Тематики

— Да я знаю, — шеф почесал затылок, не особенно понимая, зачем нужно было так много спрашивать, когда и так ясно, что пиздец.

— Нихера ты не знаешь, — отозвался Крис.

Они прошли в кабинет администратора, где на небольшом диванчике, забившись в угол, дремал под пледом знакомый хакер Сергей.

— Вчера до дома не добрались, — пояснил Крис, указав на спящего, — пришлось тут заночевать — у нас квартира хрен знает где, а тут вы с вашими проблемами, как всегда, свалились не вовремя.

— Так вы… — Матвей снова почесал в затылке и кивнул своим мыслям. Ну, понятно теперь, откуда у Сергея столько рвения к работе. Любовник, значит.

— Садись, выпей чаю, — гостеприимно указал Крис на поднос с расставленной посудой. В паре чашек еще осталась заварка. Он толкнул в бок Сергея и уселся на диване. Хакер открыл глаза и постепенно начал просыпаться. — Матвей пришел, подъем.

— Который час? — сонно уточнил Сергей.

— Восемь часов десять минут, — ответил Матвей.

— Три часа — отлично! — сказал Сергей, имея в виду, должно быть, время сна, потом встал с дивана и пошел наливать себе вчерашнего чая.

— Значит, слушай сюда, мудак ты этакий, — Крис сердито посмотрел на Матвея, но потом, совершенно не сердито зевнул, и это частично нивелировало произведенный эффект. — У твоего Глеба нормальные такие проблемы. В его положении я бы сказал проблемищи. Просто катастрофа. Твой Глеб измучился до посинения, пытаясь вызвать в себе адекватную реакцию на женский пол, но, увы и ах, этого не получилось. И вместо того, чтоб помочь подростку понять себя, ты, долбоеб номер один в этом мире, отправил его в армию.

— Не в армию! — возразил Матвей, которого за шесть лет изрядно измучили идиотские ошибки на этот счет.

— Насрать! — ответил Крис. И Матвей мысленно с ним согласился. — Психонавты, чтоб им икалось, намекнули Глебу, что из-за случившегося у него могут возникнуть разные отклонения по этому делу, и Глеб воспринял такой намек близко к сердцу. Попросил меня раздобыть ему журнальчик с обнаженными дамами. Я уж не знаю, что это за психонавты такие, с которыми невозможно без журнальчика, но я притащил, и, насколько я понял, нихера у него не вышло. Иначе вчера он не звонил бы мне в час ночи.

— Чего он хотел? — тихо спросил шеф, готовый принять любой удар судьбы, потому что за сегодняшний день их уже было достаточно для полной апатии.

— Хотел посоветоваться, — ответил Крис. По нему было видно, что он знает больше, но не скажет об этом даже под пытками. Еще по нему были видны злость, усталость и раздражение от того, что приходится снова заниматься «этим дерьмом».

— Где мне его теперь искать? — вопрос был риторическим, Матвей и сам знал.

— Я позвоню Диме, — вздохнул Крис. — Рано или поздно он наткнется на его мальчиков. Тогда и выясним, где он. Если, конечно, сам не вернется.

— Диме? Мальчикам? — шеф запутался еще больше.

— Знаешь что! — Крис встал с дивана и выжег взглядом на теле Матвея слово «мудак». — Ты последний козлина. Козлина и тупица, каких не видывал свет. Твой мальчишка — гей, и он пять лет мечтал встретиться с любовью всей его жизни — добрым, обаятельным защитником, дядей Матвеем. Лучший выпускник курса, ни одного замечания, Андрей говорил, его там хотели по обмену отправить хер знает куда, еле отговорил. Только бы дядя Матвей заметил. Ну ты мудак! — наконец, верзила подошел вплотную к Матвею и схватил его за галстук. — Ладно еще тебе насрать на него — никаких претензий, тут уж либо да, либо нет. Но такой вот подарок ему сделать за пять лет ада — да ты просто долбанный гений зла. Вали отсюда, чтоб я не видел тебя больше, понял?

Матвей почувствовал сильный толчок и отлетел к входной двери. Сердце билось где-то в пятом измерении, во всяком случае, в груди он уже ничего не чувствовал. Ноги плелись вслед за головой, он шел по темному помещению, опираясь на столы, и еле выбрался из клуба.

Водитель подхватил его и помог сесть, а когда они ехали в больницу, Матвей набрал номер Глеба и долго слушал гудки. В конце концов, уже на парковке, он быстро написал СМС и пошел вслед за водителем по знакомым ступенькам. Дурная привычка, но что поделать, когда хотя бы раз в год случается сильный стресс.

«Извини, я не знал».

Трубка жгла сквозь плотную подкладку брюк. Он ощущал себя не просто мудаком и козлиной, он ощущал себя самым последним подонком на всей планете.

Врач принял их быстро — радости частной клиники. Матвей уже снимал пиджак, когда зазвонил мобильный.

— Я ведь просил вас выключать аппарат у входа, — седовласый кардиолог смотрел строго и требовательно, но Матвей вцепился в трубку, как будто от нее зависела его жизнь.

— Чего вы не знали? — на фоне шума улицы был отчетливо слышен голос Глеба, спокойный и ровный.

— Я был у Криса, — объяснил шеф, отступая от доктора, который готов был вырвать телефон прямо из рук у нерадивого пациента.

Тишина.

— Послушайте, это просто возмутительно! — не выдержал кардиолог. — Если вы сейчас же не отключите аппарат, я отказываюсь вас лечить!

— Где вы? — спросил Глеб.