Тёмная сторона луны

— Как раз нет, — возразил Поттер. — Это вполне мог быть кто-то ещё из сторонников Грейбека — их не всех же уничтожили. Вот как раз им вполне логично мстить Винду: полагаю, что с их точки зрения он предатель. И это только один вариант — ещё это может быть кто-то, кому в Фонде отказали в помощи.

— Или тот, кому вообще не нравится сама идея фонда, — заметил Робардс.

— Да с чего бы оборотню возмущаться фондом? — скептически поинтересовалась Фоссет. — Тут скорее был бы кто-нибудь из тех, кто оборотней ненавидит.

— Может, ему нравится считать себя особенным, — предположил Робардс. — Чего только ни бывает. Хотя версия с бывшим приверженцем Грейбека кажется мне состоятельнее. Зря ты всё же Винда в Азкабан отправил, — упрекнул он Поттера. — Вызвали бы сейчас да спросили — а теперь десять раз подумаешь, прежде чем задать вопрос.

— Надо будет — я туда слетаю, — сказал Гарри. — Хотя что он может нам сказать? «Да, такое вероятно?»

— Интереснее другое, — Причард вынул из кармана серебряный тампер в виде гончей и начал крутить его в пальцах. — Два вопроса. Каким образом этот грейбековский последыш отыскал ирландцев? И с какой стати они стали с ним работать?

Глава 18

Ветер вдруг усилился, и очередная волна плеснула Скабиору в лицо — и он, от души хлебнув терпко-солёной жидкости, решил, что, пожалуй, пора возвращаться. Тем более что они с Мальсибером отплыли довольно далеко — что, пожалуй, было неразумно по такой погоде.

Скабиор развернулся и поплыл к берегу, но довольно быстро понял, что все его усилия не дают никакого результата: океан тянул его назад, ветер всё крепчал, и Скабиор занервничал. Глупо будет утонуть здесь — нет, конечно, это лучше смерти в Азкабане, но…

— Мы попали в отбойное течение, — услышал он Мальсибера и, обернувшись, увидел его футах в семи позади и справа от себя.

Это было странно: местность вроде не располагала к появлению подобного явления. Впрочем, мало ли — может, он чего-нибудь не видит.

— Куда лучше плыть? — Скабиор отлично знал, что это такое, и тут же успокоился. Выберутся — если только буря не начнётся. Он с тревогой поглядел на небо и прислушался к ветру. Хель знает, как он должен тут звучать, конечно, но вот на Оркнеях при подобных запахах и звуках он бы постарался выбраться на сушу поскорее.

— Налево, — Мальсибер — видимо, для убедительности — махнул рукой в ту сторону и, повернувшись, поплыл. Скабиор двинулся за ним — параллельно берегу. Ветер, между тем, крепчал, а волны становились всё сильнее — и Скабиор отчётливо почувствовал, что начал уставать. Он подумал, что ещё сегодня утром только бы обрадовался перспективе утонуть — в конце концов, когда-то он не один год жил с мыслью о том, что это было бы далеко не самой скверной смертью — однако же сейчас умирать ему определённо не хотелось.

Очередная волна вновь накрыла его с головой, Скабиор привычно задержал дыхание, проплыл немного, вынырнул… вернее, попытался было сделать это, но вокруг была вода, которая почему-то не кончалась. Воздух в лёгких подходил к концу, Скабиор держался из последних сил и заметался, пытаясь добраться до кажущегося таким близким воздуха, и когда, наконец, ощутил его на коже, вдохнул глубоко и жадно — и отчаянно закашлялся, втянув вместе с ним в себя морскую воду. Стало больно, нос, грудь, горло жгло и, возможно, это стало бы последним, что Скабиор почувствовал, когда его мечущиеся руки наткнулись вдруг на что-то твёрдое, и он смог, наконец-то, нормально вынырнуть и, отчаянно отплёвываясь и кашляя так, словно бы хотел избавиться от лёгких, отдышаться. Мальсибер — это за его плечо схватился Скабиор, — хвала Хель и всем другим богам, молчал, просто помогая ему удержаться на воде.

— Давайте держаться ближе, — предложил Мальсибер. — Я тут пару раз едва не захлебнулся.

Скабиор кивнул, и они поплыли дальше, время от времени пробуя свернуть к берегу, но по-прежнему ощущая, как течение относит их назад. В какой-то момент Мальсибер вдруг ушёл под воду, а потом, с заметным трудом вынырнув, судорожно вцепился Скабиору в плечо. Они чуть передохнули — и снова двинулись вперёд, и когда очередная попытка свернуть к берегу вдруг увенчалась успехом, Скабиор едва не заорал от радости, разом ощутив прилив тепла и сил. Кажется, Мальсибер почувствовал то же самое — они радостно переглянулись и поплыли, наконец, к земле.

Когда они добрались до берега, волны были высотою футов в пять и сбивали с ног — им пришлось поддерживать друг друга, и всё равно они упали раз, наверно, двадцать, покуда, наконец, не вышли из воды и не рухнули без сил на мокрый песок.

— Мы почти у моего дома, — сказал Мальсибер, поднимаясь через несколько секунд и садясь. — Пойдёмте хоть поужинаем и согреемся, если вы не против.

— Вы хозяин — вам решать, — и не подумал отказаться Скабиор, медленно вставая. Его шатало, мышцы рук и ног дрожали, но таким счастливым и живым он себя давно не чувствовал.

Между тем, Мальсибер вытащил из ножен — единственного, что было на нём надето — палочку и наколдовал для них обоих мантии.