Тёмная сторона луны

— У них зуб на Винда — они полагают, и не без оснований, что в смерти одного из них есть его вина. Сам он, правда, не убивал — но стоял рядом. Я тебе дам почитать нашу переписку с ними на сей счёт — очень познавательно. С остальным — да, я согласен. В том числе и с тем, что удар мог быть вообще не по нему. А расположение случайное или же в порядке вероятности?

— Пока случайное, — сказал Причард, вписывая в столбик под фамилией Скабиора «гоблины». — Ещё могут быть любые комбинации — мне он представляется наиболее вероятным.

— Да, одним ударом решить несколько проблем — я бы тоже сделал так, — согласился Поттер. — Вопрос в том, кто тоже до этого додумался.

— Я поговорил бы с теми фениями, что живут в «Лесу», — сказал Причард, — только, я подозреваю, толку будет мало. Можем мы проверить их хотя бы веритасерумом?

— Вопрос сложный, — Поттер почесал висок. — Без согласия опекуна не можем — но сейчас их опекун сидит у нас, и я не уверен, что в подобном случае оно действительно.

— Может, пусть подпишет Спраут? — предложил Причард. — Вместе с Виндом. Две подписи лучше, чем одна. Ну и на беседе поприсутствует.

— Можно, — согласился Поттер. — Только я не очень верю, что из этого хоть что-нибудь получится. Ты же помнишь, какие вещи они делали — и что им Веритасерум?

— Вот поэтому и предлагаю начать с них, — сказал Причард. — Эти бы смогли и не такое со своими фокусами.

— Это всё-таки подростки, — напомнил ему Поттер. — Знаешь, я бы предложил обойтись пока что без допроса — дай мне пару дней подумать, как лучше сделать. Покопай пока в другую сторону.

— Было бы куда и чем, — буркнул Причард. — К гоблинам у нас подходов нет, к этим чокнутым ирландцам — тоже… в воспоминаниях у Винда случайных и чужих людей — десятки, с твоим кругом общения ещё хуже… а главное, тех воспоминаний же — ошмётки.

— Как так? — удивился Поттер. — Почему?

— А Мордред знает, — пожал плечами Причард. — Будто кто-то изорвал их…

— …или, может быть, испортил, — мрачно сказал Поттер. — Прямо здесь, у нас.

— Выглядит идиотизмом, — сказал Причард. — К ним же доступ-то имело полдесятка человек. Впрочем, я проверю — но это как-то очень просто.

— А ты теперь будешь принципиально искать только сложные решения? — шутливо спросил Поттер. — Не ты ли чуть ли не вчера тут убеждал меня не множить сущности, уверяя, что иногда всё и вправду так же просто, как и выглядит?

— Был неправ, — ответил Причард. — В этом деле, куда ни ткнись — всё кажется таким простым, что я скоро самого себя начну подозревать.

— В чём? — с любопытством спросил Поттер, и Причард в ответ буркнул:

— В тупости. Ладно — я сейчас проверю, кто работал с этими воспоминаниями, и ещё раз их пересмотрю. Там, по-моему, мелькнуло раз одно знакомое лицо… но я пока не поручусь.

— Проверь, — кивнул Поттер. — Но воспоминания надо взять ещё раз, и лучше лично.

— Ты умеешь? — язвительно поинтересовался Причард. — Я вот тоже нет. А сам он тоже, кажется, не… стоп. Вот я… Извини, — он вскочил. — Я пойду — как узнаю что-нибудь, скажу, — быстро выговорил он — и исчез за дверью.

Поттер глянул на часы. Можно было уходить — но сперва следовало зайти к Скабиору. Потом — к Малфоям, поговорить с Мальсибером — и, наконец, домой. Почему он вечно ввязывается в какие-то безумные авантюры? И всегда ведь — только с благой целью. Впрочем, что ему ещё остаётся делать?

— Ничего, — проговорил он вслух — и начал собираться.

Скабиора он нашёл всё в той же позе — лежащим на койке, развернувшимся лицом к стене. Оглядевшись и тщательно укрыв сначала камеру, а затем и себя самого вместе с узником заглушающими чарами, Гарри тронул его за плечо:

— Кристиан. Надо поговорить.

Тот сел. Выглядел он скверно: бледный, с воспалёнными глазами и обкусанными в кровь губами, с густой щетиной и спутанными и несвежими волосами. Вид, обычный, в общем, для задержанного.

— Я всё думаю о том, что он сказал, — Скабиор облизнул сухие губы. — О желаниях. Не могу понять, почему я, даже если кто-то что-то мне внушил, не думал о последствиях. О Гвен не думал и о фонде… ни о чём вообще. Не то чтоб я забыл — просто это потеряло важность. Лучше бы забыл, — сказал он тихо.

— Я вас понимаю, — сказал Гарри, чувствуя свою беспомощность. Потому что он и вправду понимал — и знал, что, чем бы ни закончилось всё это, Скабиору до конца дней жить с осознанием того, что с ним всё это было. — Но нам нужно выяснить, что с вами сделали. Это важно, Кристиан.

— Да я понимаю, — отозвался тот. — Но это, кажется, не выйдет? Или мистер, — он запнулся на мгновенье на фамилии, — Мальсибер передумал?

— Нет, он не передумал, зато, — Гарри присел рядом, — я знаю, как выполнить его условия.

— Вы шутите? — спросил Скабиор недоверчиво.

— Нет, — Гарри улыбнулся. — Авантюра та ещё — но я верю, что всё выйдет. Завтра вас отправят в Азкабан, — начал он рассказывать. — Сопровождать туда вас будут Долиши — и по дороге вы с Джоном поменяетесь обличьем.

— В каком смысле? — Скабиор нахмурился.