В известном городе Нью-Йорк объявился маньяк. Он похищает детей и подростков, многих которых судьба остаётся неизвестна. Подросток восемнадцати лет, которой нравится тихая жизнь в её окружении, сама чуть-ли не стала жертвой таинственного маньяка. Теперь ей предстоит чувствовать страх от одной мысли, что он от неё не отстанет просто так.
— Ты хотела покушать, — решив оставить руку в покое, я с силой разорвала ткань футболки на плече девочки, открывая вид на белую кожу. — А нашла пищу для меня. — Нагнувшись к плечу, я вонзилась в него своими зубами. Кровь, стекая по подбородку и шее, вымазывала некогда белую и помятую рубашку на мне, оставляя алые пятна на воротнике и груди. Ткань на колене тоже испачкалась из-за окровавленного пола рядом с покусанной рукой. — Как же вкусно! — я решила не довольствоваться только одними руками и плечами, кусая и остальные места: шею, щёки, бока, ноги. Везде понемногу. Хлюпанье и чавкаканье, казалось бы, были единственным источников звука в этом месте, где не было ни души.
Но моя трапеза резко оборвалась, когда я услышала громкий крик с нотками испуга рядом с выходом из циркового шатра, и я тут же перевела свой взгляд на нарушителя, сжимая в своих зубах только что откусанный кусок плоти.
— Х-ханна? — голос девушки дрожал, а её карие глаза метались то по телу ребёнка, то по мне. — Джей? Это ты? Не может быть…
— Мэри, — вот её я сейчас не ожидала увидеть. Стоило мне услышать, как сестра Ханны потерялась, я сразу подумала, что эта девушка могла сгинуть где-нибудь в лесу. Волков там предостаточно, уже на себе испытала. И поэтому видеть Мэри живой и целой, если не считать её потрёпанного вида после долгой пробежки, для меня было шоком.
— Моя сестра… — светловолосая девушка в панике попятилась назад, иногда сжимая свои руки в кулаки и смотря мне в глаза своими карими, где накапливались слёзы. — Ты убила её! Убила!
Пока моя бывшая одноклассница продолжала истерично кричать гадости в мою сторону, и плакать из-за потери родного человека, я лишь закатила глаза и, поднявшись с пола, прихватила как раз топор, который находился рядом со мной. Мой взгляд с явным вызовом был устремлён на мою старую знакомою, спина выпрямилась в осанке, а пальцы двух рук с силой сжимали деревянную рукоять.
Тогда кареглазка мигом утихомирилась, с непониманием и со страхом смотря на оружие в моих руках.
— Джей Ди, — Мэри тут же отрицательно замотала головой в разные стороны, неуверенно обнимая себя за плечи и дрожа. Её голос заикался, и даже на таком дальнем расстоянии между мной и ею я улавливала звуки прерывистых вдохов и выдохов. — Н-не надо. Ты же не такая…
— Я только что съела твою сестру! — с громким заявлением воскликнула я, раскинув руки в стороны, и с улыбкой оскалилась. — И ты мне заявляешь, что я не такая? О, глупая Мэри, — я с усмешкой наблюдала за своей собеседницей, вытерев тыльной стороной руки губы от свежей крови, но вместо этого только сильнее размазала её по щекам. — Ты знаешь, сколько я в этом месте провела времени?
— Я-я слышала, что ты п-пропала, — неуверенно заговорила девушка, с каждым моим медленным шагом отходя назад.
— Пропала? — иронично приподняв правую бровь вверх, я только сильнее скривилась. — Да я добровольно сюда пришла, чтобы спасти своего отца от смерти, дура! — я ускорила свои шаги, а Мэри была уже готова бежать. — Знаешь, сколько всего я натерпелась в этом месте? Знаешь?! — отличница всё убегала и убегала, а я, не сбавляя быстрый шаг, только повысила голос:
— Я уже была готова питаться тараканами, а их ведь здесь нет! Их крысы истребили! — Мэри споткнулась на ровном месте из-за того, что на её кедах развязались шнурки, падая на пыльную дорожку животом вниз. Но потом она поспешно начинает подниматься и вновь бежать, поправляя на ходу оранжевую майку без рукавов. — Здесь даже нормальной воды нет! Она вся грязная, ржавая и жёлтая! — воздуха от этих криков не хватало в лёгких, но мне так хотелось выговорить всё то, что я ощущала все эти дни, все эти часы. — Да меня здесь каждый встречный готов убить!
Светловолосая тут же забегает за угол какого-то небольшого здания, отчего я только сильнее скривила лицо и из быстрого шага перешла на бег, желая поскорее её догнать. От чего-то меня всю трясло, а в голове появлялись дурные мысли, от которых я сходила с ума. Почему вдруг мне так понравилось человеческое мясо? Почему вдруг я схватилась за оружие? Почему я воодушевляюсь от одной мысли, представляя себя не жертвой, а маньяком?
Когда я уже оказалась у того угла, где скрылась отличница, то мой взгляд сразу был направлен на приоткрытую дверь чёрного входа в здание, чья вывеска так и гласила: «Комната смеха». Левый уголок губ приподнялся вверх, образуя полуулыбку. Теперь мы точно посмеёмся.