Тётя Ира

Был у нас на селе один колдун, его все боялись и он сам не скрывал своих способностей. Развлекал себя всевозможными способами, особенно когда был пьян. Поговаривали, что он мог заставить табуретку «танцевать». Если его обидеть, он и скот мог сгубить. Короче говоря, человек не из добряшек.

Собрались мы нашей шайкой ребят и побрели на поиски приключений. Решили пойти на заброшенную базу, поискать уголь из противогазов, чтобы потом смешать его с селитрой и устроить фейерверк. Долго копались, но нашли. Идем обратно, болтаем о предстоящем шоу, о стучалках, поставленных нами вчера, разрабатывали планы разбойнической жизни. Один из мальчишек говорит: «А слабо сейчас пойти к Русому (прозвище колдуна) в сад ягоды воровать?» Всем понравилась идея, кроме меня. Хоть я и была из разряда детей-оторв, но видимо интуиция говорила не идти. Да и мама много рассказывала про этого колдуна. Всегда предупреждала, чтобы мы его опасались. Но ребята начали дразниться и говорить, что я просто трусишка. Детский максимализм взял вверх.

Дошли до сада, видно, что все бояться, но отступать уже некуда. Забрались в сад, ягод там навалом. Да что там ягод — там всего было навалом. Яблоки были настолько красными, что при виде их урчало в животе, вишня была с размером с черешню, а слива, как персики. Мы огляделись и преступили к делу. Все собирали и ели на ходу. Так, что мы не заметили, как нас окружили собаки, много собак. Они были огромными, похожие на волков. Согнав нас в центр сада, сели и смотрели на нас. Но если кто-то пытался идти в сторону забора, начинали рычать. Держали нас так до тех пор, пока не пришел Русый. Он посмотрел на нас и рассмеялся. Его смех был зловещим, внутри всё сжалось, а сердце ушло в пятки.

— Что, поганцы, не знали, куда шли? Или думали, уйдете безнаказанно?

Мы сидели и слушали, кто-то уже захлебывался в рыданиях. Я сидела молча, пока не почувствовала боль в плече, это собака меня начала тащить к нему. Он схватил меня и поднял высоко: «А ты что не плачешь? Или не боишься? А ведь не хотела сюда идти, а пошла. Да и ягодку ни одну не съела. Зачем сюда пришла?» Я молчала, а он всё больше сжимал меня где-то изнутри. Кто-то из ребят сказал:«Отпустите нас, мы больше так не будем». Он закричал: «Так пошли вон!». Все разбежались, а я так и осталась в его руках. Думаю, вот те приключения, а если он меня убьет, а если съест. Русый опять обратился ко мне:

— Так  что тебе здесь надо?

— Ничего.

— А зачем пришла?

— Просто.

— А знаешь, что бывает с любопытными детьми?

И тут его окликнула женщина, это была его жена тётя Ира. Она подошла к нам, вырвала меня из его рук и понесла во двор. За нами шли его собаки, они скалились и пытались покусать тётю Иру. А она спокойно говорила мне: «Не бойся». Отпустила она меня за калиткой их дома, сказав: «Ты как ангелочек. Буду молиться за тебя. Себя отдам, но тебя не заберет. Ступай домой, кроха».

Я ушла не оборачиваясь, дома рассказала всё маме, у которой от рассказанного волосы дыбом встали. Потом в наш дом начали приходить бабушки и читать надо мной молитвы. Всем ребятам было плохо и их увезли в больницу с тяжелым отравлением. Тётю Иру я видела после этого много раз и всё время её благодарила. А она в ответ улыбалась и лишь губами проговаривала «Ангелочек».

Через несколько лет тётя Ира умерла. Сельчане поговаривали, что Русый её заживо убил. У неё начали выпадать волосы, зубы, ногти на руках и ногах. Она засыхала на глазах. На момент смерти она выглядела, как скелет, обтянутый кожей.

Сейчас я повзрослела, но каждый раз, приходя на кладбище, говорю ей «Спасибо!»