Небо потемнело за считанные минуты. Казалось, у него резко испортилось настроение, и оно решило выплеснуть весь негатив на землю. Подобно разъяренным быкам, тучи сталкивались друг с другом, высекая искры-молнии и наполняя воздух громоподобным ревом. Зарядил дождь. Крупные капли с силой ударялись о стекло, а потом, побежденные этой непреодолимой преградой, лениво сползали вниз.
Провозившись полчаса, Евгений, наконец, смог открыть замок. Затаив дыхание, парень медленно распахнул дверь. Комната была пуста. Единственное окно завешено черной тканью, как и в остальных комнатах до их приезда. На полу, стенах и даже на потолке были странные толстые царапины, но на этом особенности комнаты заканчивались. Пусто. Ничего и никого. Никого ли? Женя быстро проверил дверь с внутренней стороны. На деревянном покрытии были все те же царапины и еще следы от ударов. Значит, то, что ломилось в дверь, было абсолютно реальным! Но что же издавало страшные ночные звуки? Где оно? Мучаясь этими вопросами, Мамонтов побрел к жене.
Поздним вечером, когда Олеся уже ушла спать, Евгений сидел в своем кресле, глубоко задумавшись. Разговор с женой так и не получился, она все еще была в шоке, но Женя твердо решил поставить вопрос о продаже этого дома завтра утром. А сейчас ему нужно подумать. Танцующие языки пламени приковывали взгляд к огню в камине. На улице снова начиналась гроза. Загадка призрака мальчика не давала покоя Жене. Весь день он потратил на попытку раскопать хоть какую-то информацию об этом доме в старых газетах и интернете. Ничего, связанного со смертями. Но что-то же должно быть, иначе, откуда взялся призрак мальчика? Что издавало громкие звуки в запертой комнате? Нет ответов. А может быть разгадка здесь? Прямо под носом? В подвале же было много книг, а вдруг там есть что-то из истории дома, может дневник или что еще… Дневник! Он же видел какой-то, когда спускался туда. Он лежал под машинкой. Не медля ни секунды, Женя схватил лежавший рядом фонарик и помчался к входу в подвал.
Спустя считанные минуты он уже стоял рядом с пианино и снова разглядывал машинку. Стараясь не думать, как она опять оказалась в подвале, Мамонтов осторожно переставил ее в сторону и взял пыльную книжонку, на которой печатными буквами было выведено слово «Дневник». Дрожащими руками раскрыв его, Евгений издал стон разочарования. Это оказался обыкновенный дневник с оценками за шестой класс. Его владелец, некто Дима Радионов, был почти отличником — у него преобладали пятерки и четверки, не было замечаний от учителей, сплошные похвалы. Женя уже хотел было закрыть дневник, как вдруг его взгляд остановился на имени ребенка. Дима Радионов. Д. Р., конечно же! Эти же инициалы были на машинке, которая загадочным образом поехала сама собой первой ночью! Значит, это его игрушка? Тогда получается, что в руках он сейчас держит дневник этого самого мертвого мальчика! Мамонтов вновь принялся листать дневник, уже более внимательно разглядывая каждую страницу. Ответ может быть совсем близко. Вот! На одной из последних страниц неровным детским почерком накалякана коротенькая записка:
«Дверь была закрыта. Ключа папа не нашел. Родителей нет дома. Из любопытства я открыл замок отмычкой. Я сижу в подвале с моей любимой машинкой и пишу в дневнике. Может быть, кто-нибудь прочтет. Боюсь выходить. Зачем я это сделал? Мне конец. Спасите! Оно рыщет наверху».
Как только Женя дочитал, сверху раздался крик.
— Олеся! — Мамонтов быстро выбрался из подвала и побежал на второй этаж. Света не было. Должно быть, из-за грозы вырубился. Теперь в распоряжении Евгения был только фонарик, да периодические вспышки молнии, освещающие дом. Добравшись до спальни, Женя быстро распахнул дверь.