Темная реальность

Рауля немедленно вырвало прямо в самый центр окровавленной пентаграммы, на ухмыляющуюся морду какого-то козлообразного демона, начертанную кровью жертвы. Отец девочки опустился на колени и начал громко и дико выть, находясь уже на грани безумия. В этот самый момент, абсолютно бесшумной походкой в комнату вошёл человек в чёрном балахоне. В руке он держал длинный церемониальный кинжал, очевидно, им и было освежевано тело Лилии. На кинжале всё ещё сохранялись остатки уже запекшейся крови. Подойдя сзади к безутешному и завывающему отцу девочки, он хладнокровно прервал очередной безумный вопль, полоснув хорошо отточенным лезвием по горлу Ультара, одной рукой держа его за уже начавшие седеть длинные волосы. В горле сначала что-то забулькало, а затем кровь хлынула оттуда горячим потоком, попав прямо на спину всё ещё блюющего тут же рядом Рауля. Парень обернулся и в ужасе сделал шаг назад, но тут же поскользнулся на ещё не успевшей остыть крови Лилии. Той девушки, которую ему через пару лет пророчили в невесты. Он упал, сильно ударившись затылком о спинку кресла, но, не потеряв при этом сознания. Человек в чёрном ещё раз занёс кинжал и полностью отделил голову Ультара от туловища. Кровь хлынула фонтаном, забрызгав его чёрный балахон. Из-под капюшона горели два красных глаза, но лица по-прежнему не было видно. Он воздел руки к потолку, в одной держа отрезанную голову, а в другой окровавленный церемониальный кинжал. И начал читать древнее заклинание на санскрите. Голос его звучал гулко и низко, как из бочки или трубы.

— «Одно время года будет свергать другое; и пусть ни на ней, ни в глубине ее, ни одно из существ не будет равно другому. Разумные существа земли и род людской пусть ссорятся и истребляют друг друга; и жилища их пускай забудут их имена. Деяния человеческие, то, чем он гордится, да подвергнутся порче. Строения его да превратятся в пещеры для зверей полевых! Помути рассудок ее тьмою! Да и в самом деле, почему? Я раскаиваюсь в том, что создал человека. Одного — с ее ведома, а другого — неведомого для нее; ибо она — ложе блудницы и обитель Короля Люцифера. Распахните врата Ада! Нижние небесные сферы да будут служить вам! Правьте теми, кто правит! Свергайте оступившихся. Возвеличивайте окрепших и уничтожайте слабых. Для них места нет, пусть останутся единицы. Добавляйте и убавляйте до тех пор, пока звезды не будут сочтены. Восстаньте! Давайте же! Предстаньте пред полученным из уст Его заветом, тем, что Он передал нам в справедливости своей. Откройте тайны вашего сотворения и разделите с нами НЕОСКВЕРНЕННУЮ МУДРОСТЬ.»

Рауль лежал, прижавшись спиной к ножке кресла, и смотрел на чёрного человека широко раскрытыми и полными ужаса глазами. Во время всей этой речи он не мог даже пошевелиться и вымолвить хоть слово, прежде чем длинный кинжал не сорвался с руки человека в чёрном и не вонзился юноше между глаз, насквозь пробив черепную коробку и по рукоятку войдя в голову. Рауль захрипел, из носа и ушей потекла кровь, затем, задёргавшись в предсмертных конвульсиях, он испустил последний вздох, выдохнув вместе с ним имя матери, с которой ему так и не довелось поговорить в этой недолгой для него жизни.

ГЛАВА 18

Лорд Ксавьер вздрогнул в своём кресле, сначала почувствовав, а затем и поняв, что что-то пошло не так. Что-то СДВИНУЛОСЬ в его так хорошо построенном и спланированном «идеальном мире», идеальном в его понимании Сообществе людей, где всё аккуратно разложено по полочкам и всегда рассчитано и предсказуемо до самых мелочей. И это ЧТО-ТО угрожало не только ему лично, но и миру в целом. А точнее сразу двум мирам, не считая Острова, его замечательного Острова, прекрасно подготовленного испытательного полигона для новых адептов, новых слуг и преданных псов Магистра.

Он появился, как всегда неожиданно. Вошёл прямо в тронный зал безо всяких церемоний, к чему Лорд уже давно привык за сотни лет.

— Зачем ты убил моих подданных? — спросил Ксавьер глубоким взглядом сверля человека в чёрном.

— Это было необходимо для церемонии, Магистр.

— Это было похоже на обыкновенную резню, что устраивают неуравновешенные люди в альфа-мирах.

— Левиафан инициировал его.

Лицо Ксавьера дёрнулось.

— Ты в этом уверен?

— Я всегда говорю только то, в чём уверен. — Человек в чёрном опустил капюшон, обнажив абсолютно голый чёрный череп с красными дымящимися глазницами. Угольные зрачки его глаз вперились в глаза лорда, и он твёрдо произнёс, — Правая рука Люцифера коснулась Острова. Инициация завершена.

После этих слов в тронном зале на некоторое время воцарилось молчание. Затем Магистр, тёмный лорд Ксавьер, поднялся с кресла и приблизился к человеку в чёрном, ничуть не смущаясь его обугленного черепа и дымящихся глазниц, через которые, словно через перископы мертвецов, казалось сам Люцифер взирает на этот мир из своих тёмных чертог.

— Алтарю нужна новая энергия. Много энергии. У нас хватит женщин?