В лапах страха

«Старик, несомненно, воспринимает парту именно так!» — Вячеслав Сергеевич невольно улыбнулся. Старый фронтовик вовсе не желал прогибаться под балансирующий на руинах прошлого мир или раскачиваться на волнах показного внимания, в обозначенные правительством даты, — на своём веку он уже вдоволь насмотрелся на все эти атрибуты надвигающегося хаоса, противостоять которому можно лишь только предварительно что-то для себя уяснив.

— Тогда, получается, я зря, что ли, тащил всё это! — И дядя Ваня бухнул на парту старенький, чёрно-белый «Сапфир». — Его бы тока настроить…

Вячеслав Сергеевич с сомнением посмотрел на маленький экранчик допотопного телевизора, который больше походил на монитор космического корабля из научно-фантастического романа каких-нибудь братьев Стругацких, написанный ещё в середине прошлого века.

«Наверное, так даже лучше», — подумал Вячеслав Сергеевич, ставя дипломат на пол.

— Давайте, хоть настроить помогу, — сказал он и потянулся к раритетной вещице.

— Ну, будет вам, товарищ учитель! — в своей уставной манере ответил дядя Ваня. — Я так это всё, к слову просто… Сам покумекаю — времени-то ещё о-го-го сколько! Чай, посумею. А у вас и без меня, небось, дел выше крыши. И так, вон, скока с этими дармоедами провозились попусту. Им хочешь, как лучше сделать, а они ну… лишь бы побеситься.

— Да я, признаться, ещё не домой, — Вячеслав Сергеевич глянул на часы. — Надо бы по пути ещё в одно место заскочить.

— Тем более! — кивнул дядя Ваня. — Поспешайте-ка вы лучше, мил человек, по своим делам, а то так и до завтрашнего утра не обернётесь. А я-то, по простоте душевной, признаться, всё завидовал учителям, — дядя Ваня помолчал и, бойко крякнув, продолжил: — Мол, вы детишек токмо до обеду учите, а потом по домам, — и дел-то. А как тутова у вас очутился, признать, не прав был, — и старик сухо и прерывисто засмеялся, будто простуженная «кукушка» в запылившихся от нещадного времени ходиках.

— Да, это вы с выводами поспешили, — улыбнулся Вячеслав Сергеевич. — Я бы, наверное, на войну сейчас с радостью убежал, чем… Чем вот ЭТО ВСЁ на путь истинный наставлять. Да и возможно ли? Они ведь совсем другие, не такие, какими были мы. Они словно прибыли из иного мира… или ими что-то управляет.

— Ну, это вы сгоряча, как и я, судите, — отмахнулся дядя Ваня, силясь подняться из-за стола. — Просто утомили они вас за день, эти неслухи. Хех… Ну, давайте я закрою за вами, да со своей техникой тогда уж буду заниматься.

— Нет, я всё же помогу, — настоял Вячеслав Сергеевич, помогая старику подняться на костыли.

Почему-то он совсем не хотел идти по намеченному маршруту, словно его там поджидало что-то нелицеприятное. А от подобного сравнения, сердце в груди заколотилось с удвоенной силой.

«Бред какой-то! Что может случиться»… — пронеслось в голове.

«Да всё что угодно. Или ты возомнил себя неприкасаемым?» — прозвучал ответ, от которого Вячеслав Сергеевич чуть было не грохнул«Сапфир» об пол.

— Прикольно, — зачарованно проворковала Женя, следя глазами за перемещениями собственной руки в луче прерывистого света.

— А мне, вот, нисколечки не нравится, — поёжилась Лиза. — Это наверняка ещё и для глаз вредно!

— Да ладно вам стрематься! — усмехнулся Жендос, давясь пивом. — Это только сначала так! Привыкнете. Лучше пивка ещё дёрните, чтоб мыслей поменьше было!

— Ой, иди ты! — отмахнулась Лиза, как от противной летучей мыши.

— Сева, врубай! — коротко распорядилась Женя.

Сева вздрогнул у музыкального центра и как-то нескладно, будто робот на несмазанных шарнирах, наклонился, то пропадая, то снова появляясь в частых вспышках расположенного на телевизоре стробоскопа. Хищный, высокочастотный скрежет мерцающего прибора неприятно резал слух, а от частых вспышек складывалось впечатление, что окружающий мир мечется между светом и тьмой, не зная к какой составляющей мироздания склониться.

Где-то за пеленой светодиодных вспышек послышался восторженный вой — Жендос дошёл до кондиции и скакал вокруг ошеломлённых девочек на вроде обезумевшего шамана, вскинув руки-грабли над головой.

— А чего?! — возмущался сын дантиста на сдерживающие Светкины речи. — Сами же говорили, что тут поблизости никто не живёт! Так что, айда, веселиться!

— И что теперь, раз никого нет? Разнести тут всё можно? — зашипела Женя, жмурясь от яркого света. — Или заблевать?

— Ты это о чём сейчас?

— О том, чем совместные с тобой тусы чаще всего заканчиваются! Или напомнить?

— Ты базар-то фильтруй, детка.

— Щас в нос двину — будет тебе тогда детка на вертолёте!

— Эй, хорош вам собачится! — рявкнул Сева и нажал «play» на музыкальном центре.

Однако вместо музыки, послышались звуки подзатыльников, недовольное сопение Жендоса, Женины вскрики — по всей видимости, Кирьяну так же надоела полупьяная склока товарищей, и он рассудил дело по-своему, при помощи кулаков.

Сева ухмыльнулся, взял с тумбочки бутылку начатого пива. Сегодня вечером он специально перекусил на скорую руку — чтобы побыстрее «догнаться».