Фандом: Тайный город. В один прекрасный день ос Чуя становится звездой Тайного Города.
32 мин, 47 сек 14823
Вот и сейчас, выбиваясь из сил, падая с ног от усталости, они честно отрабатывали свой хлеб с икрой. Вокруг спящего Чуи возник прозрачный мерцающий отливающий синевой купол. Вены на руках, держащего катетер с лекарством брата Ляпсуса вздулись, словно он боролся с неведомой силой, пытающейся вырвать катетер из вены оса. Брат Курвус уже почти шептал заклинание, но не сбивался и не забывал делать паузы перед каждой новой строчкой. Отстранённое выражение сходило с лица оса. Облик певца приобретал спокойный расслабленный вид. Чуя спал, и лечение подходило к концу. Всё тише и незаметнее потрескивал шар, всё меньше красного оставалось под его тонким стеклом, и эрлийцам гораздо легче становилось контролировать процесс лечения.
Наконец, эрлийцы завершили свою работу. Сразу после того, как брат Ляпсус усталым движением руки убрал мерцающий купол, окружавший оса, Чуя начал просыпаться.
— Ну что, больной, как вы себя чувствуете? — голос брата Курвуса, несмотря на дикую усталость, был бодр и участлив.
— О, величайшие из великих лекарей всей Вселенной! Вы излечили воина славной Оси! Теперь Чуя снова может творить и в первой же балладе вознесёт умение чародеев-знахарей до самых звёзд! В моей голове уже рождается новая песнь, что принесёт титаническому труду лекарей обители Эрли вечный почёт и немеркнущую в веках славу! Сегодня же Чуя начнёт свой эпохальный труд во благо славных брата Курвуса и брата Ляпсуса, вернувших его к жизни!
Отчего-то эрлийцы не особо обрадовались этому известию и постарались как можно мягче, но скорее, избавиться от излишне восторженного пациента. Но Чуя уже ощутил прилив вдохновения и был готов положить все силы на написание новой баллады, даже если это грозило ещё одним визитом в Обитель в качестве пациента.
Выйдя из святая святых семьи Эрли, Чуя направился прямиком в офис «Неприятных ощущений», чтобы порадовать своего друга Кортеса известием о своём выздоровлении. Наёмник, конечно же, обрадовался, встретив оса в здравом уме, но услышав о новой балладе, которую прямодушный Чуя тут же начал декламировать, быстренько распрощался с осом, сославшись на завал в делах. Кортес даже отправил Артёма подбросить Чую в «Ящеррицу», где ос мог бы договориться с Птицием о новом выступлении.
Сказать, что конец был рад, увидев свою звезду в добром здравии и с новой идеей, значит ничего не сказать. Птиций разве что не подпрыгивал от радости, с превеликой радостью он освободил сегодняшнюю ночь для выступления маленького сказителя и с нетерпением начал ждать очередного триумфа.
В клубе ближе к ночи снова был аншлаг, не было только комиссара Нави, который внезапно был выслан князем за пределы Москвы по каким-то таинственным делам. В свете софитов на сцене появился маленький ос, взмахнул рукой, ударил по струнам домбры и… Завыл. Нет, конечно же, Чуя пел и, по меркам осов, даже очень хорошо, но без изменителя голоса и поддержки «ласвегасов»…
Это был провал. Такого количества гневных отзывов и отповедей Птиций не получал даже в самом начале своей карьеры. И только команда Кортеса, мужественно высидев весь десятичасовой концерт, горячо благодарила Птиция за оказанную поддержку. И намекала на дальнейшее сотрудничество с молодым, но, безусловно, талантливым певцом. Всё-таки «навский оберег» — отличная штука.
Но у комиссара Тёмного Двора имелись свои планы на столь дорого обошедшегося Нави подданного. По последним сводкам где-то в пригороде Москвы устроили логово вампиры, презревшие Догмы Покорности. Саббат готовил новый набег на Тайный Город, который следовало предотвратить.
В один погожий летний день в мрачном и душном Подземелье Оси появился служащий в форме службы доставки «Тиградком» и передал Чуе запечатанный конверт. Дождавшись, пока изрядно удивлённый ос оставит свою подпись на акте вручения, молодой шас шагнул в портал. Вскрыв конверт, Чуя обнаружил в нём вчетверо сложенный листок с надписью:«Перед прочтением уничтожить». Удивившись столь нелепому приказу, ос поджёг конверт и, когда последний кусочек бумаги распался пеплом, потерял сознание.
В бессознательном состоянии в голове у Чуи начали всплывать строчки текста. Придя в себя, ос не мог вспомнить, что же было написано в странном письме, но он точно знал, что должен делать. Чуя принялся очень тщательно собираться, словно уходил в дальний и опасный поход на пару недель. Вместе с привычным для него копьём и ножами на перевязи маленький ос взял выпавший из конверта медальон и повесил на шею, спрятав под одежду. Подхватив любимую домбру, Чуя бодро и уверенно зашагал по лабиринтам канализации в сторону пригородов.
Наконец, эрлийцы завершили свою работу. Сразу после того, как брат Ляпсус усталым движением руки убрал мерцающий купол, окружавший оса, Чуя начал просыпаться.
— Ну что, больной, как вы себя чувствуете? — голос брата Курвуса, несмотря на дикую усталость, был бодр и участлив.
— О, величайшие из великих лекарей всей Вселенной! Вы излечили воина славной Оси! Теперь Чуя снова может творить и в первой же балладе вознесёт умение чародеев-знахарей до самых звёзд! В моей голове уже рождается новая песнь, что принесёт титаническому труду лекарей обители Эрли вечный почёт и немеркнущую в веках славу! Сегодня же Чуя начнёт свой эпохальный труд во благо славных брата Курвуса и брата Ляпсуса, вернувших его к жизни!
Отчего-то эрлийцы не особо обрадовались этому известию и постарались как можно мягче, но скорее, избавиться от излишне восторженного пациента. Но Чуя уже ощутил прилив вдохновения и был готов положить все силы на написание новой баллады, даже если это грозило ещё одним визитом в Обитель в качестве пациента.
Выйдя из святая святых семьи Эрли, Чуя направился прямиком в офис «Неприятных ощущений», чтобы порадовать своего друга Кортеса известием о своём выздоровлении. Наёмник, конечно же, обрадовался, встретив оса в здравом уме, но услышав о новой балладе, которую прямодушный Чуя тут же начал декламировать, быстренько распрощался с осом, сославшись на завал в делах. Кортес даже отправил Артёма подбросить Чую в «Ящеррицу», где ос мог бы договориться с Птицием о новом выступлении.
Сказать, что конец был рад, увидев свою звезду в добром здравии и с новой идеей, значит ничего не сказать. Птиций разве что не подпрыгивал от радости, с превеликой радостью он освободил сегодняшнюю ночь для выступления маленького сказителя и с нетерпением начал ждать очередного триумфа.
В клубе ближе к ночи снова был аншлаг, не было только комиссара Нави, который внезапно был выслан князем за пределы Москвы по каким-то таинственным делам. В свете софитов на сцене появился маленький ос, взмахнул рукой, ударил по струнам домбры и… Завыл. Нет, конечно же, Чуя пел и, по меркам осов, даже очень хорошо, но без изменителя голоса и поддержки «ласвегасов»…
Это был провал. Такого количества гневных отзывов и отповедей Птиций не получал даже в самом начале своей карьеры. И только команда Кортеса, мужественно высидев весь десятичасовой концерт, горячо благодарила Птиция за оказанную поддержку. И намекала на дальнейшее сотрудничество с молодым, но, безусловно, талантливым певцом. Всё-таки «навский оберег» — отличная штука.
Масан и ос
После грандиозного фиаско в «Ящеррице» ос несколько присмирел. По крайней мере, он больше не подбегал к каждому встречному тайногородцу с предложением написать балладу о величайшем из великих, а дальше шли вариации: рыцаре Ордена, акуле бизнеса — шасе или грозе ночного Города — масане. Теперь Чуя всё больше сидел в Подземелье, покидая его лишь для того, чтобы наведаться в гости к своим друзьям-наёмникам.Но у комиссара Тёмного Двора имелись свои планы на столь дорого обошедшегося Нави подданного. По последним сводкам где-то в пригороде Москвы устроили логово вампиры, презревшие Догмы Покорности. Саббат готовил новый набег на Тайный Город, который следовало предотвратить.
В один погожий летний день в мрачном и душном Подземелье Оси появился служащий в форме службы доставки «Тиградком» и передал Чуе запечатанный конверт. Дождавшись, пока изрядно удивлённый ос оставит свою подпись на акте вручения, молодой шас шагнул в портал. Вскрыв конверт, Чуя обнаружил в нём вчетверо сложенный листок с надписью:«Перед прочтением уничтожить». Удивившись столь нелепому приказу, ос поджёг конверт и, когда последний кусочек бумаги распался пеплом, потерял сознание.
В бессознательном состоянии в голове у Чуи начали всплывать строчки текста. Придя в себя, ос не мог вспомнить, что же было написано в странном письме, но он точно знал, что должен делать. Чуя принялся очень тщательно собираться, словно уходил в дальний и опасный поход на пару недель. Вместе с привычным для него копьём и ножами на перевязи маленький ос взял выпавший из конверта медальон и повесил на шею, спрятав под одежду. Подхватив любимую домбру, Чуя бодро и уверенно зашагал по лабиринтам канализации в сторону пригородов.
Страница 8 из 10
