Тёмная сторона луны

— Ты был прав — надо вызвать Фоссет, срочно! И легиллимен… о-о-о, — протянул он, останавливаясь и «замечая», наконец-то, Скитер. — Мисс Скитер. Какой сюрприз. Я не вовремя?

— Немного, — Поттер досадливо нахмурился и приказал: — Зайди попозже — у нас важный разговор.

— Прошу прощения, — виновато сказал Причард, даже умудрившись покраснеть, и вышел, аккуратно притворяя за собою дверь.

Выхода «Пророка» в понедельник Поттер ждал с огромным нетерпением, и, едва сова принесла газету, он жадно развернул его, пробежал глазами начинающееся на первой странице интервью, потом, помотав головой, сделал это ещё раз и недоумённо отложил газету в сторону.

— Что такое? — спросила Джинни, потянувшись за газетой. — Что там Скитер снова написала?

— Да вот в том-то и дело, что ничего, — удивлённо и расстроенно ответил Гарри. — Просто интервью — почти без комментариев. А те, что есть — вообще ни о чём. Я не понимаю, почему! — вздохнул он с досадой и поднялся. — Мне пора. До вечера, — он даже не посмотрел на недоеденный завтрак и, залпом выпив кофе, вышел, оставив детей и Джинни изучать газету.

Причард с «Пророком» в руках встретил его в приёмной — и, по выражению лица поняв, что Поттер уже видел интервью, просто молча вошёл следом в кабинет.

— У меня есть только два объяснения такой странной деликатности, — сказал Поттер, едва дверь за Причардом закрылась. — Скитер не считает Винда виноватым — или же ей это безразлично, или у неё есть причина для молчания.

— Да такого быть не может, — сказал тот уверенно. — Безразлично? Скитер? А вот знать она и вправду что-то может, — протянул он задумчиво. — И вот тут вопрос: на чьей она стороне. Потому что молчать Скитер может по двум причинам.

— Да, пожалуй, — согласился Поттер. — И не допросить же, — сказал он с досадой. Знать бы, с кем она… и почему.

— Ну если с этими — то тут ничего странного, — Причард хмыкнул. — Уж кого-кого, а тебя ей есть, за что не любить.

— И меня, и Гермиону… да, пожалуй, — Поттер с Причардом переглянулись и сказали в унисон: — С чего бы ей быть на стороне Винда?

— Знаешь, в этом деле всё идёт не так, — продолжил Причард. — И всё очевидное оборачивается своей противоположностью. Отправить бы кого поднять все её статьи про Винда и про фонд, а? Вдруг они… не знаю, например, любовники?

— Винд и Скитер? — скептически переспросил Поттер. — Нет, конечно, всякое бывает… но ты представляешь себе это? — они рассмеялись, и он продолжил: — Впрочем, ты, конечно, прав — статьи проверить надо. Кафф, опять же — вот уж кто со Скитер был знаком… довольно тесно. А ведь он весьма активно поддержал идею Фонда — я ещё тогда подумал, что это такой способ развлечься и вернуться, хоть немного, в политику, но откуда он узнал? И почему его позвали? Нет, я помню, были какие-то формальные причины — но тогда мне было не до этого. Найди кого-нибудь — дело-то простое, только муторное.

— Если б знать наверняка, что она на стороне Винда… — мечтательно протянул Причард. — Представляешь, как нам повезло бы? Может, ей веритасерума подлить? Вот в который раз жалею, что легиллимент из меня не так чтобы отличный, — с сожалением вздохнул он.

— Легиллимент, говоришь? — Поттер глубоко задумался.

— Слушай, а тот твой американец не поможет нам ещё раз? — спросил Причард. — Нет, я понимаю, что тащить его опять сюда непросто — но представь, как бы это помогло!

— Это незаконно, — с откровенным сожалением вздохнул Поттер. — Но я подумаю — вдруг найду лазейку.

— Пойду поработаю, — сказал Причард, поднимаясь.

Гарри же задумался. Скитер он терпеть не мог ещё со школы — но при этом отдавал ей должное как профессионалу. Он был полностью согласен с Причардом: не услышать его реплику и не сделать вывода она просто не могла — собственно, на это ведь и был расчёт. Но в своём интервью Скитер опустила эту сцену, да и в комментариях о ней не обмолвилась ни словом. Более того, сам тон комментария вышел неожиданно не то что дружелюбным, но, по крайней мере, совсем не агрессивным. Более того — там даже был намёк на… стоп.

Поттер развернул оставленную Причардом газету и ещё раз внимательно перечитал текст. Да, определённо Скитер намекала на то, что кто-то мог таким вот сложным образом нанести удар по министерству, которое в последние годы, наконец-то, занялось тем, чем должно бы было заниматься изначально: улучшением жизни некоторых социальных групп. Поттер даже дважды перечёл этот пассаж — нет, всё верно, ему не почудилось. Но тогда…

Тогда выходило, что Скитер, как выразился Причард, «на стороне Винда». Однако он не мог так рисковать — это следовало выяснить наверняка, и он понятия не имел, как можно это сделать, основательно не преступив закон.