Сестра — это лучший друг, от которого невозможно избавиться… Линда Саншайн...
76 мин, 57 сек 11886
Она видела, как глазки Анны Петровны оживляются при виде Кати. Старуха высовывается из квартиры и тихонько манит крючковатым пальцем удивленную девочку, шепча: «Иди сюда, модница-красавица… У меня есть для тебя кое-что»…
Она видела, как заинтригованная Катя заходит в квартиру и старуха, оглянувшись по сторонам, быстро запирает дверь.
Самую последнюю дверь в жизни Кати, которая отрезала ее от всего — от папы, мамы, сестры, друзей в школе, шоколадного рожка, мультиков с котом Леопольдом… Взрослой жизни.
Любви и семейного счастья.
И вообще, от всего остального на свете.
Она видела, как старуха едет в электричке, а в ее сумке, в тройном пакете со льдом лежит рука Кати. Бедная, маленькая ручка с тоненькими, поджатыми в отчаянии пальчиками.
Конечно, это брак в будущем чучеле кошки, но безопасность прежде всего… К тому же немного гипсового раствора, и вуаля, настоящую руку, то есть лапу, не отличишь от искусственной…
— Ты ждала меня? Ждала меня все это время?
Голос Насти был слабым и хрупким, как трепетавшее пламя догорающей свечи. Она прижала высохшую мумию сестры к себе, а горячие слезы чертили дорожки по ее лицу.
Один стеклянный глаз «кошки» выпал и, стукнувшись об лавку, отскочил в снег.
Так они и сидели, обнявшись. На сестер продолжал сыпать снег. Вот только снежинки, попадая на кожу их лиц, таяли только у одной из них.
Она видела, как заинтригованная Катя заходит в квартиру и старуха, оглянувшись по сторонам, быстро запирает дверь.
Самую последнюю дверь в жизни Кати, которая отрезала ее от всего — от папы, мамы, сестры, друзей в школе, шоколадного рожка, мультиков с котом Леопольдом… Взрослой жизни.
Любви и семейного счастья.
И вообще, от всего остального на свете.
Она видела, как старуха едет в электричке, а в ее сумке, в тройном пакете со льдом лежит рука Кати. Бедная, маленькая ручка с тоненькими, поджатыми в отчаянии пальчиками.
Конечно, это брак в будущем чучеле кошки, но безопасность прежде всего… К тому же немного гипсового раствора, и вуаля, настоящую руку, то есть лапу, не отличишь от искусственной…
— Ты ждала меня? Ждала меня все это время?
Голос Насти был слабым и хрупким, как трепетавшее пламя догорающей свечи. Она прижала высохшую мумию сестры к себе, а горячие слезы чертили дорожки по ее лицу.
Один стеклянный глаз «кошки» выпал и, стукнувшись об лавку, отскочил в снег.
Так они и сидели, обнявшись. На сестер продолжал сыпать снег. Вот только снежинки, попадая на кожу их лиц, таяли только у одной из них.
История дочитана
Какой след эта история оставила у тебя?
Реакция сохранена в этом браузере. Войдите, чтобы не потерять реакции, ночные метки и трофеи
Страница 22 из 22
