Только свет…

Юноша отодвинул стул для Микаэла у большого стола, а сам бросился на чердак, чтобы принести свои ценные находки. Среди них была плитка шоколада, консервированные персики, клубничный джем и каперсы. Схватив все это в охапку, он вернулся к эльфу и поставил перед ним.

— Это я нашел в близлежащих домах, там еще много, много чего есть. Так что не стесняйся, бери, сколько хочешь.

Эльф опять засмеялся. Он потянулся к плитке шоколада и, аккуратно развернув его, отломил себе кусок. Клаус с интересом наблюдал, как эльф ест. Для него Микаэл был частью таинственного, мистического мира, притягательным и в тоже время опасным, как все эльфийское.

— Наверное, я должен поблагодарить тебя за еду, — сказал Микаэл, поднимаясь из-за стола. Кроме шоколада он так ни к чему и не притронулся. — Спасибо, — произнес эльф, а потом подошел к Клаусу и поцеловал его в щеку. Его поцелуй пах цветами, кровью и шоколадом.

Юноша был смущен. «Он точно сумасшедший», — подумал Клаус, но вслух ничего сказать не смог, предатели-слова покинули его голову. И аппетит тоже пропал, юноша смотрел на свою бесценную еду, которой наконец-то за долгое время было много, но не был рад.

— А где ты спишь? — спросил эльф и без разрешения отправился на чердак.

— Эй, подожди! — Клаус побежал следом.

Он нагнал эльфа, только когда тот открыл дверь и вошел в полутемное помещение чердака. Микаэл сразу направился к окну, и растворил деревянные ставни, впуская весь свет с улицы. День был солнечный, конец лета, постепенно остывающий воздух вбирал в себя аромат последних цветов и трав. Микаэл вдохнул полной грудью, словно он только первый раз ощутил всю прелесть этого дня.

— Нас могут увидеть мародеры.

— Ты их боишься?

— Они могут нас убить.

— Тогда ты боишься смерти.

— Вовсе нет!

— И поцелуев. — Снова смех.

Микаэл подтянулся за оконную раму и стал взбираться выше на крышу.

— Эй, не сверни себе шею! — крикнул Клаус, и отвернулся, ему было жутко смотреть на эльфа там наверху, он не любил высоты.

— Я только взгляну, далеко ли имперские войска и все, не волнуйся.

Юноша кивнул, отойдя в сторону.

— Ну что, видишь их?

— Нет, только свет, солнечный свет. И небо, и деревья вокруг. Я словно птица, Клаус.

— Слезай оттуда немедленно.

— Ладно.

Микаэл спрыгнул вниз прямо на него, и оба юноши упали на деревянный пол чердака, подняв в воздух золотистую пыль. Клаус лежал неподвижно и эльф тоже, они молчали. Микаэл приподнялся, посмотрев на юношу, глаза у эльфа были странного цвета, зеленые с желтыми вкраплениями, такие скорей бывают у кошек.

— Давай посмотрим на большой дом, — предложил Микаэл, скатываясь на бок и ложась рядом с Клаусом. Юноша кивнул. Но, ни один из них не сдвинулся с места, они словно были заворожены куском голубого неба над головой.

— Красиво, — сказал эльф. Он придвинулся ближе, положил свою тонкую ладонь на грудь Клауса и стал методично перебирать шнурки на его рубашке. Юноша кивнул, он прикрыл глаза, как ему показалось, только на мгновение, но когда он вновь открыл их, небо в оконном проеме приобрело розовато-оранжевый оттенок.

Эльфа рядом не было, он сидел в другом конце чердака, роясь в вещевой сумке Клауса. Это очень разозлило юношу, он вскочил и оттолкнул эльфа прочь, а потом набросился на Микаэла, желая как следует проучить его за излишнее любопытство. Эльф не сопротивлялся, и это было первое, что ввело Клауса в некоторое замешательство, а второе — его глаза, они смотрели так холодно и строго на него, словно он был чудовищем, а не человеком.

— Я всего лишь искал гребень или щетку, чтобы привести волосы в порядок, а не то, что ты подумал, — произнес эльф, пытаясь разжать пальцы Клауса, с невероятной силой сжимающие его плечи.

— Прости. — Чувствуя прикосновения Микаэла, Клаус немного расслабился, напряжение и злость постепенно ослабляли свое давление, и тяжело вздохнув, он сам стал рыться в своей сумке, зная, что где-то на дне лежит металлическая щетка, одна из немногих его личных вещей.

— Держи!— Он бросил ее эльфу. Тот поймал, с недоверием глядя на грубо сделанный предмет.

— Почему у тебя рубашка испачкана? — спросил Клаус. — Это кровь?

— Кровь моих врагов, — кивнул эльф. — Но я надеюсь, ты будешь моим другом, Клаус.

Какое-то время они молчали, не сводя глаз друг с друга, каждый ожидал какого-то подвоха. Потом эльф, наконец, стал расчесывать свои волосы, и Клаус немного расслабился. К густым и длинным волосам Микаэла щетка совсем не подходила и приносила больше мучений, чем пользы. Эльф недовольно хмурился, но молчал.

— Давай я помогу, — предложил Клаус, протягивая руку, чтобы забрать щетку.

— Нет! — эльф произнес это довольно резко, уворачиваясь от невольного прикосновения

юноши.

— Прости, — смущенно прошептал Клаус, сам не зная, за что он извиняется. Эльф вздохнул, откладывая щетку в сторону, а потом приблизился к юноши и обнял его за плечи. Прикоснувшись своими губами почти к самому уху Клауса, он произнес:

— Позволить коснуться своих волос, значит, дать понять, что ты доверяешь, доверяешь беспредельно.