Реформа среднего образования в России выплеснула на просторы интернета целое поколение молодых людей, получивших весьма странные и порой прямо абсурдные представления о мире.
76 мин, 28 сек 15739
Никаких подозрений на использование отмычек не возникло (правда, для точного ответа на вопрос об их возможном применении требуется извлечение замка из двери и его разборка, но канадские полицейские не стали тратить на это время). В общем, стражи порядка успокоили даму, как могли, заверили, что таинственное вторжение есть всего лишь плод её фантазии и на том удалились.
Ровно через три месяца — буквально день в день — во всём похожая история приключилась в городе Лондон, расположенном на удалении около 100 км. от Гуэльфа. Там женщина, снимавшая квартиру в новом многоэтажном доме, вызвала полицейских, утверждая, будто в её жилище ночью побывал неизвестный. Она в это время спала и очень была напугана тем, что таинственный визитёр вполне мог причинить ей какой-то вред. Из дома ничего ценного не пропало, однако женщина была уверена, что преступник рылся на полках, где было сложено её нижнее бельё, а также провёл какое-то время на кухне. Там он не только переставил стулья, но протёр стол и вымыл посуду, оставленную хозяйкой грязной до утра! Принимая во внимание, что квартира находилась на девятом этаже, а входная дверь не имела ни малейших следов взлома или открывания отмычками, такое заявление, конечно, не могло не вызвать у полицейских вполне понятного скепсиса. Те выслушали перепуганную дамочку, должно быть, посмеялись про себя, да и ушли…
Никаких последствий эти заявления не имели, однако, они попали в сводки происшествий и на них было обращено внимание. Поэтому когда в сентябре 1975 г. другая жительница Лондона вновь позвонила в полицию с рассказом о ночном визите неизвестного человека, к заявительнице уже отправились детективы, а не рядовые патрульные. Рассказ потерпевшей, проживавшей на четвёртом этаже многоквартирного дома, почти во всём повторял детали июньской истории: переставленные стулья, перерытое бельё, исчезнувший шоколад, начисто отмытые и протёртые сухой тряпкой мойка и разделочный стол на кухне.
До конца 1975 г. стали известны заявления ещё о двух схожих случаях — один имел место в Гуэфльфе, а другой — снова в Лондоне.
Можно было бы посмеяться над рассказами женщин и объявить их неврастеничками, но ситуация казалась куда неоднозначней. Трудно было поверить, что у пяти разных женщин независимо друг от друга имели место до такой степени схожие галлюцинации. Инциденты происходили в двух городах — Гуэльфе и Лондоне, о них заявляли только женщины и все эти женщины жили в многоквартирных домах. Это обстоятельство, кстати, тоже добавляло странности происходившему, поскольку оба города застроены преимущественно индивидуальными домами. Но с теми, кто жил в отдельных домах такого не происходило.
В 1976 г. странные инциденты не только прекратились, но стали как будто чаще. В феврале жительница Лондона заявила в полицию, что быда разбужена посреди ночи звуками из соседней комнаты, там будто кто-то открывал дверца шкафа и выдвигал ящики тумбочек. Женщина, находившаяся в квартире одна — муж, пожарник по профессии, находился на дежурстве — по её признанию, была парализована ужасом до такой степени, что даже не могла найти в себе силы, чтобы закричать. Она не могла определить, как долго неизвестный хозяйничал в квартире, по её субъективному ощущению это длилось очень долго — минут 40 или даже час — но в конце-концов таинственный визитёр вышел через входную дверь, аккуратно прикрыв её за собой.
Поведение странного ночного гостя полностью укладывалось в ту схему, что была отмечена прежде — он похитил дешёвую бижутерию и пару трусиков. Как он проник в квартиру по-прежнему оставалось неясным, но поскольку ничто не указывало на использование специального воровского «инструментария», появилось предположение, что незнакомец каким-то образом добывает копии ключей. Если бы удалось понять, как именно он умудряется незаметно для хозяев делать слепки их ключей, то задача по поиску и изобличению преступника моментально упростилась бы. Если бы все потерпевшие ходили в один бассейн, клуб, или, к примеру, к одному гинекологу, то можно было бы предположить, что преступник каким-то образом связан с этим местом и именно там он получает доступ к ключам от квартир. Но нет! женщины жили в разных городах, работали в разных компаниях (либо вообще не работали), имели разный возраст, принадлежали к разным слоям общества, они нигде решительно не могли пересекаться. Их объединяло только то, что все они жили в многоквартирных домах и в ночь инцидента все они были в одиночестве.
В мае и июне два сообщения о таинственном ночном визитёре поступили от женщин, проживавших в Гуэльфе. Неуловимый «домушник» оставался верен себе — осматривал полки шкафов и ящики тумбочек, переставлял вазы, пепельницы и даже зеркала, уносил с собою какую-то чепуховую мелочь, протирал мыльным раствором столы и даже пол (возможно, его обувь оставила следы, так что мытьё пола явилось вынужденной мерой).
Ровно через три месяца — буквально день в день — во всём похожая история приключилась в городе Лондон, расположенном на удалении около 100 км. от Гуэльфа. Там женщина, снимавшая квартиру в новом многоэтажном доме, вызвала полицейских, утверждая, будто в её жилище ночью побывал неизвестный. Она в это время спала и очень была напугана тем, что таинственный визитёр вполне мог причинить ей какой-то вред. Из дома ничего ценного не пропало, однако женщина была уверена, что преступник рылся на полках, где было сложено её нижнее бельё, а также провёл какое-то время на кухне. Там он не только переставил стулья, но протёр стол и вымыл посуду, оставленную хозяйкой грязной до утра! Принимая во внимание, что квартира находилась на девятом этаже, а входная дверь не имела ни малейших следов взлома или открывания отмычками, такое заявление, конечно, не могло не вызвать у полицейских вполне понятного скепсиса. Те выслушали перепуганную дамочку, должно быть, посмеялись про себя, да и ушли…
Никаких последствий эти заявления не имели, однако, они попали в сводки происшествий и на них было обращено внимание. Поэтому когда в сентябре 1975 г. другая жительница Лондона вновь позвонила в полицию с рассказом о ночном визите неизвестного человека, к заявительнице уже отправились детективы, а не рядовые патрульные. Рассказ потерпевшей, проживавшей на четвёртом этаже многоквартирного дома, почти во всём повторял детали июньской истории: переставленные стулья, перерытое бельё, исчезнувший шоколад, начисто отмытые и протёртые сухой тряпкой мойка и разделочный стол на кухне.
До конца 1975 г. стали известны заявления ещё о двух схожих случаях — один имел место в Гуэфльфе, а другой — снова в Лондоне.
Можно было бы посмеяться над рассказами женщин и объявить их неврастеничками, но ситуация казалась куда неоднозначней. Трудно было поверить, что у пяти разных женщин независимо друг от друга имели место до такой степени схожие галлюцинации. Инциденты происходили в двух городах — Гуэльфе и Лондоне, о них заявляли только женщины и все эти женщины жили в многоквартирных домах. Это обстоятельство, кстати, тоже добавляло странности происходившему, поскольку оба города застроены преимущественно индивидуальными домами. Но с теми, кто жил в отдельных домах такого не происходило.
В 1976 г. странные инциденты не только прекратились, но стали как будто чаще. В феврале жительница Лондона заявила в полицию, что быда разбужена посреди ночи звуками из соседней комнаты, там будто кто-то открывал дверца шкафа и выдвигал ящики тумбочек. Женщина, находившаяся в квартире одна — муж, пожарник по профессии, находился на дежурстве — по её признанию, была парализована ужасом до такой степени, что даже не могла найти в себе силы, чтобы закричать. Она не могла определить, как долго неизвестный хозяйничал в квартире, по её субъективному ощущению это длилось очень долго — минут 40 или даже час — но в конце-концов таинственный визитёр вышел через входную дверь, аккуратно прикрыв её за собой.
Поведение странного ночного гостя полностью укладывалось в ту схему, что была отмечена прежде — он похитил дешёвую бижутерию и пару трусиков. Как он проник в квартиру по-прежнему оставалось неясным, но поскольку ничто не указывало на использование специального воровского «инструментария», появилось предположение, что незнакомец каким-то образом добывает копии ключей. Если бы удалось понять, как именно он умудряется незаметно для хозяев делать слепки их ключей, то задача по поиску и изобличению преступника моментально упростилась бы. Если бы все потерпевшие ходили в один бассейн, клуб, или, к примеру, к одному гинекологу, то можно было бы предположить, что преступник каким-то образом связан с этим местом и именно там он получает доступ к ключам от квартир. Но нет! женщины жили в разных городах, работали в разных компаниях (либо вообще не работали), имели разный возраст, принадлежали к разным слоям общества, они нигде решительно не могли пересекаться. Их объединяло только то, что все они жили в многоквартирных домах и в ночь инцидента все они были в одиночестве.
В мае и июне два сообщения о таинственном ночном визитёре поступили от женщин, проживавших в Гуэльфе. Неуловимый «домушник» оставался верен себе — осматривал полки шкафов и ящики тумбочек, переставлял вазы, пепельницы и даже зеркала, уносил с собою какую-то чепуховую мелочь, протирал мыльным раствором столы и даже пол (возможно, его обувь оставила следы, так что мытьё пола явилось вынужденной мерой).
История ждёт вашего следа
Дочитайте историю до конца, чтобы оставить след
Страница 6 из 24
