В хронологическом порядке, первым должен стать Теодор Дюрран, Тео, как называли его друзья. На первый взгляд, Уильям Генри Теодор Дюрран был кротким и приятным юношей, уважаемым прихожанином церкви и студентом-медиком. Он родился в 1871 г. в Торонто, Канаде, в семье сапожника Уильяма Дюррана и Изабеллы Хатченсон Дюрран. В 1878 г. семейство Дюрран эмигрировало в Сан-Франциско, Калифорния, США.
11 мин, 3 сек 382
Суд начался осенью 1895 года и оставался на первых полосах газет не только Сан-Франциско, но каждого крупного города в стране, до самого финала. Как и многие другие жестокие убийцы, несмотря на жуткие подробности содеянного, Тео Дюрран обрел даже некоторое количество поклонниц, от которых, помимо цветов и пропитанных духами записочек, он получил предложения руки и сердца. Тео по-джентльменски был галантен с ними, улыбался и слал воздушные поцелуи. Казалось, он наслаждался своим новым положением, не сознавая, впрочем, что оно продлится ровно столько, сколько будет продолжаться судебный процесс.
В то время как прокурор считал, что дело надолго не затянется, сторона защиты все же предприняла попытку внести некоторую сумятицу в стройную версию обвинения. Адвокат Тео неожиданно предпринял попытку вызвать подозрения в адрес пастора церкви, преподобного Джона Джорджа Гибсона, который, в силу своего положения, как никто другой, проводил много времени в церкви и имел доступ в любое помещение.
Также они отмечали, что у Дюррана не было найдено крови. Ни на нем самом, ни на его одежде; как и не было признаков, что он уничтожил какую-либо одежду. Обвинение парировало этот аргумент предположением, что Тео мог быть просто нагим в момент совершения убийств.
Врачи, проводившие экспертизу душевного состояния Дюррана, хотя и признали его «моральным идиотом» но не отвергли его способности отвечать за свои поступки.
Жюри присяжных не понадобилось много времени для того, чтобы признать Тео виновным, а судье отправить его на виселицу. Это произошло после трех недель судебных заседаний. Однако до финала было еще далеко.
Защита Тео Дюррана не пыталась оправдать действия своего подзащитного психологическими теориями, объясняя преступления семейными проблемами и параноидальным психическим расстройством. Они просто заявляли о невиновности, оспаривая имеющиеся свидетельства, говоря, что у Дюррана имелось достаточно причин для того, чтобы встречаться с девушками, бывать в церкви, но это не означало, что он был убийцей. Адвокаты затеяли долгую и изнурительную борьбу за жизнь подзащитного при помощи многочисленных апелляций. Она растянулась на три года.
Однако адвокаты не учли одно обстоятельство, и в этом была их ошибка. Они не только «разозлили» обвинение, заставив его трудиться на совесть, но и предоставили для этого достаточно времени.
За это время выяснилось множество подробностей жизни Тео Дюррана, которые в итоге привели его на эшафот. Не только распущенной сексуальной жизни и пьяных дебошей на побережье Барбари, но, главным образом, обстоятельства совершенных им убийств.
Опрос десятков свидетелей позволил проследить его встречи с обеими девушками практически поминутно. И все указывало на то, что именно с ним они общались до самого последнего момента, после которого их настигла смерть. Кроме того, в квартире Тео Дюррана был обнаружен кошелек его второй жертвы Минни Уильямс, спрятанный под одеждой на дне сундука. Восстановило следствие и обстоятельства убийств. Они и шокировали присяжных и общественность.
Вскрылись многочисленные факты непристойного поведения Дюррана в церковных стенах — он не раз обнажался перед молодыми женщинами в библиотеке прямо во время богослужения. Священникам доносили об этом, но они почему-то решили, что информация не заслуживает внимания, досужие домыслы, не более.
На первую жертву, Бланш Ламон, Дюрран напал, как только они уединились в церкви. Он начал срывать с нее одежду. Девушка закричала, и тогда он убил ее. После этого он затащил труп Бланш на колокольню, где изнасиловал его. Подложив под голову деревянный брусок и сложив руки убитой девушки на груди, Дюрран покинул место преступления.
С Минни Уильямс вышло по-другому. Познакомившись, они встречались в библиотеке, имели традиционные сексуальные отношения, но, «повинуясь темному чувству» Дюрран не смог устоять и также убил ее, после чего изнасиловал. В этот раз он спрятал тело там же, в церковной библиотеке, рассчитывая позднее переместить его, но нет успел. Труп был обнаружен прихожанками.
Очередной суд, Верховный в этот раз, оставил первоначальный приговор в силе, и назначил дату исполнения смертного приговора, январь 1898 года.
Утром перед казнью Дюрран оказался исповедаться, продолжая настаивать на своей невиновности. Уже на виселице Дюрран попытался провозгласить речь, что-то о «невинном мальчике, идущем на смерть» но палач не был намерен слушать его пространные изъяснения, как и гудящая толпа, требовавшая скорейшего возмездия для преступника. Но даже после того, как белый мешок был накинут на голову Теодора, и петля опустилась на его плечи, из-под капюшона продолжал звучать его приглушенный голос. Последние слова, которые удалось услышать тем, кто был рядом:«Я прощаю их, как жду, что буду прощен за то, что я сделал». Очевидно, это было его признанием. Мы не знаем, мог ли он сказать еще что-либо, так как рычаг виселицы был нажат палачом, и Дюрран с петлей на шее провалился в люк.
В то время как прокурор считал, что дело надолго не затянется, сторона защиты все же предприняла попытку внести некоторую сумятицу в стройную версию обвинения. Адвокат Тео неожиданно предпринял попытку вызвать подозрения в адрес пастора церкви, преподобного Джона Джорджа Гибсона, который, в силу своего положения, как никто другой, проводил много времени в церкви и имел доступ в любое помещение.
Также они отмечали, что у Дюррана не было найдено крови. Ни на нем самом, ни на его одежде; как и не было признаков, что он уничтожил какую-либо одежду. Обвинение парировало этот аргумент предположением, что Тео мог быть просто нагим в момент совершения убийств.
Врачи, проводившие экспертизу душевного состояния Дюррана, хотя и признали его «моральным идиотом» но не отвергли его способности отвечать за свои поступки.
Жюри присяжных не понадобилось много времени для того, чтобы признать Тео виновным, а судье отправить его на виселицу. Это произошло после трех недель судебных заседаний. Однако до финала было еще далеко.
Защита Тео Дюррана не пыталась оправдать действия своего подзащитного психологическими теориями, объясняя преступления семейными проблемами и параноидальным психическим расстройством. Они просто заявляли о невиновности, оспаривая имеющиеся свидетельства, говоря, что у Дюррана имелось достаточно причин для того, чтобы встречаться с девушками, бывать в церкви, но это не означало, что он был убийцей. Адвокаты затеяли долгую и изнурительную борьбу за жизнь подзащитного при помощи многочисленных апелляций. Она растянулась на три года.
Однако адвокаты не учли одно обстоятельство, и в этом была их ошибка. Они не только «разозлили» обвинение, заставив его трудиться на совесть, но и предоставили для этого достаточно времени.
За это время выяснилось множество подробностей жизни Тео Дюррана, которые в итоге привели его на эшафот. Не только распущенной сексуальной жизни и пьяных дебошей на побережье Барбари, но, главным образом, обстоятельства совершенных им убийств.
Опрос десятков свидетелей позволил проследить его встречи с обеими девушками практически поминутно. И все указывало на то, что именно с ним они общались до самого последнего момента, после которого их настигла смерть. Кроме того, в квартире Тео Дюррана был обнаружен кошелек его второй жертвы Минни Уильямс, спрятанный под одеждой на дне сундука. Восстановило следствие и обстоятельства убийств. Они и шокировали присяжных и общественность.
Вскрылись многочисленные факты непристойного поведения Дюррана в церковных стенах — он не раз обнажался перед молодыми женщинами в библиотеке прямо во время богослужения. Священникам доносили об этом, но они почему-то решили, что информация не заслуживает внимания, досужие домыслы, не более.
На первую жертву, Бланш Ламон, Дюрран напал, как только они уединились в церкви. Он начал срывать с нее одежду. Девушка закричала, и тогда он убил ее. После этого он затащил труп Бланш на колокольню, где изнасиловал его. Подложив под голову деревянный брусок и сложив руки убитой девушки на груди, Дюрран покинул место преступления.
С Минни Уильямс вышло по-другому. Познакомившись, они встречались в библиотеке, имели традиционные сексуальные отношения, но, «повинуясь темному чувству» Дюрран не смог устоять и также убил ее, после чего изнасиловал. В этот раз он спрятал тело там же, в церковной библиотеке, рассчитывая позднее переместить его, но нет успел. Труп был обнаружен прихожанками.
Очередной суд, Верховный в этот раз, оставил первоначальный приговор в силе, и назначил дату исполнения смертного приговора, январь 1898 года.
Утром перед казнью Дюрран оказался исповедаться, продолжая настаивать на своей невиновности. Уже на виселице Дюрран попытался провозгласить речь, что-то о «невинном мальчике, идущем на смерть» но палач не был намерен слушать его пространные изъяснения, как и гудящая толпа, требовавшая скорейшего возмездия для преступника. Но даже после того, как белый мешок был накинут на голову Теодора, и петля опустилась на его плечи, из-под капюшона продолжал звучать его приглушенный голос. Последние слова, которые удалось услышать тем, кто был рядом:«Я прощаю их, как жду, что буду прощен за то, что я сделал». Очевидно, это было его признанием. Мы не знаем, мог ли он сказать еще что-либо, так как рычаг виселицы был нажат палачом, и Дюрран с петлей на шее провалился в люк.
История ждёт вашей реакции
Дочитайте историю до конца, чтобы оставить реакцию
Страница 3 из 4
