Тёмная сторона луны

— Нет, — ответил Уильямсон. — Я ещё хочу сперва поговорить с Фоссет — он был её заместителем, она должна знать его, пожалуй, лучше всех. Возможно, исключая Причарда, но они друзья — и он пристрастен.

— Да я тоже — но в другую сторону, — честно признал Поттер. — Я, сказать по правде, сам не знаю, рекомендовал бы я его. Расскажу, как есть — решать тебе.

Уильямсон слушал Поттера весьма сочувственно: кивал, хмыкал в нужном месте, качал головой, поддакивал, задавал короткие вопросы — и, в конце концов, заставил его рассмеяться:

— Ты был, всё-таки, блестящим следователем! Какой допрос!

— Что ты, — скромно улыбнулся Уильямсон. — Просто привычка. Что ж — спасибо за рассказ.

— Мне до сих пор неприятно вспоминать эту историю, — признался Поттер. — И я бы — субъективно — не хотел видеть его среди учителей. Я вообще бы не хотел его видеть, — добавил он. — Но вот объективно — полагаю, он может подойти тебе. Если у него получится преподавать, конечно. Он отличный профессионал — и курс как по заказу.

— Каковой ты видишь вероятность срыва? — поинтересовался Уильямсон.

— Честно говоря, не знаю, — ответил Поттер. — «Нет» скорей, чем«да». Не думаю, что это произойдёт. Но даже если так, во-первых, ты теперь знаешь, на что смотреть, и, во-вторых — кому он сможет этим навредить там?

— Ну, пожалуй, — Уильямсон допил кофе и протянул чашку за следующей порцией. — А теперь рассказывай, что мне искать.

…Проводив Уильямсона, Поттер засел за бумаги, однако поработать ему не дали: его отвлекла заглянувшая к нему через полчаса Гермиона.

— Не мешать? — спросила она, и он безнадёжно махнул рукой:

— Мешай.

— Во-первых, Гестия крайне недовольна тем, что ты всё-таки проверил своих людей сторонним легиллиментом, — начала она, устраиваясь на стуле напротив Гарри. — Думаю, что на ближайшем совещании у министра тебя ждёт головомойка.

— Угу, — Гарри скорчил кислую гримасу, но Гермиона не поддалась и даже не улыбнулась, хотя взгляд её повеселел.

— Во-вторых, — продолжила она, — твои коллеги из Южной Америки настойчиво интересуются, когда ты сможешь вернуться и продолжит свой поспешно прерванный визит.

— А ты знаешь — и продолжу! — с неожиданно упрямым выражением сказал Гарри. — Вот переживём суд — и поеду. Вместо отпуска. Едем вместе? — предложил он вдруг.

— Нет уж, — отказалась Гермиона. — У меня, между прочим, ещё отпуск не догулян. И дел по горло. И в-третьих, я обдумала варианты формулировки обвинения Винда. Показать тебе?

— Давай, — оживился Гарри. — Почему различные? Мальсибер же сказал, что сможет суду продемонстрировать, что того зачаровали.

— Это ещё надо посмотреть, что он там сможет, — возразила Гермиона. — А ещё у нас нет ни единого свидетеля. Это плохо. Эти МакМоахиры не могут выступить?

— И что сказать? — пожал он плечами. — Что рассказывали о Винде? Может быть, и могут — но тогда мы их и сделаем мишенью. Как предателей. Охрану к ним потом приставлять?

— То есть свидетельствовать в суде они не будут? — недовольно уточнила Гермиона.

— Я оставлю это на самый крайний случай, — ответил Гарри. — Если выхода не будет. Но пока что я надеюсь хоть кого-нибудь поймать. Так что за варианты?

— Давай начнём с недобросовестного содержания существа пятого класса опасности, — начала она. — Из плюсов — по этому обвинению невозможно получить пожизненное. Даже если у мистера Мальсибера ничего не выйдет, и Винда осудят, больше восьми лет ему никто не даст — и плюс штраф, конечно. Более того: его могут оправдать по этому обвинению, но выдвинуть другое — и тогда у тебя будет время продолжать расследование. Из минусов — его могут оправдать за нападения, но всё же осудить по этой статье и приговорить, например, к штрафу. Очень большому штрафу.

— То есть мы его, фактически, таким образом подставим? — уточнил Гарри.

— В общем, да, — кивнула Гермиона. — Или же спасём — как выйдет. В общем, в этом случае обвинение, на мой взгляд, могло бы выглядеть вот так, — она положила перед ним пергамент. — Вариант второй: обвинение в нападении. Из плюсов: никакого штрафа быть не может, и если его оправдают — оправдают целиком и полностью. Из минусов — возможное пожизненное, если нам не удастся убедить Визенгамот, — она положила перед ним второй пергамент.

— Ты бы что выбрала? — спросил Поттер, придвигая оба листа к себе.

— Я бы послушала, что собирается говорить Мальсибер, и непременно привела всех свидетелей, кого могу, — ответила она. — МакМоахиров жаль, конечно, но иногда чем-то жертвовать приходится.

— Слушай… ты права, — его глаза вдруг блеснули. — И это прекрасная идея. Просто отличная! — воскликнул он, широко ей улыбнувшись. — Времени, правда, осталось мало — поэтому, если у тебя всё, давай потом поговорим, — он сунул оба пергамента в сейф и вскочил.

— Ты что-то придумал? — она тоже встала.

— Да — и ты знаешь, ты права, — он убрал в сейф остальные бумаги, запер, наложил заклятье и пошёл к двери. — Мне срочно пора в отпуск. Нельзя упускать из вида такие очевидные возможности.