Я точно не помню, когда это началось. Способность к телепатии, как это называют обычные люди, появлялась во мне так постепенно и незаметно, что я даже не сразу понял, что что-то изменилось. Это сродни тому, как человек не помнит, в каком возрасте он начал сознательно мыслить…
Теперь мы могли распределять нагрузку поровну между нашими головами. Ладно, буду называть всё своими именами: теперь я мог распределять нагрузку поровну между своими головами. Хотя я вёл много жизней одновременно, каждая из них в отдельности стала для меня гораздо легче, чем когда она жила обособленно, а мои умственные способности увеличились так, как будто все мои мозги слились в один.
Я стал чем-то вроде следующей ступени эволюции человека, и учёные всего мира об этом знали. Некоторые мои части они взяли на исследование, а некоторые остались жить в обычном человеческом мире.
Я мог бы много рассказывать о своей жизни после овладения телепатией, да только это всё будет не очень интересно.
Со временем я стал замечать, что для того, чтобы хоть как-то находиться в сознании, мне требуется большое количество сил. «Находиться в сознании» — я называю так то состояние, когда все мои компоненты думают одновременно.
Кстати, благодаря тому, что я состою из разных человеческих тел, я могу видеть во время своего непрерывного бодрствования сны разных своих компонентов. Учёные этим пользуются.
Так вот, я как будто стал рушиться. Хотя мне к тому времени было всего лишь около полугода, это напоминало явление у одиночных людей, не владеющих телепатией — когда они достаточно стареют, у них происходит что-то вроде впадения в детство. Я раньше сравнивал свою способность к телепатии с тем, как у младенца появляется сознательное мышление — теперь же я его как будто стал лишаться. Мне приходилось очень напрягаться, чтобы думать одновременно всеми своими частями, и я то и дело перемещался только в одно тело и начинал вести основную жизнь в нём, бросая остальных на произвол судьбы.
Так не могло продолжаться долго — когда я отключался от некоторых тел, они теряли сознание (к сожалению, я не избавился от этой неприятной человеческой привычки), и некоторые я даже таким образом потерял.
Учёные, исследовавшие некоторые мои компоненты, пытались что-то сделать изо всех сил, но ни к каким результатам это не приводило. Таким образом я потерял около половины своих тел.
А потом началось нечто более ужасное.
Представьте себе такое ощущение: как будто у вас отняли память и подсознание, оставив наедине со своими мыслями и тем, что происходит сейчас вокруг. Кажется, сюжет про память уже обыгрывался в каком-то фильме — я не помню его название, но… вы понимаете, как мучался бы человек, испытавший подобные лишения? А теперь представьте, что вам оставили только вашу память, полностью оградив от внешнего мира. Хотя, это ещё не самое страшное — так вы хотя бы будете знать, кто вы, каким образом лишились всего, кроме памяти… Попробуйте же представить, наконец, что вам оставили только ваше подсознание — крошечную частичку мозга, которая не знает, что с ней было, не знает, кто она, и постоянно навевает на вас разные чувства и желания — часто не к месту, случайным образом.
А теперь представьте, что у вас отняли ВСЁ. Оставили пару нейронов, и вот живи теперь с ними!
Именно это ощущал я, а также другие мои части, когда я вдруг оказался снова в одном теле. На удивление, именно в том, из которого я стал телепатом — но теперь оно казалось мне ничем, как будто меня запихнули внутрь какого-нибудь муравья.
Я с трудом, сквозь какую-то очень сильно высасывающую силы, но одновременно притягивающую к себе преграду, смог соединиться на некоторое время с другими оставшимися в живых телами: оказывается, они все чувствовали то же самое, что и я.
Может… Мне пришла в головы, точнее, уже в голову, идея, последняя чёткая, логически полученная идея, которая объясняла всё происходящее.
Нас, отдельных людей, соединил в одно целое какой-то умственный паразит. Он перемешал наши личности, сначала просто наблюдая за ними — именно благодаря этой перемешке сейчас я знаю историю не только тела, в котором нахожусь (хотя его знаю лучше всего), но и всех остальных тел — до мельчайших подробностей. Правда, только кусочками… мне досталось по кусочку из памяти каждого человека. Вот, а потом этот паразит, про которого я сейчас говорил, начал питаться нашими умственными усилиями, направленными на то, чтобы тела поддерживали непрерывный контакт друг с другом. Не знаю, как это по-научному сказать, но ведь другого объяснения происходящему вроде нет… Теперь мои мысли носили обрывочный характер. Я понял, как умерли те, первые мои тела… Они отделились раньше остальных, и паразит высосал из них всю жизнь.