Фандом: Гарри Поттер. Хогвартс после войны. Героическое трио заканчивает последний год. Неожиданно оправданных родителей Драко Малфоя находят убитыми. Драко не может справиться с тяжестью потерь и решает покончить с собой. Поттер становится свидетелем всего и спасает недруга. К чему приведет такая помощь?
271 мин, 33 сек 9379
Драко стоял у окна библиотеки и улыбался. Впервые за много дней он чувствовал себя счастливым. Взъерошив аккуратно уложенные волосы, он вспомнил растрепанную шевелюру Поттера, его раскрасневшиеся щеки, затуманенные страстью глаза и припухшие от поцелуев губы. Представив, как он снова будет целовать его, Драко поспешил в гостиную.
Уловить, обрести, подчинить, обладать…
Разогреть свою страсть — экзотичное блюдо,
И не нужно ответов, их можно не ждать.
Лишь движенья руки по чувствительной коже,
Обжигает каленым железом язык.
Эта странная похоть на сказку похожа,
Волшебства удивительный, сладостный миг.
Ускоряя движенья, дыханье сбиваешь,
Разливая по венам блаженства экстаз.
Ты теперь для меня, мной теперь обладаешь,
Мой любимый, единственный, призрачный враг.
Каплю нежности в кровь, каплю страсти в сознание;
Помешать, покружив языком у пупка.
Вместе варим эликсир под названьем «Желание»,
Чтоб испить наше счастье, сгорая дотла.
Marchello Ri
Поттер сидел перед камином на полу и, недовольно вздыхая, уклончиво отвечал на вопросы Грэйнджер. То, что беседа его тяготила, было видно невооруженным взглядом, но Гермиона то ли этого не замечала, то ли делала вид, что не замечает.
— Гарри, — тихо спросила она, — ты уверен, что все в порядке? Он точно не станет испытывать свою магию на тебе?
— Уверяю тебя, Гермиона, всё хорошо, — ответил тот. — Не стоит так беспокоиться. Его магия еще не восстановилась, а вчера я полдня занимался переделками в доме по его просьбе. Думаешь, если он мог бы все сделать сам, стал бы упрашивать меня поменять обивку на диване?
— Ну, раз ты так считаешь… — Гермиона неуверенно пожала плечами. — Гарри, миссис Уизли очень расстроена, что ты не будешь с ними в Рождество, да и Джинни вот-вот прибудет. Ты так и не поговорил с ней? — она с тревогой смотрела на друга.
— Нет, не говорил… — поморщился Поттер. — Я обязательно…
— Ой, Гарри, все, я побежала, — Гермиона заторопилась закончить разговор, — Джинни приехала… — Ты бы все же поговорил с ней? К чему тянуть и вселять призрачные надежды?
— Ладно, я подумаю, — согласился тот. — До встречи! — едва успел сказать он исчезающей в пламени камина Грэйнджер.
Гарри поднялся с пола и медленно подошел к окну. Гермиона, как всегда, была права: тянуть с разговором не стоило, иначе, зная характер Джинни, можно было получить большую порцию неприятностей.
— Грустишь, Поттер? — Драко тихо подошел к нему и встал рядом, разглядывая морозные узоры на стекле.
— Нет… — отозвался Гарри.
— Прости, но я слышал ваш разговор, — Малфой задумчиво повторял пальцем на стекле затейливый ледяной орнамент. — О чем ты должен поговорить со своей рыжей фурией?
— Да, так, ерунда, не думай, — Поттер обернулся и посмотрел на него. — А который час?
— Без четверти Рождество, — улыбнувшись, ответил Драко. — Ты собираешься встретить его, стоя у окна? И даже не отведав всех изысканных угощений, которые приготовил твой домовик?
— Нет, ну, что ты! — замотал головой Гарри. — Идем, — и, схватив Малфоя за руку, он потянул его в столовую.
— Погоди, Поттер, — одернул его Драко, — я попросил твоего эльфа накрыть стол здесь… У тебя очень уютная гостиная… Ты не против?
— Нет, конечно! — улыбнулся Гарри. — Кикимер!
— Гарри Поттер, хозяин, звал Кикимера? — домовик стоял перед ними с довольным выражением на лице.
— Кикимер, — Гарри оглядел праздничный наряд эльфа, состоящий из новой наволочки и разных по цвету носков, и, улыбнувшись, произнес: — Мы жутко голодные!
— Кикимер сейчас все сделает, — расплылся в счастливой улыбке домовик и исчез, оставив за собой лишь легкое мерцание магии.
Аккуратно отщипнув небольшой кусочек от сочной, запеченной с картофелем рождественской индейки, Драко украдкой взглянул на Поттера. Тот, всецело занятый ужином, казалось, не обращает на него никакого внимания. Держа в руках аппетитно зажаренную ножку индейки, Гарри слизнул с ладони стекающую масляную каплю. Драко невольно сглотнул и опустил голову, пряча глаза под свисающей челкой.
Невинный жест вызвал в нем бурю эмоций, которые, пробежав по телу обжигающими разрядами, откровенно сосредоточились в паху, угрожая перерасти в необузданную мощь урагана, сметая на своем пути все тщательно выстраиваемые барьеры совести и приличия.
— А по-моему, очень вкусно… — ворвался в сознание приятный баритон.
Драко поднял голову:
— Прости, что?
— Я говорю, что Кикимер постарался на славу — индейка потрясающая! — Поттер улыбался, но в глазах плескалась то ли тоска, то ли разочарование, то ли обида…
— Да, замечательная, — кивнул в ответ Малфой. — Гарри, что тебя беспокоит? Прости, я не хотел тебя обидеть, я не… — краснея, полушепотом оправдывался он.
— Ты о чем, Малфой? — Поттер изучающе смотрел на собеседника. — Мне не за что на тебя сердиться… Разве только за школьные годы… Но я не злопамятный…
— Я вижу, что ты расстроен, и если это из-за того, что произошло в библио… — протестующий жест Поттера прервал оправдание.
Глава 15
Ненасытная жажда исследовать всюду,Уловить, обрести, подчинить, обладать…
Разогреть свою страсть — экзотичное блюдо,
И не нужно ответов, их можно не ждать.
Лишь движенья руки по чувствительной коже,
Обжигает каленым железом язык.
Эта странная похоть на сказку похожа,
Волшебства удивительный, сладостный миг.
Ускоряя движенья, дыханье сбиваешь,
Разливая по венам блаженства экстаз.
Ты теперь для меня, мной теперь обладаешь,
Мой любимый, единственный, призрачный враг.
Каплю нежности в кровь, каплю страсти в сознание;
Помешать, покружив языком у пупка.
Вместе варим эликсир под названьем «Желание»,
Чтоб испить наше счастье, сгорая дотла.
Marchello Ri
Поттер сидел перед камином на полу и, недовольно вздыхая, уклончиво отвечал на вопросы Грэйнджер. То, что беседа его тяготила, было видно невооруженным взглядом, но Гермиона то ли этого не замечала, то ли делала вид, что не замечает.
— Гарри, — тихо спросила она, — ты уверен, что все в порядке? Он точно не станет испытывать свою магию на тебе?
— Уверяю тебя, Гермиона, всё хорошо, — ответил тот. — Не стоит так беспокоиться. Его магия еще не восстановилась, а вчера я полдня занимался переделками в доме по его просьбе. Думаешь, если он мог бы все сделать сам, стал бы упрашивать меня поменять обивку на диване?
— Ну, раз ты так считаешь… — Гермиона неуверенно пожала плечами. — Гарри, миссис Уизли очень расстроена, что ты не будешь с ними в Рождество, да и Джинни вот-вот прибудет. Ты так и не поговорил с ней? — она с тревогой смотрела на друга.
— Нет, не говорил… — поморщился Поттер. — Я обязательно…
— Ой, Гарри, все, я побежала, — Гермиона заторопилась закончить разговор, — Джинни приехала… — Ты бы все же поговорил с ней? К чему тянуть и вселять призрачные надежды?
— Ладно, я подумаю, — согласился тот. — До встречи! — едва успел сказать он исчезающей в пламени камина Грэйнджер.
Гарри поднялся с пола и медленно подошел к окну. Гермиона, как всегда, была права: тянуть с разговором не стоило, иначе, зная характер Джинни, можно было получить большую порцию неприятностей.
— Грустишь, Поттер? — Драко тихо подошел к нему и встал рядом, разглядывая морозные узоры на стекле.
— Нет… — отозвался Гарри.
— Прости, но я слышал ваш разговор, — Малфой задумчиво повторял пальцем на стекле затейливый ледяной орнамент. — О чем ты должен поговорить со своей рыжей фурией?
— Да, так, ерунда, не думай, — Поттер обернулся и посмотрел на него. — А который час?
— Без четверти Рождество, — улыбнувшись, ответил Драко. — Ты собираешься встретить его, стоя у окна? И даже не отведав всех изысканных угощений, которые приготовил твой домовик?
— Нет, ну, что ты! — замотал головой Гарри. — Идем, — и, схватив Малфоя за руку, он потянул его в столовую.
— Погоди, Поттер, — одернул его Драко, — я попросил твоего эльфа накрыть стол здесь… У тебя очень уютная гостиная… Ты не против?
— Нет, конечно! — улыбнулся Гарри. — Кикимер!
— Гарри Поттер, хозяин, звал Кикимера? — домовик стоял перед ними с довольным выражением на лице.
— Кикимер, — Гарри оглядел праздничный наряд эльфа, состоящий из новой наволочки и разных по цвету носков, и, улыбнувшись, произнес: — Мы жутко голодные!
— Кикимер сейчас все сделает, — расплылся в счастливой улыбке домовик и исчез, оставив за собой лишь легкое мерцание магии.
Аккуратно отщипнув небольшой кусочек от сочной, запеченной с картофелем рождественской индейки, Драко украдкой взглянул на Поттера. Тот, всецело занятый ужином, казалось, не обращает на него никакого внимания. Держа в руках аппетитно зажаренную ножку индейки, Гарри слизнул с ладони стекающую масляную каплю. Драко невольно сглотнул и опустил голову, пряча глаза под свисающей челкой.
Невинный жест вызвал в нем бурю эмоций, которые, пробежав по телу обжигающими разрядами, откровенно сосредоточились в паху, угрожая перерасти в необузданную мощь урагана, сметая на своем пути все тщательно выстраиваемые барьеры совести и приличия.
— А по-моему, очень вкусно… — ворвался в сознание приятный баритон.
Драко поднял голову:
— Прости, что?
— Я говорю, что Кикимер постарался на славу — индейка потрясающая! — Поттер улыбался, но в глазах плескалась то ли тоска, то ли разочарование, то ли обида…
— Да, замечательная, — кивнул в ответ Малфой. — Гарри, что тебя беспокоит? Прости, я не хотел тебя обидеть, я не… — краснея, полушепотом оправдывался он.
— Ты о чем, Малфой? — Поттер изучающе смотрел на собеседника. — Мне не за что на тебя сердиться… Разве только за школьные годы… Но я не злопамятный…
— Я вижу, что ты расстроен, и если это из-за того, что произошло в библио… — протестующий жест Поттера прервал оправдание.
Страница 56 из 78
