Туман над пепелищем

Меж тем миссис Уитби нескольку сбивчиво и сумбурно рассказывала, что в первых числах декабря Кевин привез свою давнюю подругу, Ибби, в жутком состоянии: судя по всем признакам, у девушки был четко выраженный наркотический абстинентный синдром, а неделю спустя выяснилось, что они беременна. Кевин клялся, что это не он, что отец ребенка в Лондоне, тот должен был уладить какие-то проблемы и вернуться за Ибби. Но никто так и не приехал, а за день до смерти сын позвонил и сказал, что немного задержится и что любит родителей тем же тоном, каким десять лет назад доказывал мистеру Финч-Флетчли, что никуда без отца и матери не поедет. Ибби отказывалась что-либо рассказывать, но когда узнала, что Кевин мертв, поссорилась с родителями и уехала.

Если честно, то в таком свете Дадли тоже не очень-то верилось в самоубийство, а если учесть, что Уитби был журналистом, вера эта пропадала как тот самый вредный домовый эльф кузена: с громким хлопком и без следа. Однако авроры даже выдали шокированным родителям свидетельство, что никаких магических или прочих воздействий на их сына оказано не было, он просто сам вдруг вышиб себе мозги. Это порождало у инспектора Дурсля неприятные подозрения. Тем же вечером кузены подводили итоги в гостиной Дадли.

— Итак, что мы имеем? — начал инспектор на правах профессионала, раскладывая фотографии на столе. — Группа чистокровных, которая организовала бизнес по производству и сбыту среди немагов наркотиков. Так? Журналиста и его приятеля, которые три месяца ошивались в точках сбыта наркотиков и потом с разницей в несколько дней покончили с собой. И девушку, скрывшуюся в неизвестном направлении, как только она узнала о смерти друга. Что я упустил?

Франко задумчиво посмотрел на получившуюся композицию.

— Ты упустил сквибов.

— В смысле?

— «Группа чистокровных», как ты выразился, — ядро основной банды. И среди них, как минимум, находится один полукровка или маглорожденный. Это во-первых. Во-вторых, взаимодействуют с пушерами сквибы или маглорожденные, причем такие, которые хорошо знают нормы и правила общения этих людей. Иначе их бы съели мигом, а они процветают.

— Почему в ядре полукровка или маглорожденный?

— Потому что в Хогвартсе химии не учат, а самому синтезировать наркотик… Кто-то из магловских родственников этого человека — химик…

— Скорее фармацевт, — перебил его Дурсль, вспомнив кое-какие пояснения Грина.

— Так и запишем, — Франко взял листок из стопки для записок. — Еще в ядре зельевар, и не абы какой, а весьма умелый и талантливый — иначе бы не сумел объединить зельеварение и магловский синтез. Далее, служащий в Министерстве, предположительно в отделе транспорта. Ну и сотрудник аврората, связанный с проведением экспертизы. Проверка на подавляющие волю зелья и заклинания ничего не дала, иначе бы расследование не прекратили.

Ди в задумчивости потер костяшки правой руки.

— Что-то зельеваров многовато.

— Это да. Вполне может быть, что это все — один и тот же человек. И он учился либо на Хаффлпаффе, с Уитби, либо на Рэйвенкло.

— Почему?

— Для Гриффиндора слишком много выдержки. Слизеринцу Уитби бы не доверился и не повернулся бы спиной.

— А если он обратился к аврору с Хаффлпаффа, а тот позвал зельевара с Рейвенкло?

Артефактор пожал плечами:

— Гадать можно долго. Как бы то ни было, тот, кто убил Уитби, уничтожил материалы расследования. Среди вещей Кевина не было ни единого написанного или напечатанного листа.

— Копии могут быть у Ибби.

— Не обязательно. Но мисс Торнхилл могла что-то знать.

— Знать бы, где ее искать…

— У маглов. Магическое сообщество меньше, и магле там спрятаться нереально.

— Тогда я обращусь к Уивер. Кстати, знаешь, а убить Ханта могла Торнхилл.

Артефактор прищурился:

— С чего бы? Она же магла.

— А если ей Кевин рассказал. Встречалась же она с тем, вторым. Смотри, все сходится: Хант ее узнал, она испугалась, его сначала по глазам пшикнула, а потом ножом добила.

Франко недоверчиво скривился.

— Все равно, притянуто за уши. Откуда она знала пушера? Как он ее узнал впотьмах? Как она вообще прошла в зачарованный от маглов ход? Что магле понадобилось ночью в Лютном?

— Найдем — узнаем, — не стал настаивать Дадли. — Ты достал список работников транспортного отдела?

— Обещали к выходным. Заодно попытаюсь узнать, кто владелец того склада.

— Тебя не засекут?

— Узнавать будет мой банковский поверенный.

— Твой?

— Лорда Блэка.

Дурсль нахмурился:

— То есть, он знает, кто ты?

— Не он, — Франко смущенно потер нос. — Она. Флер меня вычислила. Догадалась по каким-то банковским документам.

— А…

— Она будет молчать.

Ну, раз Франко так говорит, значит, будет. Можно вздохнуть спокойно.