CreepyPasta
Тысячи страшных историй из жизни, которых, возможно, и не было...

Тень города

Бывает такое, что вы проснулись, вышли из дома, а на улице полная тишина: на дорогах пусто? Нет этих вечных, надоедливых пробок. Более того: я сейчас скажу наверно что-то изумительное, но вы подумаете, что мальчик начитался фантастики (постапокалиптического толку). Однако, я хотел сказать, что на улице нет даже простых прохожих.

249 мин, 57 сек 9386
— Да ты не кипятись, дядя, не кипятись.

Серый всё так же не оборачивался и не оборачивался.

— Хорошо, уговорил, — поубавил тот тон, — не буду. Но ты, честь-слово, сильно меня вывел из себя.

— Смотри, мужик: бабки в этой сумке тебе не нужны, ты не педофил, лопатой по башке — тоже тебе не надо. Тогда — чего ты хочешь? Хоть убей, не понимаю.

— Хочу выяснить, кто ты такой, — спокойно объяснил Голос (судя по звуку, он закурил). — Как ты взялся из моего прошлого. Как попал в мою реальность…

— Опа-на! — хохотнул Серый, резко обернулся, и… — Чё ты стрелки переводишь, поц?! С больной головы на здоровую…

Он осёкся, потому что перед ним стоял он сам, но, только, увеличенная копия, которая выросла до размеров взрослого, а не такого коротышки, каким был Свинцов.

— Это… Мля… Тебя чё, загримировали?

— Да без проблем, — хохотнула копия. — Давай подойдём к родничку — помоем личико? Если это грим, то он тут же смоется.

— Не, ну не струя себе предъява?! Типа: «это не я — твоё будущее, а ты — моё прошлое»! И ты чё, серьёзно думаешь, что попаданец не ты, а я? Типа, что это я сел на машину времени, приехал в твоё будущее, а ты — находишься в своём законном времени?!

— А ты, чё, можешь чем-то доказать, что я гоню? А ты, мля, глаголешь истину в последней инстанции?!

— Да без базара, чувак! Мы можем пойти в ментуру, мусора проверят твои документы, на предмет подлинности, и они тебе, придурку, будут всю эту хрень раскладывать по полочкам, а не я!

Серёгина копия в это время, пока он тараторил свою последнюю фразу, окончательно взбесилась, выплюнула бычок, схватила Серого за затылок и прижала лицом к своему плечу.

— Ты чё, забыл, чё я тебе сказал там в подвале про ментов?! Падла, попробуешь сунуться в ментуру, я тебе ноги выну, спички вставлю и приседать заставлю!

Оттого, как ублюдок схватил Свинцова, Серый попытался вывернуться, дёрнул той рукой, на плече которой висела сумка, чтоб засветить этому крейзи в глаз, но сумка слетела с плеча, сделала дугу высоко над головами сцепившихся и так ударилась о землю, что из неё даже выползла половина денежной пачки. Застряла внутри, словно была приклеена к остальным целлофановым упаковкам.

— Ого?! — осклабился молодчик и отпустил Серого (шею ему решил не сворачивать — оставить на потом), — да у тебя там далеко не туалетная бумага! И не «кожа» от свежёванных картофелин, да?

— А чё такое «сжёванных»?

— Забей. Я про другое говорю. Про то, что ты мне назвиздел по телефону.

— Чё? — недоумённо смотрел на него Серый. — Ты хочешь сказать, что это не ты, а я? Ну, типа, это я приехал из твоего прошлого и сам начал названивать тебе на сотовый, а ты тут вообще не при делах?

— Ну, ты мне нагнал по телефону, — говорила Серёгина копия одновременно со своим визави, — что сорок раз перелопатил свой картофельный ящик, и намекал на то, что школьный портфель с баблом свиснул не ты, а я. Чё, не так, что ли?

— Извините, — опять перешёл Серый на «вы», — но вы фигню какую-то мелете. Давайте, объясню? Сначала вы сказали, что вам не нужна эта школьная сумка, теперь вы смотрите на меня с укоризной и говорите, что я вас облапошил — и с картофельным ящиком и с деньгами, лежащими в сумке. Вот я и не понимаю: даже если я облапошил! Но вам оно не по хрену? Да, я говнюк и малолетний врунишка! Но что с того? Вас это, извиняюсь, ебёт?!

— Тебе на этот вопрос ответить?

— Да нет, я просто…

— Ну почему же, давай отвечу! Тут есть маленькая заминка. Да, по телефону я тебе сказал… Вернее, намекнул на то, что мне не нужны твои грязные деньги. Но в то же самое время я не сказал кое-что другое, более важное, чем вся эта паршивая сумка. Я НЕСКАЗАЛ, что считаю тебя мной самим, то есть пришельцем из моего детства. Ведь тебе не фиг делать — меня уделать: пошёл и накапал на меня ментам, что я насильник… То есть, твой старший брат или твой папаша, который до тебя грязно домогается. Меня упекли в камеру, за тобой некому наблюдать и ты простенько закапываешь мои денежки. Потом — менты выясняют, что ты беспонтово на меня «настучал», высвобождают меня из каталажки, а денежки — тю-тю, они плакали! Вот и пораскинь, правду ли я сказал тебе по телефону. О том, что мне в жопу не нужны твои деньги. Или, может быть, слукавил? Ведь, если меня заметут в каталажку, то за тобой некому будет наблюдать и я не разнюхаю, куда ты зарыл эту сумку.

— Ха-ха! — развеселился Свинцов. — Если «пришелец» не ты, а я, то говно-вопрос! Неужели у тебя нету сообщников и за мной наблюдать совсем прямо некому? Кстати, а что ты сделаешь, если, к примеру, тебя запрут в камеру и за мной некому будет следить, так как ты приехал на своей машине времени буквально вчера и не успел обзавестись сообщниками? Потом, когда тебя высвободят и извинятся за незаконное задержание, ты поймёшь, что реально остался с носом и сядешь на машину времени, чтобы поехать несолоно хлебавши? Так или не так?

— Позволь не отвечать на твой агрессивный тон? Спесь сначала поубавь.

— Хорошо, поубавлю.

— И на «вы», если можно. Всё-таки, я в два раза тебя старше, не забывайся.
История ждёт вашей реакции
Дочитайте историю до конца, чтобы оставить реакцию
Страница 39 из 67
Насколько страшно?
Оценок пока нет
Авторизуйтесь или зарегистрируйтесь, чтобы оставлять комментарии