Вдохновителем угона был грузинский священник Теймураз «Отец Теодор» Чихладзе.
10 мин, 33 сек 19025
Сначала всё шло по плану: в аэропорт и на борт группу пустили без досмотра. Табидзе и братья Ивериели же прошли через общий зал с остальными пассажирами. Однако затем всё пошло не так, как было задумано. Преступники изначально хотели захватить самолёт Як-40, но из-за недостаточного количества пассажиров вместо Як-40 всех пассажиров перевели на Ту-134А. Тот следовал по маршруту: Тбилиси — Батуми — Киев — Ленинград. На борту находились 57 пассажиров, включая террористов, и 7 членов экипажа.
Кроме того, что самолёт оказался не тот, так и попытка захвата произошла не в том месте. Самолёт должен был начать снижение для посадки в Батуми. Именно этот момент был выбран бандой как идеальный момент для захвата и изменения курса на Турцию. Но из-за сильного бокового ветра диспетчер дал команду возвращаться на запасной аэродром, то есть в Тбилиси. Угонщики этого не знали.
В 16:13 преступники начали захват самолёта. Церетели, Табидзе и Каха Ивериели взяли в заложники стюардессу Валентину Крутикову и направились в сторону кабины пилотов. Остальные террористы начали стрельбу в тех, кто, по их мнению, походил на представителей службы авиационной безопасности. В считанные секунды был убит пассажир Алуда Соломония (Ивериели, схватив бутылку из-под шампанского, нанес удар по голове мужчины, а затем, уже в смертельно раненого пассажира в упор выстрелил Табидзе).
Так же тяжело ранены А. Плотко (штурман Грузинского управления гражданской авиации, летевший в отпуск пассажиром) и А. Гвалия. Все они никакого отношения к правоохранительным органам не имели.
Захваченную в заложники стюардессу угонщики заставили открыть дверь в кабину. Ворвавшись, они, угрожая, потребовали изменить курс и лететь в Турцию. Пилоты попытались сопротивляться, в ответ на это Табидзе убил бортинженера Анзора Чедию и тяжело ранил проверяющего Шарбатяна.
Преступники, впрочем, не заметили штурмана Гасояна, сидевшего за закрытой шторкой на штурманском месте. Он этим воспользовался и убил Табидзе, тяжело ранил Церетели. Остальные преступники отошли от кабины пилотов. Оттуда по ним также начал стрелять инструктор-КВС Ахматгер Гардапхадзе. Он ранил обоих братьев Ивериели. Пилот, стажёр-КВС, Станислав Габараев начал выполнять резкие манёвры, чтобы сбить преступников с ног. В результате перестрелки оба пилота, стажёр и его инструктор, были ранены.
Воспользовавшись заминкой среди угонщиков, штурман Владимир Гасоян смог затащить проверяющего Завена Шарбатяна в кабину, а Крутикова оттащила труп убитого террориста и помогла запереть дверь в кабину пилотов.
«Смотреть на него было жутко: пуля во лбу, из горла хлещет кровь, глаз вытек, — вспоминал командир самолета.»
— Он хрипел от боли, протягивал деньги: «Передай моей жене». Понимал, что умирает, а мы говорили: «Держись, сейчас придет подмога».
Командир передал сигнал тревоги на землю и начал возврат в Тбилиси.
Меж тем, террористы стали стрелять в дверь, в попытках её открыть. Им это не удалось — дверь была бронированная. После неудачи, угонщики начали стрелять по людям, находившимся на борту: убили пассажира Абояна, ранили своих знакомых Меливу и Шалуташвили, пассажиров Киладзе, Инаишвили, Кундеренко.
«В салоне творилось невообразимое. Из кабины пилота стреляли наши ребята. Из салона — бандиты, — вспоминает стюардесса Ирина Химич.»
— Преступники схватили меня и, прикрываясь мною, стреляли из-за моего плеча. Некоторые пассажиры пытались помешать террористам и получали пули. Раненые, крики, всеобщий ужас… Когда у бандитов кончились патроны, они ушли в предбанник возле багажного отделения. Меня забрали туда под прицелом. Валентина, вторая стюардесса, лежала с разбитой головой в носовой части. Позже она очнулась и оттащила труп, из-за которого не закрывалась дверь в кабину пилотов. Тогда летчики смогли забаррикадироваться в кабине.
Мы с Валей остались в салоне лицом к лицу с террористами. Уговаривали их сдаться. Но они были как ошалелые. Ходили по салону, курили, пили, били нас рукоятками пистолетов. Таскали за волосы. Пинали. У меня весь костюм был залит кровью. И половины волос на голове не было — повыдергали. Я несколько раз теряла сознание. То приходила в себя, то снова «уплывала». А мы еще пытались оказать помощь раненым пассажирам. Я увидела у мужчины кровь, хотела забинтовать, полезла в карман — сразу получила удар по голове. Террористы подумали, что у меня там оружие.
Устав долбить в дверь пилотов, бандиты достали гранаты и пригрозили взорвать самолет. Я пыталась их успокоить: говорила, что летим в Турцию. Надеялась, что в темноте (уже наступал вечер) преступники не поймут, Турция это или Грузия. Выглянула в иллюминатор и заметила военные истребители, которые прижали нас с двух сторон.
Преступники метались по салону, заставляли людей лечь на пол и заложить руки за голову. Мучили пассажиров. Угрожали матери, у которой кричал ребенок: «Пусть он замолчит, иначе мы отрежем ему уши и заставим тебя их съесть».
Кроме того, что самолёт оказался не тот, так и попытка захвата произошла не в том месте. Самолёт должен был начать снижение для посадки в Батуми. Именно этот момент был выбран бандой как идеальный момент для захвата и изменения курса на Турцию. Но из-за сильного бокового ветра диспетчер дал команду возвращаться на запасной аэродром, то есть в Тбилиси. Угонщики этого не знали.
В 16:13 преступники начали захват самолёта. Церетели, Табидзе и Каха Ивериели взяли в заложники стюардессу Валентину Крутикову и направились в сторону кабины пилотов. Остальные террористы начали стрельбу в тех, кто, по их мнению, походил на представителей службы авиационной безопасности. В считанные секунды был убит пассажир Алуда Соломония (Ивериели, схватив бутылку из-под шампанского, нанес удар по голове мужчины, а затем, уже в смертельно раненого пассажира в упор выстрелил Табидзе).
Так же тяжело ранены А. Плотко (штурман Грузинского управления гражданской авиации, летевший в отпуск пассажиром) и А. Гвалия. Все они никакого отношения к правоохранительным органам не имели.
Захваченную в заложники стюардессу угонщики заставили открыть дверь в кабину. Ворвавшись, они, угрожая, потребовали изменить курс и лететь в Турцию. Пилоты попытались сопротивляться, в ответ на это Табидзе убил бортинженера Анзора Чедию и тяжело ранил проверяющего Шарбатяна.
Преступники, впрочем, не заметили штурмана Гасояна, сидевшего за закрытой шторкой на штурманском месте. Он этим воспользовался и убил Табидзе, тяжело ранил Церетели. Остальные преступники отошли от кабины пилотов. Оттуда по ним также начал стрелять инструктор-КВС Ахматгер Гардапхадзе. Он ранил обоих братьев Ивериели. Пилот, стажёр-КВС, Станислав Габараев начал выполнять резкие манёвры, чтобы сбить преступников с ног. В результате перестрелки оба пилота, стажёр и его инструктор, были ранены.
Воспользовавшись заминкой среди угонщиков, штурман Владимир Гасоян смог затащить проверяющего Завена Шарбатяна в кабину, а Крутикова оттащила труп убитого террориста и помогла запереть дверь в кабину пилотов.
«Смотреть на него было жутко: пуля во лбу, из горла хлещет кровь, глаз вытек, — вспоминал командир самолета.»
— Он хрипел от боли, протягивал деньги: «Передай моей жене». Понимал, что умирает, а мы говорили: «Держись, сейчас придет подмога».
Командир передал сигнал тревоги на землю и начал возврат в Тбилиси.
Меж тем, террористы стали стрелять в дверь, в попытках её открыть. Им это не удалось — дверь была бронированная. После неудачи, угонщики начали стрелять по людям, находившимся на борту: убили пассажира Абояна, ранили своих знакомых Меливу и Шалуташвили, пассажиров Киладзе, Инаишвили, Кундеренко.
«В салоне творилось невообразимое. Из кабины пилота стреляли наши ребята. Из салона — бандиты, — вспоминает стюардесса Ирина Химич.»
— Преступники схватили меня и, прикрываясь мною, стреляли из-за моего плеча. Некоторые пассажиры пытались помешать террористам и получали пули. Раненые, крики, всеобщий ужас… Когда у бандитов кончились патроны, они ушли в предбанник возле багажного отделения. Меня забрали туда под прицелом. Валентина, вторая стюардесса, лежала с разбитой головой в носовой части. Позже она очнулась и оттащила труп, из-за которого не закрывалась дверь в кабину пилотов. Тогда летчики смогли забаррикадироваться в кабине.
Мы с Валей остались в салоне лицом к лицу с террористами. Уговаривали их сдаться. Но они были как ошалелые. Ходили по салону, курили, пили, били нас рукоятками пистолетов. Таскали за волосы. Пинали. У меня весь костюм был залит кровью. И половины волос на голове не было — повыдергали. Я несколько раз теряла сознание. То приходила в себя, то снова «уплывала». А мы еще пытались оказать помощь раненым пассажирам. Я увидела у мужчины кровь, хотела забинтовать, полезла в карман — сразу получила удар по голове. Террористы подумали, что у меня там оружие.
Устав долбить в дверь пилотов, бандиты достали гранаты и пригрозили взорвать самолет. Я пыталась их успокоить: говорила, что летим в Турцию. Надеялась, что в темноте (уже наступал вечер) преступники не поймут, Турция это или Грузия. Выглянула в иллюминатор и заметила военные истребители, которые прижали нас с двух сторон.
Преступники метались по салону, заставляли людей лечь на пол и заложить руки за голову. Мучили пассажиров. Угрожали матери, у которой кричал ребенок: «Пусть он замолчит, иначе мы отрежем ему уши и заставим тебя их съесть».
История ждёт вашей реакции
Дочитайте историю до конца, чтобы оставить реакцию
Страница 2 из 4
