Танцуй, Клоун, танцуй

Джей Ди не отвечала. Новость была слишком… удивительной? Шокирующей? Знаете, словами это не описать, потому что в это даже поверить сложно. Шмидт-младшая, когда шла в лес, была в Америке. Она жила в Нью-Йорке. Получается, что всё то время, которое она пробыла бок о бок со Смеющимся Джеком, она была и в других ближайших городах и странах? Получается, когда дочь полицейского встретилась с человеком с перекошенным лицом и бензопилой в руках — это, скажем, был Канзас? А может, Смеющаяся Джилл была в Англии, а Джейсон Производитель игрушек — в Италии? А она оказалась в Германии так далеко от родного дома.

— Что с тобой было? — Джей Ди медленно покачала головой, опустив свой взгляд на стол.

— Я пыталась выжить. — Слова были произнесены дрожащим шёпотом, но достаточно громко в этой пустой комнате, где слышался только шорох от редкого ёрзания на стуле.

— Мне доложили, что ты съела сестру Мэри, а она сама уцелела.

— Я пыталась выжить, — Нервно повторила шатенка, косо поглядывая на собеседника, и вновь устремила свой взгляд на стол. — Что со мной будет?

— Мы опасаемся, что ты вновь сорвёшься, — неуверенно проговорил афроамериканец, боясь спугнуть или же, наоборот, разозлить дочь его старого друга. — И поэтому нам придётся отправить тебя в психиатрическую больницу… на время.

Джей Ди неожиданно замерла и на секунду задержала дыхание после услышанного. Посадить её в психушку? Только из-за того, что она сорвалась и напала на сестру ненавистной одноклассницы?! Новость о том, что эта отличница выжила, только разозлила сероглазую, но гнев был подавлен испугом. В психиатрическую больницу идти никак не хотелось, а уж тем более в Германии.

— Я буду в Германии?

— Нет, — покачал головой брюнет. — Мы отправимся вместе в Америку, не волнуйся. А там мы свяжемся с твоей семьёй. — Решив на этой ноте закончить диалог, мужчина поднялся со стула и, вернув досье обратно в папку, спросил:

— Тебе что-нибудь надо сделать?

— В смысле последнее слово? — решила уточнить девушка, любопытно склонив голову на бок. Получив утвердительный кивок, Шмидт-младшая задумалась. Столько всего она упустила… — Кроме родителей я хочу поговорить со своей подругой Натальей. Она раньше с нами училась. — Шатенка почесала подбородок. — Я хочу горячую пищу, может, суп или мясо. Можно чай, но без сладкого и без сахара. От этого всего меня уже тошнит. Можно ещё телевизор, хотя бы с одним каналом? И ванну с горячей водой, зубной щёткой, пастой и бритву. Хотя бы с двумя лезвиями! — заметив, как правая бровь Сида медленно приподнялась вверх, словно от недоверия, полу-немка поджала губы. — Ну… и новое чистое бельё с прокладками, пожалуйста.

— Всё будет, всё будет, — устало выдохнул мужчина и, попрощавшись с собеседницей, вышел из комнаты.

Стоило железной двери закрыться за спиной черноволосого, как тот быстрым шагом отправился куда-то по коридору и, вытащив мобильный телефон, набрал нужный номер.

— Алло? — долгое время на звонок никто не отвечал, и лишь с третьего вызова раздался мужской и сонный голос. — Алоис, это я, Сид Томсон. Ты помнишь меня? — афроамериканец завернул в сторону туалетов и скрылся в мужской комнате. — Да-да, это я, привет. — Мужчина пытался улыбнуться, попутно действуя быстро. Такую новость нужно сразу рассказать! — Это неважно. Мы нашли твою дочь.

— Что?

На самолёте главная героиня летела достаточно долго. Полёт начался под вечер, а посадка завершилась уже утром. Признаться, Джей Ди никогда не летала на самолёте. Так что при взлёте и посадке она сильнее сжимала свои руки на ручках кресла, несмотря на то, что её приковали к самому креслу, тем самым предотвратив возможность побега.

А вскоре Шмидт отвезли в психиатрическую больницу, которая, оказывается, была изолирована от ближайших мест жительства: ферм и городов. Дорога, казалось бы, была забытой. Машину часто шатало из стороны в сторону, а шатенку со временем укачало, и она была готова в любую минуту вырвать. Само здание было огорожено высоким забором с колючей проволокой на самых верхушках, где висели небольшие таблички с предупреждением о высоком напряжении. Больница с виду была большой и неприветливой, а все окна закрывали решётки.

Уже внутри Джей Ди переодели в белую рубашку и широкие штаны, и лишь конусный радужный нос остался при полу-немке

Джей Ди спокойно сидела на стуле, разве что переплетённые пальцы говорили об её нервном состоянии при виде родителей. Их лица теперь шатенка могла осмотреть лучше и вновь вспомнить после месяца разлуки. Алоис был почти восстановлен, разве что ему приходилось передвигаться на костылях. Семейная пара с волнением смотрели на свою дочь, видя в ней изменения: измученная, бледная, израненная, а мешки под глазами говорили о недосыпе. И этот клоунский нос…

Саре не терпелось обнять свою дочь и зарыдать от счастья, что её малышка жива. Но лишь стена с толстым стеклом с непроницаемым звуком были помехой, а для общения пришлось использовать трубку телефона. Вспомнились старые восьмидесятые.