The Lost Time

— Я понимаю, Кость, — черт, такое ощущение, словно не было тех шести лет и, что мы опять подростки, копощащиеся в постели после уроков. Если бы не шрамы, покрывающие все Костино тело, если бы не едва заметные морщинки на лбу и в уголках глаз, если бы не короткие волосы, щекочущие мою кожу, я мог бы и поверить в это.

— О чем задумался? — спрашивает он.

— Да так, просто понял, как соскучился по тебе.

— А я скучал по тебе, Егор. Извини, что уехал.

— Давай, не будем сейчас об этом, ладно?

— Почему?

— Боюсь, что мы опять начнем ругаться.

— О, тогда не будем.

— Кость, а ты спать не хочешь?

— Неа. А ты.

— И я. Расхотелось. Что думаешь делать?

— Предлагаю сыграть в карты.

— Отлично.

Он достал из сумки потрепанную колоду, и мы проиграли до утра. Естественно резались в подкидного дурака на раздевание. Это сначала… Потом в блек джек на щелбаны и в покер на поцелуи. Можно сказать — эта ночь удалась.

Глава 10

«Если любишь цветок — единственный, какого больше нет ни на одной из многих миллионов звезд, этого довольно: смотришь на небо и чувствуешь себя счастливым. И говоришь себе:» Где-то там живет мой цветок«…(с)»

Антуан де Сент-Экзюпери «Маленький принц»

Егор

Надо ли говорить, что утро началось в четвертом часу дня? И, кстати, не только для нас с Котом. По дому как сонные мухи ползали помятые гости, а к холодильнику выстроилась целая очередь страждущих. На большее никого пока не хватало. Только несколько непьющих девушек выглядели неприлично бодрыми и отдохнувшими. Смотреть на них тошно.

— Эй, как ты? — меня за локоть трогает Алинка. Она мягко поглаживает меня по руке и мне очень хочется прижаться к ней в поисках тепла и спокойствия. Кажется, что вот сейчас она просто погладит меня по голове и боль уйдет.

— Отвратительно. Я сейчас сдохну прямо тут.

— Вот этого не надо. Ты мне нужен живой и здоровый. Пойдем, там девчонки чай заварили, — позволяю утянуть себя к стайке галдящих, по-другому не скажешь, барышень. Я тут же получаю чашку горячего сладкого чая и бутерброд с плавленым сыром и копченой колбасой. Странное сочетание, но вкусно.

— Ну? — Алина смешно играет бровями, пытаясь таким способом поторопить меня с ответом.

— Фто? — спрашиваю с набитым ртом.

— Как у вас?

— Ты мне сейчас Лору напомнила, — недовольно бурчу, вгрызаясь в бутерброд.

— Ну спасибо! — смеется она. — А все-таки?

— Да отлично все. Но мне пока не хочется об этом говорить.

— Значит не все отлично, — резюмирует она.

— Ты дашь мне спокойно поесть, женщина?! — взрываюсь я.

— Ладно-ладно, замолкаю. Но потом ты мне все обязательно расскажешь.

— Вот вредина!

— Кушай, милый, кушай, — смеется она.

Константин

Солнечный свет заливает площадку, освещает потертый настил рамп и блестит на гладких поручнях. Слышно шуршание колесиков скейтборда по асфальту и в воздух взлетает темная фигура — трудно разглядеть, потому что солнце слепит глаза. Только светлые волосы ореолом взметаются вокруг его головы. А на улице стоит поздняя весна, почти лето.

Так тепло, хорошо и спокойно на душе…

Вздрагиваю и резко просыпаюсь, ощущение неги все еще со мной, словно я опять вернулся в тот солнечный майский день, когда не надо было беспокоиться ни о чем, кроме выпускных экзаменов, да и они не сильно волновали. Ребята тогда пошли тренироваться в парк Трехсотлетия, где специально для скейтеров оборудовали хорошую площадку. Они катались, а я сидел в теньке и наблюдал за Егором… Интересно, а сейчас он все еще увлекается этим видом спорта?

— Ты чего улыбаешься? — поворачиваю голову. Ну так и есть, лежит рядом и, приподнявшись на локте, разглядывает меня.

— Хороший сон приснился. Давно этого не было, — отвечаю я. Шевелиться совсем не хочется. А вот Егору похоже на месте не сидится, все время ворочается, пытаясь найти положение поудобнее. — Ты вставал? — удивляюсь, заметив на нем свитер и джинсы.

— Ага, ходил чай пить, — зевает он. — Тебя мучают кошмары? — что это за тревога в голосе?

— Бывает, но чаще снов вообще нет. Меня просто вырубает на определенное время, а потом сознание включается обратно. А вот сегодня даже вставать не хочется.

— Что, и завтракать не пойдешь? — ухмыляется Егор.

— М-м-м… Лень… А у тебя есть что мне предложить? — потягиваюсь всем телом. Хорошо-то как…

— У нас тут изобилие, — смеется он, — выбирай бутерброды или бутерброды?

— Дай подумать? Я согласен, — улыбаюсь. — Хороший тут сервис. Завтраки в постель приносят. Приятно.

— Это не сервис, это я один такой уникальный, — Егор наклоняется ближе. — А благодарность будет?

— Конечно. Инициативу надо поощрять, — смеюсь я, закидывая руки ему на плечи.

Он улыбается в ответ и целует меня в губы. Приятно, блин. Как же я скучал по сему этому. Правда, небольшое беспокойство все-таки осталось где-то на краю сознания.

— Егор, а ты еще на скейте катаешься? — спрашиваю я минуты две спустя, когда он ложится рядом, явно вдохновленный идеей еще поспать.