Три галлеона

Она смотрела на него во все глаза, дышала отрывисто, словно была на грани истерики, он чувствовал себя так же. Когда Гермиона пришла в гостиную, то увидела на Карте, что Дамблдор и Гарри вернулись, увидела также, что Малфой и множество точек с ужасными фамилиями направляются к ним. Пока Гермиона решала, что делать, в замке началась неразбериха. Единственным решением, что пришло ей на ум, было бежать к профессору Макгонагалл, которая сейчас находилась на первом этаже. Однако когда Гермиона добежала, то увидела, что деканша с кем-то сражается, вокруг летали заклинания. Девушка выбежала на улицу и увидела в небе метку, символ Волдеморта. Тут же волна страха захлестнула девушку. Если в небе метке, значит кто-то умер. Осознание пришло в голову сразу. Она нутром почувствовала, кто во всём виноват.

Сейчас этот виновник стоял перед ней и был бледнее, чем обычно. Парня била крупная дрожь, но взгляд, которым он смотрел на Гермиону, можно было растолковать только как шоковый. Казалось, парень невменяем, как будто не понимает, где он и что с ним. Гермиона испугалась и протянула к нему руки. Из коридора послышался шум и глаза Драко распахнулись шире. Он схватил Гермиону в охапку и спрятался за ближайшей колонной. Из замка выбежали Пожиратели Смерти. Следом за ними Гарри с криками проклятий в сторону Снейпа. Гермиона не понимала, причём тут декан Слизерина, да ей было и без того, о чём подумать. Малфой прижался к ней и не спешил отпускать. Гермиона чувствовала биение его сердца и ей стало жаль Драко. Волна нежности затопила её душу и она прижалась к нему сильнее. Едва почувствовав это, он отстранился от неё на расстояние вытянутых рук и посмотрел в глаза. В его глазах застыли слёзы и Гермиона была готова разрыдаться сама.

— Что ты натворил? — спросила она жалобным голосом, со всем не с той злостью, с которой собиралась спросить до его объятий. Малфой молчал, Гермиона заглядывала в его глаза, ища там ответы, хоть что-нибудь, что прояснит ситуацию.

— Я знаю, ты возненавидишь меня, Грейнджер, но я должен был…

— О чём ты говоришь? — Гермиона нахмурилась, она не понимала растерянности парня. Она молила Мерлина, чтобы он заставил Драко выражаться яснее, сказать то, что опровергнет её мысли о его поступке.

— Прости меня… Я вёл себя как осёл, я всё испортил… Я… Грейнджер, прости!

— В чём дело, Драко? — уже совсем нервничая и теряясь в догадках, воскликнула девушка.

— Я люблю тебя, — сказал Малфой, Гермиона вздохнула. — Любил каждый день на протяжении всех этих месяцев. Если я останусь жив, когда всё это кончится, я тебе всё расскажу.

— Но с чего ты взял, что я останусь в живых? — спросила, просто чтобы что-нибудь спросить. Эти признания жутко смахивали на прощание и Гермиона не хотела в это верить.

— Ты останешься! Поттер победит, ты же сама так говорила, — быстро проговорил Драко, он услышал, как тётка зовёт его, а значит нужно было уходить.

— Я в это верю.

— Значит верю и я, — шепнул Драко, схватив Гермиону за затылок, притянул к себе и поцеловал. Это был быстрый, но такой нужный поцелуй, словно они скрепили клятву о том, что обязательно выживут и встретятся. Драко отошёл на пару шагов, оглядел Гермиону, словно запечатлевая её образ в памяти. Рядом тут же возник Снейп, без слов он схватил Драко за плечо и задал направление движения. Они убежали, а Гермиона огляделась по сторонам. Чуть поодаль с земли поднимался Гарри, она поспешила к нему.

—Снейп, — воскликнул парень. — Это он чёртов Принц-полукровка!

Гермиона слушала Гарри, но не понимала слов. Она просто шла рядом и думала лишь о том, что начало положено. Кажется, началась война.

В метрах пятидесяти друзья увидели столпотворение. Гермиона беспокойно взглянула на Гарри, он опустил голову и не спешил идти. Он знает, что там, дошло до девушки, и ноги, будто предчувствуя, тоже стали спотыкаться на каждом шагу.

Когда же Гермиона и Гарри протиснулись в первый ряд, она ахнула. На траве в неестественной позележало тело Дамблдора. Директор был мёртв. Все пришедшие стояли в гробовом молчании, тишину лишь изредка нарушали едва уловимые всхлипы. Гарри подошёл прямо к телу. Всё-таки он последний, кто видел директора живым. Гермиона осталась с толпой. Она чувствовала себя здесь чужой, как будто всё произошедшее её вина. Так вот за что извинялся Малфой, вот что он натворил! Однако хуже всего было то, что даже видя мёртвого Дамблдора, Гермиона не злилась на Драко, не чувствовала его врагом, хоть из её глаз и лились слёзы из-за смерти великого волшебника. Если разобраться, единственного, кто мог защитить магглорождённых от фашистских взглядов Волдеморта.

В эту ночь плакали все, больше всех Гарри, он ещё долго сидел у трупа, согреваемый объятиями Джинни, которая гладила его и говорила слова утешения. Макгонагалл подняла палочку в воздух, за ней последовали и все остальные. Лучи разогнали тучи и метка исчезла, но для Хогвартса это всё равно был самый хмурый день в истории.