Утром в постели моей

— Я довольно часто вмешивался в его политические планы, — сказал он. — Мы давно были знакомы… заочно. Именно поэтому он решил притвориться именно мной. Это личное. Четыре месяца, что я был в плену, а он занимал моё место, он готовил почву для того, что произошло в декабре. Ему не удалось выполнить свой план в точности. Финалом должно было стать обрушение небоскрёба, которое похоронило бы всю верхушку магического общества. Кроме того, он спровоцировал нарушение Статута и панику среди не-магов. В этой ситуации к власти должен был бы прийти Нокс Валентайн — человек, которого Гриндевальд выбрал мне в преемники. Занимаясь внутренними проблемами, Америка была бы лишена возможности вмешиваться в события в Европе, как это было, пока я занимал должность главы магической безопасности. Отчасти ему удалось добиться успеха.

Побарабанив пальцами по руке, Грейвз продолжил:

— Сейчас, когда Америка ему не мешает, он занят чем-то очень серьёзным в Германии. Он всегда считал, что маги должны править не-магами, и я подозреваю, именно к этому он сейчас и готовится. Ты нужен ему, как оружие. Я — нет. Но он не станет меня убивать.

— Почему? — напряжённо спросил Криденс.

— Потому что, как я сказал — это личное. Ему недостаточно будет убить меня, если я попадусь снова. Он захочет заставить меня поверить в своё поражение.

— А если он передумал? — испуганно спросил Криденс. — Откуда вы знаете, что он сделает? Если он… если он…

Криденс сидел неестественно прямо, будто задеревенев. У него застыл взгляд, остановилось лицо. Зрачки расширились.

— Если он убьёт меня? — спросил Грейвз.

Криденс моргнул и исчез. И всё исчезло. Персиваль подумал, что у него потемнело в глазах — но это потемнело вокруг, когда он внезапно оказался в центре сгустка роящейся тьмы. Сердце ёкнуло.

— Криденс, — тихо сказал он.

Хоуп тревожно запищала и кинулась к нему за укрытием.

— Криденс, — повторил Грейвз.

Тьма перетекала сама в себя, дёргаными рывками, будто тоже искала, где спрятаться.

— Если вас не будет — я умру, — прошептала тьма.

— Криденс, мы не сможем отсиживаться вечно, — негромко сказал Грейвз. — Единственный способ справиться с ним — навязать ему свою игру и свои правила. Заставить его действовать так, как это выгодно нам. Он опасный противник, но он не всесилен.

— Один раз он уже победил вас, — прошептал Криденс.

— Один раз он меня уже не убил, — сказал Грейвз. — Даже ты меня не убил. Если я буду рассказывать, сколько людей и чудовищ пытались меня убить, но не смогли, я буду говорить до вечера.

Тьма вздохнула.

— Криденс, бегать и прятаться от него — это всегда жить в страхе. Я не хочу так, — он покачал головой. — Я хочу вернуться с тобой в Нью-Йорк. Показать тебе свой дом. Отвести тебя на Юникорн-Лейн. Я хочу выполнить своё обещание и забрать тебя с собой. В настоящий мир. Ради этого стоит рискнуть.

— Мне страшно, — прошептал Криденс. — Я умру без вас.

— Не хорони меня раньше времени, — улыбнулся Грейвз. Протянул руку вперёд, в чёрное марево, провёл пальцами по плотному дыму, будто погладил. — Вернись.

— Мне… не хочется, — неуверенно сказал Криденс. — Мне удобно. Я так меньше боюсь. Расскажите… про чудовищ, — попросил он.

Грейвз протянул руку к Хоуп, чтобы та не мельтешила, свиваясь кольцами. Окками клюнула его в ладонь и скользнула по рукаву рубашки к локтю, застыла причудливым синим браслетом. Персиваль прислонился спиной к канату, поставил одну ногу на широкую доску и слегка оттолкнулся от земли второй.

— Однажды в устье Потомака завёлся анкертольд, — сказал Грейвз. — Мерзкий зверь, похожий на осьминога, только размером с дом. Я в то время занимался ликвидацией последствий нарушения Статута. Формально задачей моей команды было — изолировать устье реки и не пропускать никого из не-магов к отряду авроров, которые должны были убить чудовище. Чёрта с два…

Криденс прислушивался к его голосу, замедлялся, успокаивался. Тьма то сгущалась, то становилась прозрачнее, будто дышала. Грейвз рассказывал про свои прошлые подвиги, про схватки, про шрамы. Когда он смотрел на шевелящуюся тьму, паника больше не подступала к горлу. Перед глазами ткался бесконечно меняющийся узор. Он завораживал.

— Атакуй, — сказал Грейвз. Он держал палочку в левой руке, машинально похлопывал себя по бедру. Молодая трава пружинила под ногами, так что покачиваться на каблуках не получалось — и он стоял ровно. Расслабленно.

Криденс покусал губы, глядя из-под бровей. Он ковырял себе ладонь палочкой, держа её двумя пальцами за рукоятку. Стоял в десяти шагах от Грейвза, угрюмый, как кладбищенский сторож со связкой гремучих ключей. Хотя зачем кладбищенскому сторожу ключи? Склепы отпирать? Выпускать мёртвых?

— А если я вас пораню?

— Криденс, — с ноткой раздражения повторил Грейвз. Он повторял это сегодня утром уже раза три, и четвёртый его совершенно не радовал. — Ты отработал эти проклятия на чучеле. Если не будешь тренироваться с противником — не научишься действовать в бою. Хватит тянуть. Начни с Экспеллиармуса, он мне точно не повредит.