные результаты работы Комиссии Департамента торговли, ни расследование прокурора Южного округа Нью-Йорка Мартина Конбоя не выявили фактов умышленного создания очага горения на борту лайнера и констатировали, что имело место«самовозгорание» письменных принадлежностей в результате сильной теплоотдачи от кожуха дымовой трубы. Предположения о возможном поджоге официально характеризовались как«полностью несостоятельные».
Камлания про самозагоревшийся шкаф звучали не очень-то убедительно. Чтобы максимально подсластить эту совершенно несъедобную пилюлю, Комиссия обрушилась с сокрушительной критикой на компанию-судовладельца, обвиняя «Уорд лайн» в пренебрежении безопасностью пассажиров, недостаточно продуманной организации труда и недобросовестном искажении статистики. Компании«рекомендовали» выплатить компенсации пострадавшим, не дожидаясь судебных исков. Для того, чтобы высший менеджмент внимательнее отнёсся к неофициальным рекомендациям и не особенно сквалыжничал, Департамент торговли возбудил расследование в отношении одного из вице-президентов компании — Генри Кабоди. Последний отвечал в Правлении«Уорд лайн» за карибское направление и покрывал все проделки покойного капитана Уилмотта.
Руководство «Уорд лайн» правильно поняло намёки американского правительства и менее чем за год выплатило потерпевшим и членам их семей 890 тыс.$ — это была колоссальная по тем временам сумма («форд» с конвейра стоил тогда менее 500 $, а дорожный рабочий, например, получал 1 $ в день). За это Генри Кабоди отделался, что называется, малой кровью — годом условного заключения и штрафом в 5 тыс.$. Тем не менее, приговор в отношении него можно считать прецедентом — впервые в истории судоходства ответчиком за аварию на судне стал не только капитан и члены команды, но и представитель высшего административного руководства компании-судовладельца.
Перезимовавший у пляжа в Эшбари-парке остов сгоревшего лайнера, 14 марта 1935 г. сняли с мели и отбуксировали в залив Грейвсенд, в Нью-Йорке. Затем, проданный на металлолом неуправляемый корабль, буксиры потащили дальше — в Балтимор, штат Мэриленд. Там 28 июня 1935 г., во время разделки на металл, на корабле вспыхнул новый пожар. На этот раз от паяльной лампы загорелись остатки нефти в трюме.
Спустя много лет — в начале сентября 2007 г. — неподалёку от пляжа в Эшбари-парке открыли небольшой мемориал, посвящённый трагедии сгоревшего лайнера и погибшим в пожаре людям.
История ждёт вашей реакции
Дочитайте историю до конца, чтобы оставить реакцию
Страница 30 из 51
