Тонкая грань

Он вышел из комнаты, зашёл в ванную, покрутил краны, потом пошёл на кухню. Вроде бы всё прекрасно работало. На кухне, проведя небольшую ревизию, обнаружил даже всю необходимую утварь. И, раз уж он был на кухне, то решил поставить чайник, который спокойно стоял на плите. Как оказалось, не всё необходимое присутствовало. Минут десять он потратил на поиск спичек, но так и не нашёл. К счастью, Андрей курил, а значит, где-нибудь в карманах у него должна быть зажигалка.

Он не ошибся. Поставив чайник, снова отправился в комнату, и, наконец-то, приступил к разбору вещей. Провозился он часов до одиннадцати: пока поужинал тем, что они захватили с собой, пока разобрал вещи, пока полежал в ванне, после чего завалился на диван и обвёл глазами комнатку.

«Интересно, — подумал он, — кто в ней раньше жил?»

Комнатка была довольно уютная. На полу лежал старенький, но чистый палас, двухстворчатый шкаф, в углу тумбочка с небольшим телевизором, на котором лежал пульт, на окне плотные, выцветшие шторы. Диван с мягкими, дутыми подлокотниками, которые вполне могли сойти за подушку, в другом углу маленький журнальный столик. Ничего лишнего. Кирилл почему-то подумал, что в этой комнате жил пожилой человек, может быть, мать их хозяйки.

Взяв с телевизора пульт, пощёлкал программы и выключил телевизор. После еды, душа, возни — захотелось спать. Он уже закрыл глаза, как зазвонил телефон.

Кирилл схватил мобильник, который заранее положил на спинку дивана, (как чувствовал, что друг всё-таки позвонит), но это звонил телефон в коридоре.

— Да?

— Проверка связи, — услышал он голос Андрея вместе с тихо доносившейся музыкой, — ты ещё не передумал? А то бери машину и дуй к нам.

«Ещё» не«, — Кирилл улыбнулся. Андрей допустил две ошибки. Первая — опять эта» не«, вторая… Если бы он сказал —» дуй к нам«, то, может быть, Кирилл и задумался бы, но вот это» ещё не передумал«….»

— Конечно, нет. Когда это я менял свои решения? Чем занимаетесь?

— Как всегда…

— А я ложусь спать. Если ты не взял ключи, то оставайся там до утра.

— Да я и звоню тебе, чтобы ты закрыл дверь. Приеду утром.

Кирилл положил трубку. Со стороны их разговор мог бы показаться размолвкой, но они слишком хорошо знали друг друга. Завтра Андрей притащится ни свет, ни заря. Будет жаловаться, что болит голова, что устал, что ютился всю ночь в каком-то кресле, и закончит тем, что скажет: «Лучше бы остался».

Кирилл вновь вернулся в комнату, погасил свет, лёг на диван и с наслаждением потянулся. Из-за плотных занавесок в комнате была густая темнота, лишь светился красный огонёк телевизора. Он закрыл глаза и стал погружаться в приятную дремоту.

И тут неожиданно раздался скрип. Кирилл открыл глаза, вглядываясь в темноту. Всё было тихо. Глаза быстро привыкли к темноте, и уже можно было различить очертания предметов. Он вновь было смежил веки, как скрип повторился. Теперь Кирилл смог увидеть, что производило этот скрип. Это скрипела дверь в комнату, которая, качнувшись, стала закрываться.

Он рывком сел, не сводя взгляда с двери. Она закрылась, и, в тот же миг, в наступившую тишину, проник другой звук. Звук мягких, каких-то шаркающих шагов. Казалось, что кто-то движется от окна к двери, прямо мимо него.

Нервы Кирилла не выдержали. Вскочив, метнулся к двери. Распахнул её настежь и почувствовал под ногой что-то скользкое, липкое… Только тут он догадался щёлкнуть выключателем. Комнату залил яркий свет, на миг Кирилл зажмурился, потом открыл глаза, глянул под ноги и ахнул.

У самой двери, на паласе, алело довольно большое пятно. Сомнений у него не было — кровь! И правой ногой он стоял в этой луже. Схватившись за ногу, попытался рассмотреть, что же могло случиться? Может быть, он наступил на что-то острое? Мало ли что могло выпасть из вещей. Но боли он не ощущал, вроде бы кожа была не повреждена. Прыгая на одной ноге, он добрался до ванной и, включив воду, смыл кровь. Ни единой царапины! И, только в этот момент по спине пополз липкий холодок страха. Стоя босиком на холодном полу, он выглядывал в коридор, прислушивался, не решаясь снова войти в комнату, хотя там по-прежнему горел свет, который освещал часть коридора. Наконец, решился.

С опаской заглянул в комнату. Всё было чисто! Но он мог поклясться кому угодно, в чём угодно, что это пятно крови, в которое он наступил — не галлюцинация, это было!

Кирилл стоял в коридоре, переминаясь с ноги на ногу, не зная, что делать дальше. Было страшно. Снова спокойно улечься и попытаться уснуть, он не мог. Потоптавшись ещё немного, он всё-таки вошёл в комнату, но только затем, чтобы одеться. Одевшись, почувствовал себя немного спокойнее. Но иметь дело с этой «уютной» комнаткой, он больше не хотел. Что-то давило, внушало страх, было стойкое ощущение чьего-то присутствия.