Фандом: Ориджиналы. Какая улыбка. Самоуверенно-скромная, взаимоисключающее сочетание. Напомнил Вентворта Миллера из «Побега». И показалось, что он смотрит в глаза чуть дольше, чем смотрел бы в такой ситуации натурал. Меня обожгло, забыл, зачем пришёл. Да ну нах. В нашем мухосранске таких шансов один на хреналлион.
16 мин, 3 сек 9339
Он потянулся к передней панели за штанами. Поджарые ягодицы перед глазами — почему я не художник? Запечатлел бы потом на память. Что я сделал не так? Тоха суетливо одевался, и я покинул его на заднем сиденье, чтобы одеться тоже… Или он наврал про девственника?
Брюки мои измялись, придётся домой заехать, прежде чем на склад возвращаться. Полностью одетый Тоха молча уселся впереди, даже пристегнулся. Я подал Малыша к дороге. Теперь долго у меня вставать будет от любых упоминаний о Беленькой.
— Это… Кир… — Он заговорил, только когда мы выехали на проспект. — Не обижайся, ладно?
Какие тут обиды? Наоборот, спасибо. На всю жизнь тебя запомню. Падлу. Вентворт Миллер доморощеный. Олимпийская звезда — голубой гигант. Корону б тебе лопатой подправить.
— Не гони, Тоха.
— Тренируюсь по вечерам. Не могу, меня вырубать будет. А в субботу можешь?
Я чуть педали не спутал. Скромняга, блядь! Сидит, молчит. И я тоже, дятел унылый. Амплитуда сегодняшнего настроения точно в гроб сведёт.
— Конечно, дурик! Номер давай.
Тоха вышел у спортцентра на перекрёстке Кирова, напоследок только сжав мне руку — стёкла в Малыше не сильно тонированные. И, тихо ликуя, я смотрел, как он резво скачет по ступенькам. Теперь пусть хоть затренируется, по субботам тренировать его буду я.
Тоха, чудо бритоголовое. Моё. Я достал сигарету, опустил окно и наконец-то довольно затянулся, глядя на стеклянные двери спортцентра. С Тохой бросить придётся, наверно, это Денис курил.
Денис…
Брюки мои измялись, придётся домой заехать, прежде чем на склад возвращаться. Полностью одетый Тоха молча уселся впереди, даже пристегнулся. Я подал Малыша к дороге. Теперь долго у меня вставать будет от любых упоминаний о Беленькой.
— Это… Кир… — Он заговорил, только когда мы выехали на проспект. — Не обижайся, ладно?
Какие тут обиды? Наоборот, спасибо. На всю жизнь тебя запомню. Падлу. Вентворт Миллер доморощеный. Олимпийская звезда — голубой гигант. Корону б тебе лопатой подправить.
— Не гони, Тоха.
— Тренируюсь по вечерам. Не могу, меня вырубать будет. А в субботу можешь?
Я чуть педали не спутал. Скромняга, блядь! Сидит, молчит. И я тоже, дятел унылый. Амплитуда сегодняшнего настроения точно в гроб сведёт.
— Конечно, дурик! Номер давай.
Тоха вышел у спортцентра на перекрёстке Кирова, напоследок только сжав мне руку — стёкла в Малыше не сильно тонированные. И, тихо ликуя, я смотрел, как он резво скачет по ступенькам. Теперь пусть хоть затренируется, по субботам тренировать его буду я.
Тоха, чудо бритоголовое. Моё. Я достал сигарету, опустил окно и наконец-то довольно затянулся, глядя на стеклянные двери спортцентра. С Тохой бросить придётся, наверно, это Денис курил.
Денис…
Страница 5 из 5
