Тайна «тибетских гранитных дисков»

Прошло еще двадцать лет, и в марте 1994 года в очередной раз прибыл в Китай один австрийский журналист — Петер Красса — вместе с доктором Хартвигом Хаусдорфом. П. Красса проявлял особое упорство в деле поиска гранитных дисков. Он неоднократно ездил в Китай даже в трудные годы «культурной революции» и всякий раз не упускал случая наводить справки о«дисках Байан-Кара-Ула». На первых порах ему не везло: никакой достоверной информации, только слухи. Но Красса не сдавался. Снова ездил, посылал запросы, рассказал о загадке дисков в своей книге «Когда пришли желтые боги». Причиной его визита в Китай в 1994 году была неожиданная встреча в кулуарах очередной конференции, посвященной «пришельческой» тематике. К П. Крассу подошел незнакомый человек средних лет. Этот человек был Эрнст Вегерер. Он и рассказал Петеру Крассу о своем визите в музей Цзианя, показал фотографии, поведал о впечатлении, которое произвели на него диски.«Хотя я и не геолог, — говорил Вегерер, — мне показалось, что их материал похож на мрамор. Во всяком случае, это был, несомненно, камень, зеленовато-серого цвета и твердый, как гранит».

Х. Хаусдорф же составил компанию П. Крассу неслучайно — у него была своя цель: проверить слухи о существовании в Китае древних пирамид, сравнимых по величине с египетскими. (Пирамиды он, в конце концов, нашел, осмотрел, сфотографировал — их открытие стало одной из самых ярких сенсаций последних лет, об этом наша газета писала весной этого года.) Хаусдорфа в той поездке тоже манил Цзиань — по имевшимся сведениям, пирамиды находились в окрестностях именно этого города. И, конечно, его, как и Крассу, волновала возможность своими глазами увидеть знаменитые диски.

П. Красса и доктор Х. Хаусдорф посетили этот музей, но, увы, не нашли там дисков, сфотографированных Эрнстом Вегерером. Нынешний директор музея профессор Ванг Ци Юнь сообщил, что женщина, возглавлявшая музей в 70-е годы и разрешившая Эрнсту Вегереру сфотографировать диски, была немедленно уволена и бесследно исчезла. Судьба ее неизвестна. Это наводило на размышления. К тому нынешний директор повел себя несколько странно: сначала он утверждал, что никаких дисков в музее нет, что их якобы изъяли из экспозиции (кто — не говорил) и больше их никто не видел, но затем пригласил посетителей в соседнее здание, где обнаружились увеличенные глиняные копии тех самых дисков. Правда, на них была надпись: «Культовые предметы». На вопрос, где все-таки сейчас находятся оригиналы дисков, профессор туманно ответил: «Интересующие вас экспонаты не существуют, так как, будучи признанными инородными компонентами экспозиции, они были перемещены». Так не существуют или перемещены? И если перемещены, то куда? И кому и почему они помешали? Оставалось предположить, что в те годы, когда директором была та самая добрая женщина, разрешившая сфотографировать «инородные компоненты экспозиции» поступила команда«сверху» уничтожить все следы, ведущие к разгадке этой волнующей тайны, а нынешнему директору приказано просто молчать.

Лишь на один вопрос был ответ: почему сделали копии из глины: глина соответствовала тематике экспозиции, а непонятный то ли гранит, то ли еще какой минерал — нет.

Что оставалось делать исследователям? Они попросили разрешения осмотреть библиотеку музея. При осмотре настойчивые посетители нашли одну крайне любопытную книгу по археологии, в которой обнаружили чертеж вожделенного диска с поперечным сечением, в котором ясно видна приподнятая центральная часть и отверстие, о котором говорил Эрнст Вегерер. От отверстия к краям тянутся дугообразные бороздки. Выходит, эти диски все же известны китайским археологам — пусть даже официальная китайская наука от них и открещивается. Значит, диски — не миф, а существуют реально? К сожалению, в публикациях Хаусдорфа и Крассы ничего не сказано о том, как прокомментировали рисунок сотрудники музея.