Три галлеона

Утром у Драко было прелестное настроение. Он проснулся с мыслью о том, что Грейнджер вчера чертовски круто выглядела, в том плане, что уверенность излучала просто железную. Парень по-прежнему не находил в её внешности ничего особенного, половина школы была намного привлекательнее, но так виртуозно владела палочкой только она. Если бы давным-давно она проявила такую агрессию в ответ на его оскорбления, он может быть и перестал бы её оскорблять. Теперь же ему было интересно, на что же ещё она способна. Замаскировав чисто человеческий интерес тем, что он «выясняет возможности врага», Драко внушил себе, что пожалуй снизойдёт до общения с девушкой, пусть и с такой грязной кровью.

На завтрак он спустился, сияя улыбкой, улыбаясь, конечно, самому себе. В Большом зале как будто светлее стало. Многие это заметили, и со всех столов был слышен девичий шёпот о том, какой этот Малфой всё-таки красавец.

Усаживаясь за свой стол, парень заметил, как напряглась гриффиндорка. Судя по тому, что Поттер сидел чуть дальше, в золотом трио произошёл раскол. Рон находился на противоположной стороне, заняв позицию стороннего наблюдателя. Интересно, подумал Малфой, Грейнджер так и с друзьями разбирается, когда они её злят?

Драко специально сел напротив, чтобы видеть её. Теперь, когда он продумал всё своё поведение, надо как можно чаще попадаться девушке на глаза. И да, она его заметила. Он увидел эти зло сверкнувшие глаза. Нотт сидел справа, Пэнси, растолкав остальных, устроилась слева.

— Драко, ты сегодня какой-то довольный, — промурлыкала она. — Что случилось?

— Я, наконец, понял, что не могу жить без тебя, — ответил парень с улыбкой, Нотт поперхнулся куском тоста.

— Правда? — просияла Пэнси и схватила парня за руку.

— Конечно, нет, — улыбка исчезла, вернулся холодный взгляд. — Руку отпусти.

Девушка надулась и отшвырнула руку Малфоя, отвернувшись от него всем телом. Он ухмыльнулся.

— Вышло слегка грубовато, — протянул справа дружеский голос.

— Мне сейчас не до неё, — отмахнулся парень. — Есть дела поважнее.

— О, да, — хохотнул Тео. — Несомненно. Слышал бы ты себя.

— Отстань.

Их взгляды снова встретились. Грейнджер смотрела на Малфоя исподлобья и хмурилась. Он в ответ привычно поднял бровь, как бы говоря: хочешь что-то спросить, Грейнджер? В ответ девушку нахмурилась ещё сильнее и презрительно фыркнула. Драко еле удержался, чтобы не расхохотаться. Чёртова Грейнджер презирает меня, как будто я магглорождённый, — думал Драко. — Ну ничего, я сумею показать ей, где её место.

На истории магии Гермиона сидела дальше своих друзей и думала о своей вчерашней выходке. Вчера ей казалось, что она всё делает правильно, что если и была возможность достучаться до Малфоя, пока он не наделал глупостей, то это именно тот случай. Сейчас же всё виделось ей опрометчивым. Зачем она повела себя так грубо, зачем вообще устроила этот допрос? Наверняка он теперь считает её совсем чокнутой. Хотя какая разница, что он о ней думает. Раз явился на завтрак, сияющий как галлеон, значит всё в порядке. Улыбался, как будто ему вчера очень повезло в чём-то… Странно это всё. Гермиона думала и о том, что уже три дня не разговаривает с Гарри. Ей, несомненно, было что сказать, ведь она лично убедилась в том, что Малфой не пожиратель. Однако заговорить первой она не решалась, да и не считала себя виноватой, чтобы оправдываться. Ведь это именно Гарри повёл себя как последний осёл, устроив такую сцену при Снейпе. Ежу же ясно, что Малфой не тянет на злодея, а декан Слизерина всегда будет защищать свой факультет до последнего. О чём думал её друг в тот момент, она не знала, да и не хотела знать после того, что он ей наговорил. Будто она прикипела к Малфою. Она ещё не растеряла мозги, чтобы вообще воспринимать этого парня каким бы то ни было образом. Для неё он был не важнее всех тех людей, которых она не знала. То, что произошло вчера, ни капли их не сблизило и думать, будто бы вчера между ними состоялся самый нормальный диалог за всё время — глупо. Он Малфой и навсегда останется идиотом, помешанным на мнимой чистоте крови.

Рон был как между двух огней. Всегда если кто-то в их тройке ругался меж собой, то третий был перевалочным пунктом. Серьёзных ссор за эти годы было не так уж много, однако побывать в роли середины успел каждый. Рон, поскольку был парнем, естественно проводил больше времени с Гарри, но Гермиона не обижалась, она всё понимала. Она всегда всё понимала, словно это её работа — всё всегда понимать. Вот и вчера она вроде как попыталась понять Малфоя, а сейчас уже думает о нём больше чем обычно. Непорядок. Нужно выкинуть его из головы.