Фандом: Гарри Поттер. Я сделаю этот мир стерильным, чистым, без этой грязи и лжи, обвинений и ненависти… Я видел это… Я видел его…
24 мин, 9 сек 397
Мне всё равно, что я её перебиваю. Мне не комфортно в её обществе. И мне абсолютно до лампочки, что она считает и о чем думает. Даже с закрытыми веками я вижу, как её губы соединяются в тонкую линию и морщится лоб. Она стоит и дышит. Громко, слишком громко. И слишком реально. Мне хочется стукнуть её по лицу, чтобы кровь сочилась из разбитой губы, только бы она убралась отсюда.
— Мистер…
— Вы плохо расслышали? Пошли вон!
Звонкий стук каблучков о кафель пола и хлопнувшая входная дверь. Истеричка.
Я снова один, но это гораздо лучше, чем понимать, что снова должен находиться в обществе людей, на которых тебе плевать. Наверное, нас это и объединило с ним. Наша ненависть. Да… Это почти, как одно желание на двоих, одно стремление, одна жизнь. Один мир. Единственно правильный мир… Ненависть толкает людей совершать поистине ужасающие поступки. Я поступаю плохо? Нет, я так не считаю. Наверное, я поступил так, как хотел. Многие назовут это эгоизмом. Нет, это не то, они не правы. Это то, что заслуживаете вы, твари, сделавшие нас такими. Мы — ваши создания, вылепленные из пластика и теплого воска. Без мыслей, чувств, объединенные идеей. И как только ваши «дети» начинают очеловечиваться и понимать в каком дерьме они барахтаются, то вы пугаетесь и находите все новые способы держать нас в узде. Любыми методами. Конечно, это же так необычно — безумные роботы-исполнители, думающие самостоятельно. Я ненавижу вас, я презираю вас. И эта ненависть культивирована многими годами, моей почти неправильной, конечно, в вашем понимании, жизни. Когда я прозрел? Я не помню. Но это был переходный момент для меня и очень далекий. Я увидел его, тот мир, к которому стремился. Да, хоть что-то вы сделали полезного, и на этом спасибо. Ваша… помощь… была неоценимой… С одной стороны, я понял, что, наконец, сбросил оковы и освободился от вас, но с другой, я увидел то, где нахожусь. Мне не понравилось. Очень. Поэтому, я решил очистить этот мир. Не с вашей, в основном, помощью, уж извините, дорогие мои лицемеры. Но вы мне помогаете, хоть и неосознанно, развязывая ещё больше руки. Теперь мы сможем. Сами…
… …
— Доктор, мне кажется странным поведение пациентов.
— Вы не должны волноваться об этом, дорогая. Работа авроров тяжела. Она откладывает свой отпечаток, как физически, так и в психическом плане. Тем более, это будет ярко выражено у таких бойцов.
— Они очнулись, и я разговаривала с ними. И…
— Вас что-то так сильно беспокоит?
— Да… Они говорят одинаковыми фразами и даже с похожей интонацией. Это… пугает.
— Не переживайте, милочка. Это в порядке вещей у тех, кто работает небольшими группами. Они все довольно близки на эмоциональном уровне. Боевая единица может быть эффективной только если внутри коллектива существует как бы единый разум. А эти двое… Вы знаете, что изначально их было шесть человек?
— Нет… Доктор, а остальные…
— Хоть война и закончилась, но работа для них всё равно будет. Мир неспокоен.
— Как же они… Можно вопрос?
— Конечно.
— Почему они попали к нам? Задание? Но ведь на них не было ранений…
— Кхм… Да, оно самое. И, прости, но это секретная информация. Всё будет хорошо, милая. А теперь, иди, проверь наших остальных пациентов.
— Хорошо, доктор.
Тихий звук закрывающейся двери.
— Если бы ты знала, дорогая, если бы ты знала…
… …
Всё та же квартира, всё тот же полумрак. Огни города сливаются, превращаются в расплывчатые кляксы. Хочется зевать.
— Поттер, надеюсь, на это раз ты не ошибся с дозой.
— Я и в прошлый раз не ошибся.
— В больнице мы пролежали просто так? Оздоровительное профилактическое обследование.
— Заткнись, Малфой. Я бы предоставил это тебе, но ты не справишься, взбесишься и всё равно свалишь на меня.
— Ну так и делай. Только… быстрее.
— Уже?
— Да.
— А я ещё нет.
— Тебе, наверное, кровь лучше почистили. Ты же герой чёртов. Тебя, блять, на руках носят. Со мной так не церемонятся.
— Будто надо мне это… Да не, просто у тебя организм слабее. Привыкание быстрее. И эффект ярче.
— Чего лыбишься? Завидуешь?
— Не-а. Своего дерьма яркого в башке хватает.
— Ну-ну. Поттер, почему ты это… делаешь? Я особо не спрашивал никогда…
— А тебе ли не похуй?
— Интересно просто.
— Я ненавижу этот мир… Чего ржешь?
— А нахрен спасал?
— Дураком малым был, без мозгов. Их заменили умелые ручки кукловодов — Дамблдора и Министерства.
— Ага, а теперь ты всё равно горбатишься на одного из них…
— Заткнись, и так тошно.
— Ох, бедненький Потти! Его обидели, и теперь он решил отомстить… Это ведь месть, да?
— Да. И ты, думаю, тоже не от хорошей жизни здесь торчишь. Хотя, я догадываюсь, почему ты именно сейчас тут… Что, домашний уют, покой и богатство уже не прельщает? Семью бы завел, стереотипы свои, малфоевские, потомку привил бы.
— В печенках они уже у меня сидят… эти стереотипы. Всё равно заклеймен. Как будто в болоте тонешь. Залез по самое «нехочу».
— И кто теперь у меня тут «бедненький»?
— Заткнись… И почему Кингсли тебя терпит, Поттер?
— А тебя?
Выгнутая бровь.
— Да, да, ты ж незаменимый такой.
— Мистер…
— Вы плохо расслышали? Пошли вон!
Звонкий стук каблучков о кафель пола и хлопнувшая входная дверь. Истеричка.
Я снова один, но это гораздо лучше, чем понимать, что снова должен находиться в обществе людей, на которых тебе плевать. Наверное, нас это и объединило с ним. Наша ненависть. Да… Это почти, как одно желание на двоих, одно стремление, одна жизнь. Один мир. Единственно правильный мир… Ненависть толкает людей совершать поистине ужасающие поступки. Я поступаю плохо? Нет, я так не считаю. Наверное, я поступил так, как хотел. Многие назовут это эгоизмом. Нет, это не то, они не правы. Это то, что заслуживаете вы, твари, сделавшие нас такими. Мы — ваши создания, вылепленные из пластика и теплого воска. Без мыслей, чувств, объединенные идеей. И как только ваши «дети» начинают очеловечиваться и понимать в каком дерьме они барахтаются, то вы пугаетесь и находите все новые способы держать нас в узде. Любыми методами. Конечно, это же так необычно — безумные роботы-исполнители, думающие самостоятельно. Я ненавижу вас, я презираю вас. И эта ненависть культивирована многими годами, моей почти неправильной, конечно, в вашем понимании, жизни. Когда я прозрел? Я не помню. Но это был переходный момент для меня и очень далекий. Я увидел его, тот мир, к которому стремился. Да, хоть что-то вы сделали полезного, и на этом спасибо. Ваша… помощь… была неоценимой… С одной стороны, я понял, что, наконец, сбросил оковы и освободился от вас, но с другой, я увидел то, где нахожусь. Мне не понравилось. Очень. Поэтому, я решил очистить этот мир. Не с вашей, в основном, помощью, уж извините, дорогие мои лицемеры. Но вы мне помогаете, хоть и неосознанно, развязывая ещё больше руки. Теперь мы сможем. Сами…
… …
— Доктор, мне кажется странным поведение пациентов.
— Вы не должны волноваться об этом, дорогая. Работа авроров тяжела. Она откладывает свой отпечаток, как физически, так и в психическом плане. Тем более, это будет ярко выражено у таких бойцов.
— Они очнулись, и я разговаривала с ними. И…
— Вас что-то так сильно беспокоит?
— Да… Они говорят одинаковыми фразами и даже с похожей интонацией. Это… пугает.
— Не переживайте, милочка. Это в порядке вещей у тех, кто работает небольшими группами. Они все довольно близки на эмоциональном уровне. Боевая единица может быть эффективной только если внутри коллектива существует как бы единый разум. А эти двое… Вы знаете, что изначально их было шесть человек?
— Нет… Доктор, а остальные…
— Хоть война и закончилась, но работа для них всё равно будет. Мир неспокоен.
— Как же они… Можно вопрос?
— Конечно.
— Почему они попали к нам? Задание? Но ведь на них не было ранений…
— Кхм… Да, оно самое. И, прости, но это секретная информация. Всё будет хорошо, милая. А теперь, иди, проверь наших остальных пациентов.
— Хорошо, доктор.
Тихий звук закрывающейся двери.
— Если бы ты знала, дорогая, если бы ты знала…
… …
Всё та же квартира, всё тот же полумрак. Огни города сливаются, превращаются в расплывчатые кляксы. Хочется зевать.
— Поттер, надеюсь, на это раз ты не ошибся с дозой.
— Я и в прошлый раз не ошибся.
— В больнице мы пролежали просто так? Оздоровительное профилактическое обследование.
— Заткнись, Малфой. Я бы предоставил это тебе, но ты не справишься, взбесишься и всё равно свалишь на меня.
— Ну так и делай. Только… быстрее.
— Уже?
— Да.
— А я ещё нет.
— Тебе, наверное, кровь лучше почистили. Ты же герой чёртов. Тебя, блять, на руках носят. Со мной так не церемонятся.
— Будто надо мне это… Да не, просто у тебя организм слабее. Привыкание быстрее. И эффект ярче.
— Чего лыбишься? Завидуешь?
— Не-а. Своего дерьма яркого в башке хватает.
— Ну-ну. Поттер, почему ты это… делаешь? Я особо не спрашивал никогда…
— А тебе ли не похуй?
— Интересно просто.
— Я ненавижу этот мир… Чего ржешь?
— А нахрен спасал?
— Дураком малым был, без мозгов. Их заменили умелые ручки кукловодов — Дамблдора и Министерства.
— Ага, а теперь ты всё равно горбатишься на одного из них…
— Заткнись, и так тошно.
— Ох, бедненький Потти! Его обидели, и теперь он решил отомстить… Это ведь месть, да?
— Да. И ты, думаю, тоже не от хорошей жизни здесь торчишь. Хотя, я догадываюсь, почему ты именно сейчас тут… Что, домашний уют, покой и богатство уже не прельщает? Семью бы завел, стереотипы свои, малфоевские, потомку привил бы.
— В печенках они уже у меня сидят… эти стереотипы. Всё равно заклеймен. Как будто в болоте тонешь. Залез по самое «нехочу».
— И кто теперь у меня тут «бедненький»?
— Заткнись… И почему Кингсли тебя терпит, Поттер?
— А тебя?
Выгнутая бровь.
— Да, да, ты ж незаменимый такой.
Страница 6 из 7
