Тайна особняка Темпер. Любимая душа

Приподняв подол платья, чтобы не мешал мне передвигаться, направилась к дому. Когда я уже обошла темный пруд, оставив его за спиной, направляясь к дому, что-то тяжелое ударило меня по голове. В глазах потемнело, под закрытыми веками вспыхнули яркие искры и я потеряла сознание.

Когда я пришла в себя, голова нещадно болела, что-то теплое стекало за шиворот платья, а руки и ноги оказались крепко связанными.

Я лежала на холодной земле возле самой кромки черной воды под раскидистым деревом. Щеку колола мелкая галька, ладони и ступни начали неметь, подол платья намок и неприятно лип к ногам.

— Она пришла в себя, — раздался сверху глухой старческий голос.

Я попыталась перевернуться, но ничего не вышло. Кто-то хрипло рассмеялся и грубо пихнул меня, переворачивая на спину. Тут же мелкая галька больно впилась в спину.

Надо мной склонилось обеспокоенной лицо миссис Ричарс.

Я попыталась повертеть головой, отыскивая старуху, которая недавно смеялась, но никого не увидела.

— Люсинда, слава Богу, вы в порядке, — хриплым голосом сказала я. — Скорее развяжите меня, и мы побежим в деревню, расскажем всем, что ваш супруг сошел с ума и убивает людей.

На миг хорошенькое личико Люсинды Ричарс приняло задумчивое выражение, но вскоре, встряхнув головой, словно прогоняя неприятные мысли, женщина ответила:

— Я бы с радостью, дорогая Элизабет, но видите ли а чем проблема, мой супруг мертв. Покончил с собой в своем кабинете, когда увидел тела своих любимых детей.

— Что? — я не верила своим ушам. Но потом вспомнила грохот, когда только вошла в особняк. Как будто упало что-то тяжелое. — Так, значит, это не он убивает людей.

— Нет, — горестно ответила миссис Ричарс. — Он всегда старался защитить их, мой бедный, милый Грегори.

— Тогда, кто это сделал? — уже зная ответ, спросила я.

— Хватит с ней возиться, — прокаркал старушечий голос. — Убей ее!

Я опять заозиралась, пытаясь найти обладательницу этого властного голоса.

— А она не так умна, как ты думала, — прохрипела старуха и вновь безумно рассмеялась.

И я поняла, что этот старческий голос принадлежит Люсинде. Сначала мне не было видно лица женщины, в стремительно сгущающемся сумраке, поэтому я не сразу поняла, что это говорит миссис Ричарс.

Но когда она смеялась, вспыхнула молния, и я четко рассмотрела безумный блеск в глазах своей нанимательницы, распахнутый в дикой усмешке рот, скрюченные, словно в судороге, пальцы рук.

— Поняла, наконец, — грустно сказала Люсинда, своим нормальным голосом.

— Как? Как вы, Люсинда, могли убить своих детей? — ошеломленно спросила я, пытаясь незаметно расслабить узлы на руках.

— Это не Люсинда, — опять старческим голосом ответила женщина, злобно кривя красивые губы, — это была я, Шарлотта.

— Не понимаю, — нахмурилась я, — вас зовут не Люсинда, а Шарлотта.

— Вот ведь дура, — сплюнула Шарлотта.

А миссис Ричарс, которая Люсинда, печально начала рассказывать.

— Видишь ли, милая Лиззи, когда я появилась на свет, у меня была сестра-близнец Шарлотта. Она была старше меня на пару минут, но, к сожалению, схватила воспаление легких и через неделю умерла. Когда ее душа покинула тело, маленькая Лотта не захотела расставаться со мной и каким-то образом заняла мое тело. Так вышло что в моем теле живут две души: я, Люсинда, и Шарлотта.

— Но как такое возможно? — ошарашенно воскликнула я.

— Я и сама не знаю. — Пожала плечами девушка, опускаясь передо мной на колени. — Только раньше Шарлотта брала вверх над моим телом, когда мне было страшно или моей жизни угрожала опасность. Маленькой я часто попадала в разные опасные ситуации, словно смерть старалась всеми силами забрать и меня забрать в свое владение. Но Лотта всегда приходила мне на помощь. Она с детства была более ловкой, сильной и волевой, поэтому если бы не она, то я давно нашла свой последний приют в сырой земле.

— Но почему вы ей позволили убить ваших детей? Вашу кровь и плоть? — с ужасом спросила я.

— Со временем Лотта стала более сильной, чем я. И все чаще она управляла моим телом. Я боролась с ней, как могла, но болезнь доконала меня и теперь я слаба и вряд ли смогу даже попытаться поднять руку.

— Все, излила душу и хватит! — оборвал старческий голос звонкий голосок Люси. — А теперь, Лиззи, мы искупаемся. Ты будешь медленно умирать, так как из-за тебя я не могла играть с моими племянниками в наши игры. Можно сказать, что эта ты виновата в их смерти.

— Почему? — взвыла я, когда скрученные холодные пальцы, коснулись моего горла, — Люси, почему вы никому не рассказали об этом?

— О-о, она сказала, своему олуху-мужу, — прокаркала Шарлотта, — ведь именно поэтому он так зорко следил за своей женой. Чтобы она как можно реже находилась с детьми наедине. Именно поэтому он поехал в столицу, чтобы изгнать меня из тела Люсинды. Дурак! — сплюнула в сторону безумная женщина, взмахнув руками, — если уйду я, то умрет и она. Наши души теперь неразрывно связаны друг с другом.

На миг мне показалось, что в глазах безумицы зажглась надежда, словно Люсинда нашла выход из ситуации.