Тематики

— Нет-нет, ты погоди.

Крис встал и загородил собой выход — пройти мимо него Вик никак не мог. Только навалиться и попробовать тараном пробить себе путь.

— Что еще? Тебе назвать имя? Возраст, паспортные данные?

— С кем ты его видел? Когда и где?

— А знаешь, зачем я буду сейчас все это говорить? — Вик игриво прикусил губу и подмигнул. — Давай так. Ты отпустишь меня спать, а завтра днем я просто скину тебе адрес и время. Сгоняешь туда и посмотришь — по рукам?

— Завтра? — Крис был настолько шокирован, что отступил от прохода, и Вик юркнул в комнату тут же. Воспользовался моментом.

— Да-да. Тут особо гадать не над чем.

— Но ведь завтра будут…

— Похороны? — улыбнулся Вик. — Ну, я думаю пробить. Не знаю, как ты, а я за сегодня нагоревался…

— Я не об этом, — прошептал Крис. — Ведь Дима был его…

— Другом? — Вик улыбнулся еще шире. — Дружище, да ты просто ангел какой-то. Не пойму никак, с чего я взял, что ты можешь сказать ему что-то в этом духе? Наверное, это потому, что у меня нет совести. Да, пожалуй. Ну, был он другом — дальше-то что? Трахаться надо регулярно, а то пипка отвалится. Все, покеда, я засыпаю.

Он разлегся в кресле и уставился в окно. Шторы супруга забрала, поэтому за стеклом хорошо было видно небо.

— Я останусь, — объявил гость.

— Оставайся-оставайся, правильно, — подбодрил его Вик. — Я вовсе не против.

— Как будто тебя кто-то спрашивал.

Ночью, конечно же, позвонил Сергей. Крис долго не брал трубку, и звонки разбудили Вика — он взял смартфон, принял вызов и сонно пробормотал:

— Со мной все нормально, а Крис спит. До завтра.

Повесил трубку, и звонки прекратились. Он особенно не беспокоился о том, что Сергей может что-то понять, догадаться или испугаться — слишком наработанной была схема.

Из-за духоты и неудобного кресла сны были жуткими. Снились медвежьи берлоги, фиолетовые закаты и пустыня с разбросанными скелетами вымерших животных. Он ощущал себя мертвецом и никак не мог понять, снится ли ему кресло, комната и смерть Дмитрия, или все это реальность.

Посреди ночи проснулся Крис. Вик и раньше замечал, что с ним бывает такое: встанет и бродит туда-сюда. То ли ищет, то ли размышляет.

— Не спится? — очнувшись от очередной дребедени про мамонтов, спросил Вик.

— Вроде того. Гадаю теперь, кто это может быть.

— Ладно тебе, какая, в сущности, разница?

— Не знаю. Но хочется верить, что это кто-то стоящий.

— Стоящий? Хм. Дай подумать, кого бы ты мог заподозрить. Может быть, это Андрей? М? Подумай?

— Иди к черту. Андрей никогда не сделал бы такого с Шуриком — он слишком беспокоится за него. Нет, с Андреем ничего быть не может, я уверен.

— Ладно, давай прикинем, кто у нас есть еще. Вот! Точно, как же я мог сразу-то не догадаться? Ведь это же Матвей! Помнишь, сколько Сережа там с ночевкой оставался? Тогда-то все и началось.

— Не дури, Матвея самого трахнуть проще, чем дождаться от него.

— Так он и трахает! С чего ты взял, что он задницу подставляет?

— Не-не, Вик, на такое я не поведусь даже сейчас.

— Окей, ну, что еще есть? Максим! Да, есть Максим. Хороший паренек, закончил вуз, свалил от тебя, помахав на прощанье отличным Верхом. Ну, чем не вариант? Сергей вечно его подвозил и радел за его счастье. В клуб повел. Не к тебе, помнишь? К Филиппушке, чтоб ему икалось.

— Нет. Теперь точно знаю. Ну, гора с плеч — уже хорошо. Спасибо.

— За стеб в половине четвертого?

— Я начал думать, что у меня нет друзей. И не было никогда.

— Зря, мы ведь восемь лет знакомы.

— Очень смешно.

— Да не особо. Просто констатировал факт.

— Спи, констататор.

— Тебя не спросил.

Вик закрыл глаза и провалился в сон без образов, в легкую обволакивающую темноту. Больше не было ни беспокойства, ни страхов. Жизнь, перевернутая с ног на голову, постепенно возвращалась на круги своя.

Утром было тошно. Вик стоял под душем, ощущая гнилой запах давно почившей сантехники, и мечтал, чтоб началось хотя бы похмелье. Капли воды смывали вчерашний дождь, но не приносили облегчения. Не хватало грозы, озона и черт знает чего еще, что бывает во время непогоды.

— Давай быстрей! — поторопил из-за двери Крис. — Как баба, блять.

— «Блядь», — поправил Вик, — правильно говорить «блядь».

— Ой, да успокойся ты уже, нежная орхидея, — гость приоткрыл дверь и прислонился к стене снаружи, чтоб удобней было говорить. — Не хотел спать с другими, мог сказать, что не будешь этого делать для него.

— Как будто я жалуюсь, — ответил Вик, — просто поправил тебя. Ты вечно путаешь слова.

— Не правда!

— Правда-правда, постоянно говоришь что-нибудь такое, что тебя и понять-то сможет не каждый.

— Договорил? Все? Выходить собираешься?

Вик вышел из душа, обернул вокруг бедер полотенце и распахнул дверь.

— Валяй, мойся, ни в чем себе не отказывай.

Крис задержал взгляд на голой фигуре, потом поморщился, как от зубной боли, и пошел под душ.