В лапах страха

Юрка редко хлопал ресницами и продолжал всматриваться в кукольное лицо, пытаясь определить, что скрывается за холодной пластмассой.

— Ты чего, боишься меня, что ли? — Ярко красные губы перестали улыбаться и сжались в узкую прорезь — кукла злилась.

— Не знаю… — Юрка пожал плечами, попытался отыскать взором сестру. — А что со Светой?

— Ну ты даёшь! Да всё в порядке с этой дурочкой: просто она так, шутит, — странная кукла, такое ощущение, не желала отставать. — Бояться Волчка нужно с серым бочком, а не меня!

— Волчка? — не понял Юрка и снова уставился в Женино лицо. — Я про него не слышал ничего. А кто он? — Малыш застенчиво шмыгнул носом, потупил взор. — Только если он злой и страшный — то лучше не говори… те…

Женя округлила глаза и невольно улыбнулась.

— Это брат твой? — спросил Сева у заторможенной Светки. — Прикольный мальчуган!

— Да уж, прикольный… — пролепетала девочка, всё ещё пребывая в ступоре от, такое ощущение, гипнотического поцелуя. — Только боится невесть чего. Да и сам похож… — Светка попыталась отыскать подходящее сравнение, но мысли упорно не слушались.

— Да ладно! — усмехнулся Сева. — Он же малыш ещё. Я в детстве тоже кое-чего боялся…

Светка вздрогнула и с явным интересом посмотрела на парня.

— Ну так что, может мы пройдём тогда? Я расскажу, — он склонился к самому уху Светки и прошептал одной ей: — Ты извини за поцелуй. Просто ты такая, что удержаться не смог. Надеюсь, всё в норме? Без обид?

— Да-да… — кивнула Светка, вдыхая резкий аромат мужского дезодоранта и окончательно куда-то проваливаясь.

— Смотри не урони, — сказал Сева, покрепче вкладывая диск в непослушные пальцы девочки.

— Вы, правда, проходите, — машинально говорила Светка, загнанно косясь то на таинственного Севу, то на склонившуюся над братом Женю, то на застывших в дверях Лизу и Кирьяна.

Жендос где-то затерялся, но это было в его стиле. Он вообще больше походил на противного таракана, стремящегося поскорее забиться в узкую щель, где бы его никто не смог отыскать! Вдобавок ко всему, от него так же не следовало ждать ничего доброго. Да и загадочный кулёк тут как под стать.

— А чего с голой попой? — заметила Лиза, проходя мимо Юрки, и не преминула ущипнуть мальчика за щёку. — Ой, какой мягонький! — тут же защебетала она, с трудом заставляя ноги идти дальше, на что немногословный Кирьян, глухо заключил:

— Ох уж эти бабы…

— Ох уж эти дети! — парировал Сева.

— А что дети-то? — не понял Кирьян.

— Видишь ли… Против них, даже я бессилен.

— Если, конечно, у них нет старших сестёр, — и ребята снова громко засмеялись.

— Идём, — послышался откуда-то издалека голос Жени.

— Да-да, — ответил ещё кто-то.

«Стоп! Это же я», — Светка внезапно поняла, что застряла где-то между мирами и никак не может снова зацепиться за реальность происходящего.

— Да я не тебе, — послышался злобный Женин голос. — Можешь хоть весь вечер тут «втыкать», — ради бога! Как тебя зовут?

«Чего же это я такое творю? — подумала Светка. — Точно —» втыкаю«! Иначе и не скажешь! Растаяла, блин, принцесса недоделанная! А перед Олегом-то теперь как стыдно… Он непременно догадается! А если и не догадается, так на всё есть воля Жени, которая, вне сомнений, затаила лютую злюку. Бес ревности уже точит её душу! Хотя… И поделом мне!»

— Света!

Голос брата всё же выдернул Светку из холодных глубин подпространства, где она, такое ощущение, окончательно увязла в собственных мыслях.

— Значит так, Юрик, — воспитательным тоном говорила Женя, уволакивая малыша за собой. — Пойдём-ка отсюда, а то у тебя и так, вон, все коленки синие! Наверняка замёрз, бедняга. Куда только родичи смотрят!

— Нет, — лепетал бедный Юрка, силясь не споткнуться. — Я нисколечко не замёрз. А у вас тоже коленки синие…

— Ну, знаешь! — усмехнулась Женя, не без удовольствия изучая собственные лодыжки. — Это же просто чулки такие. А тебя не заставляют в садике чулочки носить?

— Заставляют, — вздохнул Юрка. — Только мне не нравится.

— Это почему же?

— Они узкие, жмут постоянно. А ещё — я в них на девочку похож!

— Ну, надо же… — загадочно улыбнулась Женя. — Конечно, чулочки вам совсем не идут. А вот нам, девочкам, напротив, очень даже к месту. Ладно, идём, я тебе про Волчка лучше расскажу! Не такой уж он и плохой парень!

— Парень? Я думал, он сказочный зверёк.

— Да-да, конечно же, зверёк! Это я так, о своём, о девичьем! Свет, догоняй, давай!

Светка подождала, пока не стихнут голоса, и только после этого решилась обернуться.

Щёлкнула, закрываясь, входная дверь, отчего у Светки аритмично заколотилось сердце: на вдохе быстро-быстро, точно «пропеллер» зависающей над цветком колибри; а на выдохе медленно и глухо, как взмахи крыльев филина в ночи. Сознание вроде прояснилось, только легче от этого не стало — на душе скребли облезлые кошки, оставляя глубокие царапины сомнений. Девочка корила себя за допущенную слабину.

А что, собственно, можно было сделать?