The Lost Time

— Ты поэтому подстригся? — его длинные тонкие пальцы касаются моей челки.

— Не только. Я разозлился. Ты тогда сказал, что мне идет, но выглядело это так, будто ты издеваешься.

— Я не хотел. Просто я очень злился на тебя. Я люблю, когда у тебя длинные волосы, но и эта прическа тебе идет.

— Спасибо, — отвечаю я, и наклоняюсь вперед в надежде получить поцелуй. И Егор выполняет мою молчаливую просьбу. Должно же это место оставить после себя хоть что-то хорошее?

— Пойдем отсюда? — спрашиваю я, отстранившись.

— Да, — говорит он и вздыхает. — Знаешь, мне все время кажется, что все это сон. Что ты погиб шесть лет назад в этом подвале, потому что я не успел. А сейчас передо мной призрак, — Егор протягивает руку и касается моей щеки. — Но ты теплый… Живой… — спустя мгновения я оказываюсь стиснутым в сильных объятиях. Он зарывается лицом мне в волосы, щекоча кожу за ухом горячим дыханием. Обнимаю в ответ.

— Прости меня, — шепчу я, стараясь справиться с нахлынувшими эмоциями.

— Давно простил. Наверное, как только увидел. Просто долго бегал от себя.

Это уже неважно. Все потеряло значимость, кроме этих губ, дарящих мне безумные поцелуи. Наверное, со стороны выглядит смешно — два взрослых мужика обжимаются на полу грязного полуразрушенного подвала. Плевать. Хочется остаться так навечно. Чтобы никто не посмел помешать.

Мы сидим в машине Егора и курим. Это место потеряло свой мрачный ореол. Словно и не было того ужаса. Теперь все обязательно у меня будет хорошо.

Не хочу расставаться с Егором только для того, чтобы добраться домой, но машину же не бросишь. К тому же меня беспокоит один вопрос, который я тут же и озвучиваю:

— Егор, а почему ты мне ничего не сказал про Веру? — он давится дымом и начинает судорожно кашлять.

— Это… была не моя… тайна, — произносит он, пытаясь прочистить горло.

— Но намекнуть то ты мог? — обидно вот так узнать, что у тебя, оказывается, есть дочь, но ты о ней узнаешь позже всех.

— Я собирался. Этот рассказ я же для тебя распечатал, просто не думал, что ты его так быстро найдешь. Надеялся, что мы спокойно обсудим все и потом поедем к Лоре разбираться. Но все вышло иначе.

— Да уж. Лора, конечно, молодец. И, ведь, смотрела на меня такими честными глазами.

— Угу, любит она это дело. Теперь разозлилась на меня и еще предателем обозвала, — бурчит Егор. — Знаешь, сколько раз я просил ее все тебе рассказать? Мы еще тогда даже встречаться не начали, а я ей уже весь мозг проел. Просто понимаешь, я бы дожал, но боялся, что это может повредить мелкому.

— Я понимаю. Просто все еще обидно. Подумать только, у меня есть дочь, — говорю я, пытаясь свыкнуться с этой мыслью. — До сих пор в голове не укладывается.

— Да уж. Я когда узнал, что сестрица Верку носит, тоже прифигел. Правда, вопроса кто отец даже не возникло.

— Ну еще бы, — смеюсь я, — ты же нас тогда застукал.

— И чуть тебя не прибил.

— А кто бы на твоем месте поступил по-другому?

— Нормальный брат, а не влюбленный идиот, который еще сам не понял, с чего так бесится, но, тем не менее, приревновал своего друга к родной сестре. Кстати, а знаешь, что я сейчас подумал?

— Просвети меня.

— А ведь Алексей про тебя тоже не сразу узнал. Он же уехал и думал, что твоя мама тебя родила от мужа.

— Да уж, ну и семейка у нас, — смеюсь я.

— Не то слово. Зато теперь мы все вместе, — улыбается он. И до меня запоздало доходит, что мы действительно одна большая семья.

— Самое смешное, что по документам выходит, что ты мой дядя, — говорю я, у Егора сейчас такое выражение на лице, что невольно пожалеешь, что телефон остался в машине, обязательно бы сфотографировал.

— А ведь, правда. А Лорка твоя мачеха. Сдуреть можно.

— А Вера — дочь моей мачехи, но при этом приходится папе внучкой, а Санька сын моего отца и моей мачехи, который приходится моей дочери одновременно и дядей и братом.

— Он еще и твой брат, не забывай.

— Чокнуться можно. Не думал, что такое может случиться в реальной жизни, — смеюсь я.

— А дело всего лишь в одном браке. Да уж. Кстати, получается, что у нас с тобой что-то вроде инцеста.

— Нет, если бы мы были кровными родственниками, тогда да, а так это все такая ерунда.

— Ладно, — подводит итог Егор, — давай прекратим насиловать мозги и поедем домой? У меня на тебя еще столько планов сегодня, — лукаво говорит он. Ну все, понеслась душа в рай.

— Звучит угрожающе, — в принципе, он прав. Уже темнеет и температура за бортом стремительно падает, а я сильно замерз. Мне отчаянно хочется забраться в теплую постель в обнимку с книжкой и чашкой горячего чая, но, похоже, Егор с этим не согласится. И я, в принципе, его поддерживаю. После такого сумасшедшего дня срочно требуется разрядка.

— А то, — подмигивает он мне. — Готовься, из постели ты раньше, чем послезавтра не вылезешь.

— Ничего, я тогда устрою себе еще один внеплановый выходной. Оправдаюсь тем, что был сексуально истощен.

— Отлично. По коням. Хочу быстрее тебя обнять.