Тихо

Ночь наступила слишком быстро. Шагами меряю дорогу к дому того, с чьей помощью я попал в этот мир. Уже давно войдя в ночной лес, шарахаюсь от любого шороха или треска сучка. Я конечно понимаю, что это лес, где полно живности и тому подобного, но испуганный разум уже рисовал ужасающие своей правдоподобностью и кровавостью картины, на которых мою бренную тушку безжалостно расчленяют железными когтями, ножами или же даже не заморачиваясь, просто зубами вгрызаются в еще теплую плоть. Содрогаюсь всем телом и с трудом давлю в себе на корню рвотный позыв. Надо угомонить свое воспаленное воображение, иначе я просто не дойду до дома Сленди, а свалюсь где-нибудь под деревом с сердечным приступом от нечаянно перебежавшей мне дорогу белочки. Как назло дождь закончился, но зато подул сильный холодный ветер, пробирающийся под промокшую от моросявки одежду и раздирающий тело до самых костей. К середине пути у меня уже давно зуб на зуб не попадал. Пытаясь хоть чем-то себя отвлечь от стремительно немеющих пальцев, как на руках, так и на ногах, и, наверняка, уже посиневших кончиков ушек, я вспоминал способы взлома разных порно сайтов, но вдруг меня что-то отвлекло от размышлений. Присмотревшись получше замечаю, что на дерево прикреплена какая-то записка. Значит Слендер уже на охоте, главное не трогать его игровые листочки, так он не узнает о моем приближении или же просто не начнет на меня охоту. Иду дальше, почти по колено увязая в противной и липкой грязи, которая нехотя, с противным чмоканьем, каждый раз отдавала мне мои сапоги, хотя явно желала их забрать себе как трофей. Какого черта Старший поселился так далеко, в самой чаще леса, ведь это же Параллель!? Нет, я конечно понимаю, что сквозь многочисленные порталы в этот лес попадают люди, но это же не повод так отдаляться от нас. Ведь только он умеет открывать порталы, у меня они пока выходят слишком слабыми и нестабильными, что грозит осмелившемуся попробовать его на практичность и работоспособность, банальным распадом на субатомные частицы, не подлежащие восстановлению. Тихо выдыхаю облачко пара на уже не подчиняющиеся мне руки. Да где же этот гребаный дом!?

Проплутав еще с часа два, я понимаю что окончательно заблудился и забрел в какое-то болото. Черт… Я так замерз. Снова вижу впереди белеющую в темноте записку и изображенным на ней Слендером. Психую и подхожу прямо к ней, срывая с дерева. Игра началась. Но я не трогаюсь с места, терпеливо ожидая появления Старшего безликого, по играм, взломанным мной на компе какой-то жертвы, я знаю, что если найти хотябы один лист, но стоять на месте, то Сленди не заставит себя ждать. Терпеливо топчусь на месте, в жалкой попытке согреться. Х-холодно… Прикрываю глаза, больше не в силах бороться с усталостью и пронизывающим тело холодом.

В какой-то момент ощущаю у себя на коже что-то холодное и гладкое, резко сдавившее шею и следующую за этим сильную головную боль. Распахиваю глаза и испуганно дергаюсь, понимая что все тело опутано векторами безликого. Начинаю очумело трепыхаться, пытаясь выдавить из сдавленного векторами горла хоть какой-нибудь звук.

— С-Слендер… это я… — слабо кашляю и отчаянно извиваюсь, ведь воздуха начинает панически не хватать. Прямо дежавю, только тогда меня душил Джефф, — Б-Бен… Утопле… — не успеваю договорить, как просто падаю обратно на землю, оказывается безликий поднял меня в воздух, прямо в радушную и холодную грязь.

— Что ты здесь делаешь, Утопленник? — привычный холодный тон Слендера заставляет приподняться на онемевших руках и судорожно откашляться.

— Я хочу чтобы ты нашел мне другого учителя. — встаю и предпринимаю жалкую попытку отряхнуться от липкой грязи, но руки совсем закоченели и наотрез отказываются меня слушаться. Не успеваю понять, как мы уже оказываемся в доме Старшего. Всё таки телепорт-это вещь!

— Он пытался тебя убить? -совершенно невозмутимо поинтересовался безликий, стряхивая невидимую мнимую грязь с лацкана пиджака.

Почему-то на лицо выползает глупая улыбка, при воспоминании о Джеффе, я бы даже сказал идиотская улыбка. Прикрываю глаза, вспоминая о последних моментах нашей последней встречи:

— Анна сказала, что яркие цвета помогают больным быстрее восстанавливаться… Я каждый день приносил новые в надежде на то, что ты придешь в себя. Всю неделю.

На душе теплеет от одной только мысли о моем учителе. Бывшем учителе. Сердце содрогается и сбивается с ритма. Надо, Бен. Надо. Из-за тебя могли погибнуть все ребята. Я не смогу больше смотреть им в глаза…

— Нет. — качаю головой. Тяжело. Я,… наверное я уже скучаю.